Анна Баскова – Любовь для Ангела (страница 11)

Пушистые цыплята, дружно стучали клювами по дну металлической кормушки, попискивали, норовили ухватить кусочки яйца друг у друга из-под клюва. Маша нависла над желтыми комочками, с умилением наблюдала за ними. — Не толкайтесь, пушистики, на всех хватит, всем достанется! Ой, какой ты жадина, зачем отбираешь у братика? Охапку цветов, дочка бросила не доходя до цыплячьего домика: васильки, ромашки рассыпались веером по короткой траве. Мягкая должно быть трава, так и манит, на ощупь попробовать. Разуться и пройтись. Ощутить, как приятно пружинит, под ступнями босых ног. Если конечно получится, ощутить. Сейчас, когда бетонной плитой давит груз сложившейся ситуации. Непростой ситуации. Душа не на месте, чего уж там. И совесть покусывает. Ощутимо покусывает. За то, что позволила себе, схватиться как утопающий за соломинку, за сказанные Юрием слова: "Справимся. Мы тоже не пальцем деланные. Обратимся за помощью, к хорошим знакомым. Надежным людям. Обрубим жало, вместе со щупальцами. Возьмем ситуацию под контроль." Он сказал, а она ухватилась. Умом понимая, что оставаться не следует. Она же знает, за время их совместной жизни, Гаврилов оброс влиятельными связями. Все усилия для этого приложил. Ему есть, кого задействовать, вряд ли друзья Юрия, имеют подобные ресурсы. Да и, с какой стати, он должен нагружать ее проблемами, своих друзей? Мало, его под удар подставляет, так еще и совсем незнакомых людей…. Понимает умом. Но, вот, ухватилась и малодушно согласилась остаться. Оправдание себе нашла, мол и правда, куда бежать? В каком направлении? Куда нестись, не разбирая дороги, как загнанная лисица, обложенная красными пятнами флажков, боясь, что вот-вот загонят в угол. И для Маши, побег в неизвестность, очередной стресс. Эгоистично и малодушно, придумывать оправдания. Отсюда и угрызения совести. Люба повернула голову, посмотрела на Юрия, он, отойдя к кустам дикой розы, беседовал по телефону. Вернее, закончил беседу. Трубку от уха отстранил, в карман убирает. Какие движения у него, точные, выверенные, не суетливые и в то же время, без показушной вальяжности. Не изображает из себя ягуара, как Гаврилов изображал. А смотреть, в разы приятнее, нежели…Боже, о чем она думает? Резко отвернулась, кинулась собирать рассыпанные цветы. — Пейте, пейте водичку, я еще налью! Мам! Смотри, как смешно пьют! Головы задирают, это, чтобы вода изо рта не вылилась? — Наверное, чтобы не вылилась, Машунь, только не изо рта, а из клюва. — Из клюва. — кивнув, повторила дочка, — мам, как думаешь, им удобно с одним клювом, без рта? — Конечно удобно, они привыкли, их такими природа создала, малыш. — А — аа. Природа постаралась. Мам! А уши им, она забыла, что ли добавить когда создавала? Вопрос поставил в тупик, Люба пыталась сообразить: что ребенку ответить. Выручил Юрий, как раз к ним подошедший. — Машуль, у цыплят есть уши. Они все прекрасно слышат, так же, как и мы. Просто из-за оперения, мочки их ушей трудно различимы. Кстати, звуки они начинают улавливать, еще даже не вылупившись из яйца. — пояснил ребенку и, обратился к Любе: — У меня хорошая новость, Любаш. Ретивых сотрудников полиции, готовых за определенную мзду превысить должностные полномочия, приструнят сотрудники прокуратуры. Сегодня же. Другого, я собственно и не ожидал. — Ну, что, Машенька, поели, твои птенцы? Теперь спать улягутся. Давай, уши у них рассмотрим и тоже обедать пойдем. Нас лапша на крыльце дожидается, и котлеты из щуки. Пообедаешь, отдохнешь, а там и Степа с Даней приедут. Я предлагаю, с рыбалкой повременить, остаться вечером дома. Найдем, чем заняться, тем более, Виктор должен мясо привести, организуем шашлык. Можем шалаш пристроить к палатке, или индейский вигвам соорудить. Мы с братом маленькие были, частенько играли в индейцев. Вместе с мамой, она в юности, зачитывала до дыр книги Фенимора Купера. Бабушке, на полном серьезе говорила, что когда станет взрослой, обязательно родит сына и назовет Чингачгук или Виннету. Очень бабуля переживала по этому поводу. Чингачгука опасалась во внуки получить, вместо Ромки. И Виннету, вместо меня. Виннету Ангел. В этом, что-то есть.

