Анна Батлук – Студентка в наказание (страница 17)

– Вам бы тоже не мешало подучиться, может быть, узнаете, что спину одеждой тоже нужно прикрывать – а то ведь почки застудите.

– Ляля? – Я застонала. Все-таки Хантер решил поинтересоваться, что за шум в зале и теперь спешил к нам. – Мсье Виррас?

Я попыталась было ответить, но губы не двигались, словно замороженные. Косой взгляд на соперницу – она также пыталась разлепить смерзшиеся губы.

– Дангвар, какой приятный сюрприз, – ровным голосом ответил Радагат. – Позвольте спросить, а что вы здесь делаете после комендантского часа? Спаиваете моих студенток?

Ответить Хантер не успел. Раздался грохот, скрип, и я вдруг почувствовала, как задрожал под нашими ногами пол.

– Что за… – успел сказать Дангвар, потом люди закричали, вскакивая со своих мест, а здание словно накренилось – столы поехали влево, и все посетители потеряли равновесие и поплыли вниз.

Грохот, крики, плывущие мимо люди и падающая мебель. Радагат крепко схватил меня за локоть, и только за счет этого я еще держалась – проректор был единственным устойчивым островком в этом хаосе.

– Маг земли, – глухо произнес Радагат, глядя куда-то вверх. – Сильный, я ощущаю потоки.

Затрещал потолок, и посыпалась строительная пыль и щепки. Люди кричали все сильнее. Я выбросила магию вперед и подхватила упавшую девицу Радагата в воздушную сеть. Такой маневр мы на последнем занятии Мароон Симана изучали, так что появилась возможность отработать урок. Если бы сеть не получилась и соперница все-таки упала на груду вещей и людей в углу, я бы не расстроилась, но девица висела в воздухе, махала руками и ногами, но, как и я, даже закричать не могла.

– Лилиана, я сейчас открою портал, – сказал Радагат, твердо глядя в мои глаза, – ты окажешься в кабинете ректора. Расскажи ему, что здесь происходит, – я не успею вывести всех, мне нужна помощь.

Я быстро закивала, демонстрируя, что поняла. Рядом, на расстоянии вытянутой руки, затрещал, заискрил и вырос портал. Радагат легко забросил меня в него, и я почувствовала, как моя воздушная сеть разорвалась. Ну что ж, надеюсь, проректор свою возлюбленную поймает.

Приземлилась я неудачно – ногу подвернула и носом уткнулась в ковер. Ковер оказался хорошим – ворсистый, мягкий, не затертый. Сразу ясно, что нечасто по нему провинившиеся студентки ходят. Пару секунд я глупо рассматривала ковер, а потом, осознав, где я и что происходит, вскочила на ноги.

Оказалась я в небольшом кабинете, забитом шкафами так, что места было катастрофически мало: ни окна, ни кресла, ни даже лишнего стула. Даже стол здесь смотрелся чем-то чужеродным и мешающим, а громадный мужчина, который за этим самым столом сидел, – тем более. Он что-то быстро писал, а локти его так и норовили сползти, и если даже я чувствовала себя в кабинете, как в коробочке, хотелось задать вопрос – как же вы здесь оказались? Ладно я, порталом заброшена, а вы-то как каждый день к столу протискиваетесь?

– Доброй ночи, – пробормотал мужчина, не отрываясь от своего занятия. Выглядел он настоящим медведем – внушительная борода, усы, пышная шевелюра и большие глаза под густыми бровями. Я попыталась было ответить, но поняла, что губы мои не оттаяли. Пришлось замычать, чтобы привлечь внимание к своему бедственному положению, и мужчина поднял глаза, подслеповато щурясь.

– Оу, кто это вас? – не дождавшись ответа, всплеснул руками. – Ой, что это я, конечно.

В первый момент я даже воздухом захлебнулась – так резко вернулась речь, а в следующее мгновение уже быстро тараторила, не замечая вытягивающееся лицо ректора.

– Меня к вам отправил Радагат Виррас. Мы были в ресторане Зангирада… я не помню, как называется, но он там один. И что-то произошло, будто землетрясение! Здание под землю провалилось! Ломалась крыша, все падали на одну сторону. Радагат сказал, что это сделал маг земли, и вы поможете! Быстрее, пожалуйста!

Последние слова я проговаривала уже сквозь слезы. Мужчина выслушал меня, легко поднялся из-за стола, несмотря на свои размеры, и рядом вдруг появился портал – почти такой же, как у Радагата, но с большим количеством красного цвета, в то время как у проректора преобладал белый.

Меня за собой ректор не позвал, так что я осталась в его кабинете. Краткий обзор показал, что на свое рабочее место мужчина попадал так же, как сейчас исчез – с помощью портала. Дверь отсутствовала вовсе, и выйти наружу у меня возможности не было. Тревога за Радагата, за Хантера да даже за противную девицу не отпускала. Я ходила взад-вперед по маленькому клочку пустого места, старательно протирая ковер ногами, и то кусала ногти, то плакала, не понимая, что происходит.

