Анна Баскова – Дай мне шанс (страница 11)
- Никуда не спешу, совершенно свободна до пятницы, - ответила не задумываясь.
- Прогуляемся по Тверскому бульвару? Тысячу лет не совершал променад.
- Прогуляемся, почему бы не прогуляться. Вот только десерт доем, очень вкусно, жалко оставлять…
Через некоторое время с десертом было покончено, Стас рассчитался по счету, и мы покинули заведение.
Вышли в прозрачные весенние сумерки, к зажженным фонарям, к зданиям подсвеченным кокетливой подсветкой.
- Стас, нам придется другую причину нашего расставания придумывать, то что ты заподозрил во мне тарелочницу теперь не прокатит. – проговорила я, зачем-то беря его под руку.
- Разберемся, не забивай голову. Посмотри какой чудный вечер. Кстати, а ты в курсе, что Тверской бульвар, самый протяжённый бульвар Москвы – восемьсот пятьдесят семь метров.
Известно, что этот бульвар в Москве был основан в девятнадцатом веке и сразу же стал любимым местом прогулок горожан. По популярности он затмил, воспетый поэтами и драматургами того времени, знаменитый столичный Невский проспект.
Монсеньоры и дамы с собачками неспешно прогуливались по Тверскому бульвару: выгуливали наряды, вели светские беседы, приглашая друг друга на послеобеденный преферанс. Тут были устроены цветники, фонтаны, декоративные бассейны и обширная галерея, в которой размещалась
Я тряхнула головой, - познавательно. Но не совсем верно, бульвар был заложен в тысяча семьсот девяносто шестом году, по Указу Императрицы:
Так появился Бульвар. Да, поначалу он назывался просто Бульвар, так как был единственным в Москве, а позднее стал называться Тверским – по Тверской улице, к которой примыкал. На месте будущего бульвара выкорчевали все старые деревья и кустарники и посадили березы. Они не прижились. Тогда были высажены липы, клены, вязы и дубы. И поныне на бульваре растет старинный дуб, которому более двести лет. Он считается здесь самым старым деревом, он пережил войну тысяча восемьсот двенадцатого года, его обхват – около трех метров. И да, вскоре Тверской бульвар стал излюбленным местом променада городского дворянства. Бедно одетых людей сюда не пускали. На бульваре были оборудованы фонтаны, мостики через два искусственных водоема, беседки. Вдоль главной аллеи размещались бюсты знаменитых людей.
- Ну вот, а я хотел блеснуть эрудицией.
- Предмет «Москвоведение» в школе не надо было прогуливать.
- Лик, а давай поищем тот старый дуб и попробуем его обхватить.
- А давай!
И все-таки он очень даже ничего, Стас Воропаев. Особенно когда чертики прыгают в глазах.
Возвращалась домой пребывая в прекрасном настроении. Вечерняя Москва подмигивала огнями рекламы, светила рядами фонарей, радовала глаз мягкой подсветкой старых и новых зданий. Настроение, приподнятое отнюдь не из-за вида привычных Московских пейзажей, а из-за весьма удачной прогулки со Стасом Воропаевым.
Он во время променада, как-то по-другому раскрылся. Особенно, когда добрались до старого дуба, и на глазах изумленной публики предприняли попытку тот дуб обхватить. Попытка провалилась. Но смеху было, когда представили, как выглядели со стороны…
После провалившейся попытки, продолжили неспешную прогулку по бульвару. Болтали о том, о сем, просто болтали без взаимных подколов. А перед тем как расстаться, договорились встретиться завтра. Местом встречи выбрали Скалодром на Мичуринском проспекте. Если быть точной, то выбрала я, очень уж захотелось покорить отвесную стену со Стасом за компанию. Стас сказал: я весьма далек от скалолазания, но дай мне шанс, надеюсь, что справлюсь.
Шанс дала, почему бы не дать. О том, что и у меня это будет первое в жизни посещение скалодрома, на всякий случай умолчала.
За раздумьями, не заметила, как добралась до дома, въехала за шлагбаум отделяющий территорию ЖК, нырнула в подземный паркинг. Уже поднимаясь в лифте, вспомнила, что в холодильнике шаром покати: ни яиц, ни молока на завтрак.
Сначала склонилась к тому, чтобы заказать доставку продуктов. Потом передумала, быстрее выйдет самой в магазин сходить. Перешла в другой лифт, тот что к центральному входу спустит, шмыгнула в кабину, нажала на кнопку первого этажа.
В вестибюле, меня окликнул охранник:
- Лика Александровна, к вам посетительница, - огляделся по сторонам, - куда она делась, только что здесь была… странная какая-то, не знает номера вашей квартиры…
Я пожала плечами:
- Не знаю, кто это мог быть. Все, кто мог меня посетить в курсе где я проживаю. Если только мамаша бывшего пожаловала.