Машуня! Я разглядел ушко, иди ко мне ближе, покажу!

Приструнят ретивых работников полиции. Так Юрий сказал. Она не ослышалась, так и сказал — приструнят. Сегодня же. Напрасно она сомневалась в возможностях Юрия. Он смог. Да. И так запросто, сообщил такую прекрасную новость….Серый снежный ком, что стоял поперек горла, провалился внутрь, и растаял. Нервное напряжение ослабило хватку, она почувствовала что дышать стало легче и на плечи больше не давит груз, и….еще почувствовала, как предательски защипало в носу, и глазам стало жарко, словно слезы вот-вот хлынут. Слезы благодарности. Слезы облегчения. Нет, расплакаться она не имела морального права, недопустимо пугать Машу и Юрия беспокоить. Справилась. С трудом, но справилась. Прада, заговорить не смогла, побоялась, что голос дрогнет, из-за этого даже слов благодарности не вымолвила. Переминалась с ноги на ногу, обнимая норовивший рассыпаться букет, и молчала. А Юрий, взглянул на нее внимательно и продолжил говорить: предложил с рыбалкой повременить, провести вечер дома, организовать шашлык, соорудить индейский вигвам. Шутил, что якобы мама его, в юности увлекалась историями об индейцах, и мечтала назвать своих сыновей Чингачгук или Виннету. — Виннету Ангел. В этом что-то есть, — заметил, озорным тоном. А потом, Юрий с Машей рассматривали цыплят, обсуждали их уши, скрытые под желтым пухом. Люба сколько не силилась, никаких ушей не разглядела. Пока Юрий не взял один желтый пищащий комочек в руки, и осторожно не раздвинул пальцами пух. Показал ей крошечные мочки под круглыми, едва различимыми отверстиями. Прошло еще минут пять, и они оставили цыплят, отправились домой. Уже на подходе к ступеням крыльца, Люба решилась заговорить. — Юрий, я безумно вам благодарна. За ваши хлопоты. За возможность не вздрагивать, опасаясь, что нагрянут сотрудники полиции. Он, коснулся ее руки. — Любаша, не стоит благодарности. Нормальный ход событий. Так что, выше нос. Он у тебя, очаровательный. — Нос? — Ага. Разве ты сама не видела в зеркало? Посмотри и увидишь. Красивую девушку с очаровательным носиком. — Дядя Юра, а я, на маму похожа, мой нос значит тоже красивый? — взбежав по ступеням, протараторила Маша. — Конечно красивый, Машунь, просто прелесть, что за носик. И сама ты, очень красивая девочка. Похожая на маму, да. Маша просияла улыбкой. — Мама самая — самая красивая. Папа не правду говорил, когда обзывался. Плохими словами. Не буду их повторять. — дочка мотнула головой, косички дернулись в такт. Люба вздохнула. Остается надеятся, что со временем, сотрутся из детской памяти всякие гадкие слова, услышанные от биологического папаши. Пусть и немного успела дочка увидеть и услышать, но и этого более чем достаточно. Раз отложилось в голове ребенка. — Правильно, Машунь, не нужно глупости повторять. — Юрий забросил на плечо спортивную сумку с привязанным к лямке узлом грибов, подхватил сумку холщовую, вынул из кармана ключи, вставил в замок, повернул в замочной скважине, открыл массивную дверь, посторонился попуская Любу с дочкой. — Юрий, вы не против, если мы воспользуемся душем? — шагнув внутрь, спросила Люба. — Люб, пользуйтесь на здоровье, всем, что есть в этом доме. Не спрашивая разрешения. Только, просьба одна: давай на ты? Я — то, правда уже перешел. Невоспитанный. Обращался на ты…. У него затрезвонил телефон. Переместил холщовую сумку с кастрюльками из одной руки в другую, достал трубку, поднес к уху. — Да, Ирин. Нет, лапшу еще не пробовали, только в дом вошли. Но, заранее уверены — лапша вкусная. Подогреем, если остыла, не переживай. Кто тебе звонил? Витькин брат, замначальника полиции? А- аа, да, ты упоминала о родственнике полицейском. Чего у него? Отбой, девушку в джинсах и ребенка женского пола, больше не ищут? Чего просил? Забыть о его вопросах? Не пойму, ты о чем? Никому не распространяться, даже с Витькой не обсуждать, что он, замначальника, интересовался некой девушкой? Чревато серьезными неприятностями? Кому чревато? А- аа. Полицейскому, чревато. Вплоть до увольнения из органов. Теперь понял. Ир, мы если честно и не думали распространяться. Вернее, мы вообще об этом не думали. Ни о замначальника, ни и какой-то девушке. Слушай, Ир, не морочь голову, лучше напомни Витьке, что он мне мясо обещал привести.

