Анна Баскова – Любовь для Ангела (страница 24)

22

Антон Гаврилов/С его умением располагать к себе людей, прощупать кризисные центры оказалось не так уж и сложно. Поочередно связался со спонсорами немногочисленных проектов, работающих по этому направлению, предложил финансовую помощь от лица благотворительного фонда возглавляемой им компании. Его легко соединяли непосредственно с руководителями долбанных центров. Напрямую. Для уточнения деталей. Чтоб удобнее было вникнуть в насущные проблемы. Руководителям, а точнее, безмозглым коровам — руководительницам, задавал наводящие вопросы: сколько в штате психологов, оказывается ли юридическая поддержка, имеются ли горячие линии для консультаций, на какое количество проживающих рассчитан тот или иной центр. Есть ли игровые комнаты для детей? Спортивные комплексы? Хватает ли воспитателей и педагогов? Как бы вскользь интересовался статистикой поступлений за последние двое суток. Безмозглые коровы, мялись, жались но в результате сливали необходимую ему информацию. Исходя из собранной информации, он пришел к выводу: ни в одном из кризисных центров, Любка, с девчонкой, не появлялись. Мерзкая тварь. Заплатит за потраченное на всякую чушь время. С лихвой заплатит, гадкая дрянь….. Этим вечером никуда не поехал, остался в загородном особняке. Нервно дергался ожидая звонка от начальника службы безопасности, и опасаясь другого звонка, по скайпу от тестя. Старый козел хоть и согласился, что пока якобы приболевшая Любка не выздоровеет, ее беспокоить звонками не стоит, но кто знает, вдруг приспичит пообщаться с доченькой. Как же его все бесило….И молчание безопасника, и унизительный страх перед Тороповым, и ужин поданный старшей домработницей с опозданием на пять минут, сама домработница со своими седыми буклями, бледной мордой похожей на блин, бегающими глазами, дрожащими пальцами рук, свет садовых фонарей за панорамными окнами особняка….Все бесило. — Антон Андреевич, у нас проблемы…. Практически весь состав домашнего персонала попросил расчет. Остается только одна горничная, и……. - робко заблеяла старая овца, отойдя на несколько шагов от стола. — И что? Будешь ишачить за весь недостающий персонал. Долг отрабатывать. Напомнить за что задолжала? Ты должна была контролировать каждый шаг моей жены. Идиотка тупорылая. — перебив, со злостью процедил сквозь зубы. — Я не знаю, как…..- вновь заблеяла тупорылая, и тут зазвонил его телефон. На экране высветился номер начальника службы безопастности. — Пошла вон! — рявкнул Антон, хватая трубку со столешницы. Домработница не смотря на возраст прытко понеслась прочь из гостиной. — Слушаю. — выдохнул приняв вызов. — У меня не очень хорошие новости, Антон Андреевич. Странная складывается ситуация. По вашему поручению, мы договорились с полицией о негласном розыске вашей жены, были охвачены две ближайшие области, не считая Московской. Все с кем удалось договориться, неожиданно пошли в отказ. Резко. Внятных объяснений причин отказа от сотрудничества, никто не давал. Буквально несколько минут назад, я смог дожать начальника полиции одного райотдела. Услышал от него, в приватной беседе, якобы в это дело, прокуратура вмешалась. На довольно высоком уровне. Пригрозили прокурорской проверкой. — безопасник замолчал. Некоторое время, молчал и Антон, переваривая услышанное. Переварил, нашел более логичное чем вмешательство прокуратуры, объяснение поведения полицейских. — Цену набивают! Миллион не устраивает, больше хотят. Пообещай три миллиона за информацию. Продолжал ломаться, поднимай до пяти. Работайте! — отбил вызов, швырнул телефон на стол. Выпил залпом стакан минеральной воды. Бред сивой кобылы. Прокуратура вмешалась…. Какая прокуратура? Кто ее вмешал? Кто настолько всесильный? Чушь собачья. Однозначно денег хотя. Успокаивал себя. Но нервное напряжение усилилось. Мерзкая тварь. Где эта мерзкая тварь? Гадина…. Вновь зазвонил телефон. На этот раз, звонили с пункта охраны особняка. — В чем дело? — поднеся трубку к уху, раздраженно выкрикнул Антон. — Антон Андреевич, я тут один. Больше нет никого. Остальные разбежались. Камеры вырубились, по всему периметру. Взломал будто кто-то систему. Мне бы, это — усиление прислать. Человек пять хотя бы. Не по себе, как-то. Возле въездных ворот, байкеры подозрительные крутятся. — Какие еще байкеры! — потеряв терпение рыкнул Антон. Мозги отказывались соображать. Камеры не работали только у запасного выхода, но их еще вчера заменили на новые. Вся система видеонаблюдения функционировала. И вдруг, вырубилась. Полностью. Если этот дебил охранник ничего не попутал. Разбежалась охрана. Как и домашний персонал. Что это значит? Крысы почувствовали, что корабль тонет, и побежали? Хрен угадали! Он непотопляем! Он — Бог! Лишь бы скорее нашлась эта дрянь, он всем напомнит, кто здесь хозяин! — Все как один в черных мотошлемах с закрытыми лицами, в кожаных куртках, кожаных штанах, на мощных мотоциклах. Кружат, стаей хищников…. А я, один. Не пришлете усиление, я тоже уйду отсюда. Выл из трубки дебильный охранник. — Заткнись! Уйдешь самовольно, ни рубля не получишь. — Антон сбросил вызов. Наполнил стакан водой, выпил в несколько крупных глотков. Нажал на вызов номера начальника службы безопасности. — Это снова я. Пришли- ка в особняк несколько своих людей. Охранники саботаж устроили. — Я уже в курсе, Антон Андреевич. К сожалению некого к вам прислать, мои все задействованы в розыске Любви Николаевны. Если только, кого-либо выдернуть с разыскных мероприятий…. — Нет. Пусть ищут, это важней. — отрезал и на этом прекратил разговор. — Пусть ищут, пусть скорее найдут — шептал исступленно. И вдруг… С ним случилась слуховая галлюцинация. Он услышал отчетливо:- Это только начало, Гаврилов. Начало твоего конца…