Мне представлялось, что все посетители ресторана уже задохнулись или провалились под землю так глубоко, что ректор не смог им помочь. В своей голове я проиграла множество событий того, как мне сообщают о смерти Радагата и Хантера, так что спустя какое-то время плакать сил уже не было. Папа всегда говорил, что если хочешь не бояться какого-то события, то его нужно просто прожить. За время, пока пришлось ждать вызволения из кабинета ректора, я прожила больше трагедий, чем за всю жизнь, так что по логике страшиться теперь нечего.

Для того чтобы отвлечься, я пыталась взять книгу, которые в большом количестве стояли в шкафах, но ни один из шкафов не удалось открыть.

– О, ты еще тут, – ректор вышел из портала и опять сел за свой стол. – А твой ухажер тебя в лечебнице искал.

От его слов я опешила.

– Так у вас в кабинете дверей нет, – яд из голоса удалить не получалось, как ни старалась. – Никак не получалось выйти.

– А, точно. Все время забываю, а потом удивляюсь, что у меня нет посетителей, – ректор подмигнул мне.

– Вы шутите?

– Конечно шучу. На самом деле, я специально убрал дверь, чтобы ко мне никто не приходил. Ты знаешь, сколько посетителей у ректора Академии власти? Все эти возмущенные родители, дети которых не поступили, погибли или пропали без вести – ух, не представляю, как с ними общаться.

Я удивленно наблюдала за ректором, не зная, как комментировать его слова. Мужчина меж тем продолжал:

– Именно поэтому я и учредил в Академии власти посты проректоров. Сокращает, знаете ли, общение со студентами и их родителями. Честно сказать, ты единственная студентка за последние пять лет, с которой мне пришлось разговаривать, – не считая вручения дипломов. Там, честно скажу, всегда пытаюсь сбежать в первые пятнадцать минут.

У ректора явно был недостаток общения, он говорил и говорил, и я уже отчаялась вставить слово, а уж про портал в лечебницу и вовсе молчу. Приходилось просто кивать, не вслушиваясь, но один вопрос меня все-таки оживил.

– Скажи, ты же считаешь, что Академия – идеальное место для полноценной учебы?

– Академия? – переспросила я. И такой возмущенный у меня тон был, что ректор удивленно завозился.

– Ну да. Лучшие преподаватели Империи, продуманная система распределения, возможность развиваться и физически и духовно. Все для студентов.

Я тяжело вздохнула.

– Прошу прощения, не знаю, как вас зовут.

– Ничего страшного, я вас тоже не знаю, – успокоил меня мужчина. – Говорите же, что вас смущает в таком идеальном месте, как Академия власти? Учебное заведение полностью обеспечивает своих студентов – двадцать лет назад мы даже зимние куртки с сапогами закупили.

– Вот именно! Двадцать лет назад! А мантии, вообще, лет двести уже пылятся на складе. Может быть, гардеробы можно и обновить? Это же настоящее мучение – носить безразмерную мантию, в которой ни формы, ни пола понять нельзя.

Ректор нахмурился.

– В учебном заведении должны быть общепринятые стандарты – уравниловка, уравниловка и еще раз уравниловка!

– Так те, у кого деньги есть, успешно весь этот ваш стандарт перешивают. И выходит, что бедные ходят в страшных мантиях, а богатые ходят в тех же страшных мантиях, только перешитых по фигуре.

Ректор удивленно посмотрел на мое платье.

– А ты себя к кому причисляешь – к бедным или к богатым?

– К красивым, – вконец разошлась я. Меня раздражало такое безобразное отношение к подотчетному заведению. Управленческие способности ректора прямо-таки прослеживаются в каждом слове. – А горячая вода в комнатах?

– А что с ней?

– Она отсутствует!

– Будет стимул развивать свои способности.

– Пока есть стимул только тренировать целителей – те, кому не повезло обладать магией воды, постоянно к ним ходят.

Ректор сердито вздернул нос – общаться со мной ему резко разонравилось. Но меня так просто было не остановить.

– Кормят неплохо.

– Во-о-о-от, – мужчина обрадовался, но я продолжила.

– Но на ужин я часто не попадала из-за всех своих отработок, а ночью столовая не работает! Не знаю, сколько я за два месяца сбросила, но явно, что немало.

– Так, вам уже пора, – заявил ректор, и тут же появился портал.

Я обрадовалась и бросилась на выход, забыв о том, что осталось еще много претензий к Академии.

– Простите, – я затормозила перед тем, как сделать последний шаг. – Вы сказали, что мой ухажер искал меня в лечебнице. О ком была речь?

Ректор приподнял вверх кустистые брови.

– А у тебя несколько ухажеров? Какой кошмар. А я правильно делаю, что не появляюсь в Академии. Нравы у сегодняшней молодежи просто ужас…

Глава 7

Портал перенес меня прямо в длинную палату, в которой я раньше не бывала. Что удивительно, с учетом того, как часто мне приходилось за два месяца учебы навещать в лечебнице друзей. На крайней кровати лежал Радагат Виррас. Бледный, с закрытыми глазами и обескровленными губами. Всегда блестящие светлые волосы теперь казались сухими и безжизненными – проректор совсем на себя не походил.