Анна Батлук – Студентка в подарок (СИ) (страница 20)

***

На занятие с проректором я шла с опаской. Не то чтобы я боялась Радагата Вирраса, но так уж повелось, что после каждого общения с проректором у меня добавляется количество отработок. А нужно еще когда-то спать.

Секретарь не обратила на меня никакого внимания, и я решила, что это хорошая примета.

Когда я зашла в кабинет, Радагат что-то увлеченно записывал и внимания на меня не обращал. Пришлось некоторое время помяться на входе и даже покашлять. Проректор поднял на меня недовольный взгляд и кивнул на стул.

– Садитесь, Тиррос. И в следующий раз не ждите приглашения зайти, я в курсе, что вы придете.

– Вы заняты? – я осторожно присела на стул.

– Напало вдохновение, – криво улыбнулся Радагат и прикрыл рукой лист с какими-то схемами. – Не думайте, что сможете сбежать, у вас будет почти самостоятельная работа, и я вполне смогу продолжить. Как вы себя чувствуете?

Я честно прислушалась к себе.

– Да вроде бы неплохо. Только… я не чувствую в себе много магию. Будто… устала что ли.

– Вчера у вас был очень большой выброс, потому, думаю, что это закономерно. Тренировки у вас много сил не отнимут.

Проректор открыл тумбочку и достал из нее что-то струящееся и переливающееся, как кусок дорогой разноцветной ткани.

– Что это?

Лицо мужчины было непроницаемо.

– Ваша самостоятельная работа, Тиррос. Попробуйте поднять это перо.

– Перо? – изумилась я. – Что же это за птица?

– Если вам удастся поднять перо сегодня, то покажу, – я взглянула в прозрачные глаза проректора и поежилась. Радагат Виррас был опять холоден, невозмутим и смотрел словно бы сквозь меня. Стоит ли говорить, что ни в этот день, ни даже в последующие три дня я перо так и не подняла. Чуть не разнесла кабинет проректора – это да, но вот перо… Ненавистное мне перо так и осталось лежать на расколотом надвое столе Радагата Вирраса.

Глава 8

Через две недели я почти смирилась с пребыванием в этом жутком месте. Теперь уже хотя бы могла передвигаться по коридорам без помощи Таматина или карты, что, безусловно, радовало, появились небольшие успехи во владении силой. Например, перо и даже что-то не сильно тяжелое я поднять могла, а ощущение оглушающего могущества не появлялось. Радагат говорил, что, возможно, оно появляется только при большом выбросе силы, но это вообще не типичные ощущения для обладателя магии.

Настроение портило только то, что мантию я до сих пор могла сменить только на спортивный костюм и ровно за пять минут до начала тренировки. Проклятое одеяние будто бы знало, когда я должна поступать в распоряжение Караката Риггола, и просто-напросто спадало с меня. Один раз я опоздала на тренировку, и мантия упала прямо на дорожке к полигону. Как назло, навстречу мне как раз шли боевики-старшекурсники, и было бы им горячее зрелище, если бы в этот день не похолодало, и я не попросила у Лиссы свитер. Спадающую мантию я поймала где-то на уровне пояса и, придерживая ее руками, так и продефилировала мимо толпы улюлюкающих парней.

На фоне проблем с мантией я начала поиски того, кто смог бы помочь мне ее снять. Первый курс, естественно, даже не представлял, кто в силах такое осуществить, так как в этом году хватило моего примера и желающие выпендриться одеждой отпали. Я решила обратиться к старшекурсникам. Староста отделения, по моему мнению, точно должен владеть этой информацией, и потому я задержалась после обеда, желая поговорить с Аагардом.

Столовую староста покидал в окружении друзей, кажется, он вообще по коридорам боялся передвигаться в одиночестве. Я поморщилась, а потом вспомнила себя в школе и поняла, что просто завидую. Раньше именно я была окружена толпой поклонников и почитателей, а теперь моими единственными спутниками стали стеснительная девчонка, которая боялась заговорить с посторонними людьми, и непризнанный гений, который общаться мог с кем угодно, но всего лишь на одну тему.

– Аагард, – окрикнула я парня. Староста оглянулся и удивленно приподнял брови. Я махнула ему рукой, и парень что-то сказал своим друзьям. Пришлось сделать вид, что хихиканье нисколько меня не зацепило, но, когда увидела, что среди девиц, окружающих Аагарда есть уже знакомая мне блондиночка Аурелия, поперхнулась.

Староста подошел ко мне, старательно делая вид, что ему очень интересно, по какому вопросу я решила обратиться.

