Анна Бахтиярова – Посланница Поднебесья (страница 41)

До Эсмеральды я добралась вовремя. Приноровилась к быстрым полетам. Это, конечно, не мгновенные перемещения из Мира в Мир, минуя комнату перехода. Но я теперь так ловко работала крыльями, будто прожила с ними ни одну человеческую жизнь. Подозревала даже, что стараниями Амэя во время лечения медблоке мне добавили некоторые особенности, дабы пернатые конечности не просто быстрее срослись, но и стали сильнее.

Картина в темнице моей гадалки предстала маслом.

Она сидела связанная на полу, а над ней навис Клим Риро — актер, смерть которого Эсмеральда предсказала.

— Это твой последний шанс, старая карга, — процедил он, а гадалкина кнопка на моем браслете замигала красным огнем.

Я занервничала.

Та-ак. Красная кнопка — это плохо. Очень плохо. Свидетельство смертельной опасности.

Значит, Риро на грани и, действительно, способен прикончить упрямую старушенцию.

— Говори, как мне избежать гибели! — приказал он яростно.

Но Эсмеральда осталась себе верна.

— Никак, — ответила, глядя знаменитости в глаза. — Я видела то, что видела. Твоя кончина неизбежна. Единственное, что бы можешь сделать — не утянуть за собой подружку. Останется рядом, тоже сгинет.

Риро зарычал.

Я ахнула, не очень понимая, что делать. Вмешаться? Но как? Разве что оттаскивать актера от Эсмеральды. Но, помнится, когда я похожим образом спасла Матильду от убийцы с подушкой, мне здорово влетело. А еще я клялась, что больше не привлеку к себе внимание людей. Правда, это было в другом мире. Там мой куратор — Ллойд. Здесь — Тайрус. Впрочем, и он умеет быть беспощадным.

Черти! Что ж делать-то⁈

— Говори! Иначе умрешь! — прогрохотал Риро.

Но Эсмеральда осталась собой. Могла ведь соврать. Но нет. Эта упрямица тряхнула патлатой головой и выдала:

— Угрожай, сколько влезет, мерзавец. Но из нас двоих покойник — ты. Твою смерть я вижу, свою — нет.

— Ты уйдешь первой! — заорал тот и… вцепился в гадалкино горло, не оставив мне выбора.

Я не думала больше о последствиях за нестандартное вмешательство. Главное, чтобы эту подопечную не укокошили. Жизнь Гая Лиона под большим вопросом. Потеряю двух клиентов, это точно будет катастрофа. Даже заступничество Амэя не спасет от гнева Аскольда.

— Ну, гад ползучий! — взревела я и, схватив Риро за шиворот, взмыла к потолку.

Разумеется, он меня не услышал. Но перепугался знатно. Да и кто бы не струхнул, если ноги сами отрываются от пола. Он выпустил гадалку, и та, кашляя, покатилась в угол. Риро же тут же грохнулся из-под потолка. Не выдержала ткань футболки, за которую я тянула. Раздался хруст. Кажется, паразит сломал ногу. Еще и головой приложился. Да так, что отрубился.

— Беги отсюда, дурында! — прикрикнула я на Эсмеральду, когда освободила ее от пут.

Та сидела на полу и таращилась на веревки, упавшие, как казалось, сами по себе. Пришлось ее подтолкнуть, чтобы двигалась к выходу. Она подчинилась, правда, отправилась в путь ползком.

— Да чтоб тебя! — возмутилась я. Далеко она так не доберется.

Положение спас пинок. Гадалка взвизгнула и рванула прочь уже более привычным способом. Я же отправилась следом, дабы убедиться, что она выбралась из особняка Риро. По дороге пришлось подкинуть к потолку пару его парней. Но это мелочи. Главное, моя подопечная сумела-таки сбежать, сверкая пятками.

— Не видела она свою смерть, видите ли, — проворчала я, глядя, как та улепетывает по дороге, ведущей в основной город.

— Ты на голову больная, Ларо⁈ — ругался два часа спустя на меня Тайрус, которого я нашла в Поднебесье, чтобы явиться с повинной. Решила, пусть узнает о происшествии от меня, чем от других.

— Не кричи, и так голова тяжелая. Я же и без криков всё прекрасно понимаю.

— У ангелов не бывает тяжелой головы!