Люба/

Внедорожник вырулил по стрелке указателя, покатил мимо березовой рощи. Мелькали белые с черными отметинами стволы деревьев, ветер раскачивал гибкие ветви, солнце играло в прорезях зеленой листвы. Следующий поворот, и в дымке летнего дня, серебром замерцала водная гладь. Полноводная Истра распласталась широкой змеей посреди равнинной местности. — Устала, Машунь? Почти приехали, еще чуть-чуть и мы на месте. — Юрий поправил лямку ремня на Машином плечике. — Не устала, только немножко не терпится. — Маша подалась вперед, насколько позволил ремень безопасности, вытянула шею. С живым интересом смотрела сквозь лобовое стекло. Большая деревня, утопающая в сочной зелени садов вольготно раскинулась вдоль берега реки. Кирпичные строения чередовались с рублеными из бревен, двухэтажные с одноэтажными. Автомобиль подкатил к распахнутым настежь воротам. Двухэтажный дом облицованный желтым кирпичом, под покатой черепичной крышей. Позади дома, виднеются густые кроны фруктовых деревьев, перед домом ухоженная лужайка, слева, в окружении декоративных кустарников, беседка увитая вьющимся растение, по правую сторону — детская площадка с квадратной песочницей, заполненной желтым песком, красно — синей пластмассовой горкой, двойными качелями. Недалеко от площадки — сооружен вигвам. Основательный. Бежевого цвета, с нашитым по низу и верху, ярким узорчатым орнаментом. По размеру вигвам значительно превосходил тот, что Юрий с Машей у него на участке сооружали. Еще не заходя в дом, и не видя хозяев, Любе почему-то стало понятно: живут здесь люди в ладу с собой и маленьким созданным ими миром. Уютным, спокойным миром. — Ничего себе, чего там….- восторженно протянула Маша. — Ночью наверное сшили, не утерпели, — рассмеялся Юрий, щелкнул застежкой — карабином, освободил Машу от ремней безопастности. Первым из автомобиля вышел Артем, затем выбрался Юрий, помог выбраться Маше. Пушистый серый кот запрыгнул на забор, круглыми глазами наблюдал за происходящим. — Привет! Мы цыплят привезли! Ты их не обижай, ладно? — задрав голову, сообщила коту дочка. Люба наконец покинула салон внедорожника. Нерешительно топталась у дверцы, очередной раз ощущала неловкость. За вторжение к родителям Юры. За беспокойство и хлопоты, вызванные приездом ее и дочки. Наверняка у людей есть другие дела, а они вот вигвам строили…. — Любаша, ну что ты моя хорошая напряглась? Нам здесь рады, сейчас сама убедишься, — Юра обогнул автомобиль, подошел к ней. — Я не напряглась, Юр, просто….. — Костя! Вылезай из мастерской, пойди поставь воду на вареники, дети приехали! — раздался радостный женский голос из глубины участка. — Приехали? Не услышал в наушниках. Воду недолго поставить, Оль, поздороваюсь с детьми и поставлю! — откликнулся голос мужской. На садовую дорожку, выложенную светлой плиткой, выбежала женщина. Среднего роста, темноволосая, стройная, подтянутая, одетая в платье цвета молочного шоколада, с бахромой по подолу, подпоясанное поясом с желто — бордовым орнаментом. Женщина на бегу, подняла вверх левую руку, правую согнула, коснулась кончиками пальцев локтя. — Хау! — выкрикнула и рассмеялась звонко. — Индейское приветствие. Ты не подумай, Люб, у мамы с головой все в порядке, она так Машу старается порадовать. — улыбнувшись, пояснил Юрий. — Мамы у нас с тобой классные, Юр. Что твоя, что моя. Впрочем, и папы не хуже. — произнес великан Артем. Из-за угла дома стремительно вышел высокий мужчина. Похожий на Юрия, только старше и с проседью в волосах. — Приветствую! Как добрались, молодежь? Я коптильню собрал, вечером протестируем, леща попробуем закоптить! Дальше было знакомство. И довольная физиономия Маши, затисканной Юриными родителями. И еще в тот момент, когда Юрина мама обняла и мягко прижала Любу к себе, Любе вдруг показалось……показалось то, что и казаться ей не должно, потому как не довелось испытать даже в детстве. Показалось, будто окутали ее, Любу Торопову, материнским теплом. Самым настоящим материнским теплом…