- Слишком молода для мамаши, - протянул секьюрити, я еще раз пожала плечами и поспешила к выходу.
Раз не мамаша Славкина, то понятия не имею, кого принесло. И даже голову ломать не стану, любопытно конечно кто это был, но не до фанатизма.
Вышла из здания, повернула к магазину.
- Лика. Можно вас на минуточку, - услышала выкрик в спину.
Обернулась.
Неподалеку от входной группы, нерешительно перетаптывалась беременная Славкина подруга. Лиза, кажется.
- Каким это ветром тебя сюда придуло? – я развела руками.
- Слава, название Жилищного комплекса сказал. Похвалился, что у вас жилье элитное. Я хочу вам сказать, что не имею к нему претензий. На установление отцовства не подам. Как – нибудь справлюсь сама. Так что, он свободен…
- Та-аак. Давай прогуляемся до магазина, после поднимемся ко мне и поговорим. – я шагнула к ней, подхватила ее под локоть. – значит, козел Славка бросил тебя.
- Да. Обвинил во всех смертных грехах, сообщил, что является москвичом в каком-то там поколении. Коренным москвичом, короче. И пришел он к выводу, что вынужден мне с заявить, что не станет он себе родословную портить. Рожденный мной ребенок москвичом с большой натяжкой считаться будет. Я в Москву в десять лет, из-под Ярославля, приехала. А значит остаюсь девушкой с периферии. Его предки, в гробу перевернутся, не простят ему женитьбы на девушке которая по сути не является москвичкой. И все семейство его будет против подобного мезальянса. Только одного не понимаю, для чего просил оставить ребенка, когда только узнала о беременности…
Голос ее задрожал.
Что тут скажешь, я прониклась сочувствием к растерянной беременной девушке.
- На установление отцовства нужно подать, чтобы от алиментов не отвертелся. Он должен своего ребенка содержать. А знаешь, если уж совсем откровенно, то я поражена, какой Славка слизняк, оказывается. Меня с ним ничего особо не связывало, но даже от осознания, что с этим человеком знакома была, противно становится. Меня передернуло.
Надеюсь, что Лиза или как ее там не долго будет жалеть об этом козле.
Надо же, год я со Славкой общалась, и действительно не предполагала, что он мягко говоря с гнильцой. Да что уж там – с гнилью. Огромной такой, гнилью. А по поводу того, что он коренным москвичом является, и этим гордится безмерно, звоночки были, да только я им значение не предавала.
- Ах, - вздыхал Славка, - как же мне не нравится жить на задворках Москвы. Кругом одни типовые новостройки, можно сказать - человейники, да пустыри. И предположить не мог, что жизнь меня занесет на задворки Детство-то мое, прошло в историческом центре. А сейчас - вот тебе, Слава, получи. На бабушкино наследство масса желающих сбежалась. И хватило средств лишь на крошечную студию в заднице мира. Из последних сил выживаю там. Подойду к окну и тоска зеленая накрывает. Хочется видеть картину более приятную. Чистые пруды, к примеру. И чтобы зимой не мерзнуть по часу с лишним в очереди на маршрутку...
Н-да. Я на весь этот лепет не обращала внимания. Да хрен бы с ним с его лепетом, этот гаденыш отказывается от собственного ребенка. А с другой стороны, нафиг нужен такой папаша, пусть только алименты платит и не отсвечивает в жизни Лизки и малыша…
В супермаркете мы задержались ненадолго. Покупателей было не густо, поэтому быстро удалось затовариться. Помимо продуктов на завтрак я взяла овощей на салат и два стейка лосося, приготовлю ужин, раз уж у меня гостья.
Лизка молодец, не стала ломаться, отказываясь от ужина, и пока я занималась стейками, помыла овощи и порезала салат.
Ей, наверное, нужно было выговориться, она рассказала, что работает медсестрой, проживает в Ясенево, в двухкомнатной квартире с бабушкой, бабушка последнее время плохо видит, поэтому не замечает ее интересного положения, а может быть замечает, но тактично молчит. Еще она рассказала, что накопила на ремонт пока в одной комнате, как чувствовала, что от Славки помощи не дождется. Что по результатам УЗИ, родится у нее девочка, и что декретных выплат ей хватит на приданое для малышки, коляску и кроватку можно и с рук взять.
- Погоди-ка, - я ее перебила, сняла с гриля стейки, вытерла руки бумажным полотенцем, взяла телефон, набрала номер Колькиной жены, Владиславы.
Владислава вызов приняла моментально, как будто ждала моего звонка.
- Владислав, я по делу.
- Ну вот, а я обрадовалась, думала ты скажешь: в гости заеду.
- Заеду обязательно, только не знаю, когда. Слушай, а у тебя после Полинки вещичек не осталось? А коляски с кроваткой?