Юрий, отбил вызов, вернул телефон в карман. Широко улыбнулся.

— Ну вот, подтверждение стремительно поменявшейся в нашу пользу ситуации. Ай, да Гриша Салтыков, ай, да молодец! Сказал — сделал. Оперативно подключил своего приятеля, серьезного сотрудника прокуратуры. И я, молодец. Очень убедительно, прикидывался дурачком. И вы, молодцы, девочки. Мы все, молодцы. Приготовлю нам за это, домашнее мороженое. В интернете рецепт подсмотрю, и приготовлю…

12

Вазы в доме не нашлось, вместо нее, Юрий принес пузатый кувшин, белый с голубым ободком поверху. В этот кувшин и поместили Машин букет. — Мам, давай поставим на подоконник, у себя в спальне, красиво будет! — деятельная дочка, убежала вперед. Люба пошла за ней следом. Белые ромашки и ярко — синие васильки, и впрямь гармонично вписались в простой, но уютный интерьер отведенной им комнаты. Сочетались с веселым рисунком занавесок. Люба раздвинула занавески пошире. Небо синее за окном, облака разлетелись. Ветра нет. Деревья за забором, замерли и листьями не шевелят. Где-то в деревне, прокукарекал петух. Лениво загавкал пес вдалеке. Любе на мгновение показалось, что все это уже было когда-то. Луговые цветы на подоконнике, пейзаж за окном, звуки, запахи….Давно — давно было, а потом забылось. Растворилось в кошмаре жизни с Гавриловым. Теперь она вырвалась из этого кошмара и попала в то- самое место. Нужное место…. — Мам, я можно, красное платье с горошинками надену? Мы с дядей Юрой, такое нашли в сумке. — вернула в реальность дочка. Отстранилась от окна, заругавшись на себя мысленно. Нужно быстро Машу помыть и самой принять душ, не задерживать Юрия, а она в облаках витает. — Да, Машунь, в магазин съездить не получилось, придется воспользоваться вещами из сумки. Это не совсем правильно, но другого выхода у нас пока нет. — виновато улыбнулась дочке. Расстегнула застежку молнию, достала лежавшее сверху детское платьице в горошек, затем желтый костюмчик с шортами, потом еще один детский костюмчик, а под ним, обнаружила легкие хлопковые брюки цвета хаки, и майку на широких лямках, в тон брюк. Вот, нашлась и для нее сменная одежда. Выхода действительно нет, кроме как позаимствовать вещи. Надела бы джинсы свои, да соседи зайти обещали. Хоть полиция и отказалась от неофициального розыска, не стоит в тех джинсах появляться перед соседями. Может и глупо, но…. Лучше не рисковать. Отложила брюки и майку к платьицу в горошек. Костюмчики аккуратно уложила назад, в сумку. — Идем Машунь, душ принимать. А то, дядя Юра наверное нас заждался уже. Дочка ткнулась ей живот, носиком. — Мам. Дядя Юра сказал, что пока мы приводим себя в порядок, он поищет, как надо готовить мороженое! Я попрошу разрешения, чтобы вместе с ним мороженого всякого натворить. Потом, когда помоемся и пообедаем. Степу с Даней угостим, и тетю Иру, и дядю Витю! Ой, нам еще нужно будет кашу сварить, для цыплят. Столько дел. И все интересные! Хоть бы день, не кончался подольше, чтобы все успеть! Все успеем Машуля, если поспешим в душевую, — Люба прихватила подготовленную одежду, поцеловала дочку в макушку, взяла за ручку, повела из комнаты. С кухни плыл аромат куриного бульона. И еще чего-то, вкусного. Юрий стучал ножом по разделочной доске, резал что-то, кажется овощи для салата. Напевал какую-то песенку. Теплые лучи летнего солнца, льются в окна, рассеиваются по светлому покрытию деревянного пола. Рисуют кружевные узоры. Благодать. Не так уж много нужно человеку, чтоб на него снизошла благодать. Счастливая улыбка маленькой дочки, незатейливый мотив песенки, солнечный узор под ступнями босых ног, аппетитные запахи и…отсутствие необходимости цепенеть, понимая, что сейчас получишь удар….