– Привет, э-э-э, Лилиана, кажется?

– Ляля, – привычно поправила я. – Мне нужна твоя помощь, Аагард.

– Надо же, не ожидал, – протянул парень. – Слушаю.

– Ты же знаешь о моей проблеме с мантией.

– Допустим, – хмыкнул Аагард, и стало понятно, что он заинтересовался.

– Ты знаешь тех, кто может помочь мне снять ее? – староста нарочито тяжело вздохнул.

– В смысле снять? Ты более чем заслужила наказание. Как можно было прийти на линейку без форменной мантии…

– Издеваешься? – зло прошипела я. Аагард ухмыльнулся.

– Ага.

– Послушай, я серьезно. Ты же староста, всех здесь знаешь, – я посмотрела в сторону толпы подпевал, которые ожидали Аагарда. – Помогать должен первокурсникам. Сил уже нет, правда.

Блондин издевательски прищурился и о чем-то размышлял, глядя на меня. Я молчала, ожидая его решения. Наконец Аагард хмыкнул, будто на что-то решившись, и сложил руки на груди.

– Кто накладывал заклинание? Радагат?

–Нет, Окань… завхоз.

– Это уже легче, – Аагард задумался. – Окань владеет силой земли, потому и для снятия тебе земляник нужен. Могу свести с одним парнем, но это будет стоить денег.

– Сколько?

– 3000 квилей землянику и 500 мне.

Я досадливо поморщилась. Мне уже стало известно, что студентам полагается стипендия, но сумма ее зависит от успеваемости и от отличного поведения. Так как по всем фронтам я подкачала, на большой размер вознаграждения рассчитывать не приходилось. Потому я собиралась занять денег у Таматина и Лиссы, а в последующие месяцы отдать. Также оставалась надежда на то, что мсье Тиррос пожалеет свою непутевую дочь и даст мне энную сумму денег.

– За сводничество тоже полагается оплата?

Аагард пожал плечами.

– Можешь попробовать снять мантию сама. Известны случаи, когда она слезала прямо вместе с кожей. А еще у одного студента причиндалы отпали, но тебе это не грозит, конечно. Так что кожа – небольшая плата, верно? И вообще, как у дочери министра могут быть проблемы с деньгами?

Староста ударил по больному месту, но так как признаваться в сложностях с родителями я не собиралась, пришлось «держать лицо».

– Интересно, как я могу с родителями связаться? С собой-то я ничего не брала, здесь же «все включено».

Аагард молчал, рассматривая меня, и наконец лениво протянул:

– Допустим, у некоторых студентов есть минибук. И допустим, эти студенты готовы поделиться с коллегами такой роскошью. Что им за это будет?

Я довольно прищурилась.

– Если мама даст мне деньги, то возможности вырастут, и размер моей благодарности своднику увеличится вдвое.

– Договорились, – Аагард был доволен предложением. – Встретимся в библиотеке через час, там в это время пусто.

– Так занятия же, – не поняла я, но староста равнодушно пожал плечами:

– Придумай что-нибудь.

Мама моему звонку была рада – задала все положенные вопросы о самочувствии и питании, но только перешла к успеваемости, я приступила к главному.

– Мама, ты не могла бы занять мне денег?

Мама молчала так долго, что я уже подумала о проблемах с артефактом, и раздраженно потрясла минибук, за что получила пинок ногой от Аагарда, который сидел напротив.

– Что случилось, Лялечка? У тебя проблемы? – мама наконец ответила.

Проблема у меня была только одна – пребывание в этой дурацкой Академии, но мама вряд ли бы хотела это услышать.

– Тут такое дело… даже не знаю, как сказать, если честно.

– Ляля, только не ври, что ты хочешь купить книг. Я знаю, зачем ты просишь денег, но в Академии ходить можно только в мантии, и идеальное платье, которое ты нашла, будет просто пылиться в шкафу. Уверяю, наказание для проштрафившихся будет достаточно суровое.

– В этом-то и дело, – я тяжело вздохнула. Признаваться не хотелось, но лгать не хотелось еще больше. – Наказание-то меня уже настигло. Я эту дурацкую мантию только для тренировки снять могу. Все бы ничего, но она после стирки высыхать не успевает, да еще и искупаться после тренировок не всегда успеваю и тогда жду вечера. На меня уже люди косятся!

Мама заливисто расхохоталась.

– Очень смешно!

– Прости. Просто твой отец две недели ходил в мантии из-за того, что случайно ее сжег.

– Я даже отца перещеголяла – на полгода приодели.

– Что же ты устроила, Ляля?