— У меня бывает. От тяжких дум. И вообще, что мне было делать, Тайрус? Ну, серьезно? Стоять и смотреть? Риро душил мою гадалку, кнопка горела красным огнем. И, кстати, рыжего идиота, за которым Торр присматривает, там нынче не было. Так что конфликта интересов не случилось. А Риро… он, по словам Эсмеральды, так и так не жилец.

— О как всё повернула, — бывший наставник (он же нынешний куратор в Мире Гор и Туманов) негодующе покачал головой. — Думаешь, прокатит?

— Не думаю. Просто говорю, как есть. И вообще, ты сам нас учил, что главное — живой клиент. Моя гадалка жива. Вот.

— Ой, только моими же наставлениями козырять не надо, — Тайрус скривился. Было очевидно, что ему по статусу положено еще «погрохотать», но настроение не то.

— Так что будет дальше? — спросила я прямо.

Он ответил не сразу. Посверлил меня грозным взглядом с полминуты.

— Ничего не будет. В смысле, никто же всерьез не пострадал, насколько я понимаю. Так что докладывать наверх я не обязан.

— Не пострадал, — подтвердила я, опасаясь радоваться заранее. — Я проследила. Риро пришел в чувство. Устроил разнос своим людям. Требует найти Эсмеральду. Думает, она еще и колдунья. Логично вообще-то. Кому придет в голову, что это ангел-хранитель защищал нерадивую клиентку. Проще приписать необычные способности ей самой.

— А Эсмеральда сейчас где?

— Да черти ее знают. Спряталась. Это она умеет. Кнопка пока зеленая. Значит, можно повременить с поисками. Навещу старушенцию позже. Без нее голова…

— Тяжелая, помню, — закончил Тайрус. — Так и быть, отпущу тебя на этот раз.

Я с подозрением прищурилась.

— А с чего это ты такой добрый?

— Уж точно не из-за твоих красивых глаз, — усмехнулся он. — Эксперимент Амэя и без того трещит по швам. Не хватало только твоих разборок с известным актером. Жива клиентка и ладно.

— Что-то случилось? — насторожилась я.

— Да. Твоя подружка Ши влепила пощечину Ллойду. При свидетелях.

— Ох… — я попятилась. — По-почему?

— Ллойд говорит, что она несдержанна и не способна работать за пределами родного Мира. Ши молчит, отказывается обсуждать причину конфликта. Что? — Тайрус заметил, что я отвела взгляд. — Тебе что-то известно?

— Я… Мне… Нет, конечно. Ничего я не знаю, — затараторила поспешно. — Мы с Ши, конечно, обсуждали Ллойда. Называли надменным индюком. Но это ни для кого не секрет. На меня он вообще смотрит, как на таракана. С Ши, насколько я поняла, тоже не церемонился. Но это нормально. Для Ллойда. Он считает себя центром всех Вселенных.

Тайрус глядел на меня, не отрываясь. Но я выдержала этот «зрительный натиск».

Да, я помнила один разговор с Ши. Она жаловалась, что Ллойд проявлял к ней особый интерес. И обещала показать, что такое шимантский темперамент, коли тот перейдет черту. Но я не имела права рассказывать об этом ни Тайрусу, ни кому-то другому. Раз Ши молчит, я тоже обязана держать рот на замке. Мало ли какие у нее резоны.

— Так что теперь будет с Ши? Ее накажут?

— Пока отстранили от работы. Впереди разбирательство.

— Это плохо, — пробормотала я.

— Плохо, — подтвердил Тайрус. — Поэтому будь добра, не дерись больше с обидчиками клиентов. По крайней мере, в ближайшее время.

Я выдавила улыбку и попрощалась. Направилась в наш бывший класс, чтобы посидеть и подумать в тишине. Слишком много поводов для размышлений накопилось. По дороге попыталась связаться с Ши. Но ответа не получила. Похоже, шимантку отключили от нашей общей сети на время расследования. Интересно, а лично с ней встретиться можно? Надо было спросить Тайруса. Хотя он бы только взбеленился и велел не вмешиваться.

И всё же мне необходимо поговорить с…

— Какая встреча. Ты-то мне и нужна.

Я остановилась, как вкопанная и судорожно вздохнула, ибо, завернув за угол едва не налетела на… Галу. А она гаденько улыбнулась и протянула:

— Ты всерьез надеялась, что меня можно переиграть, глупая девчонка?

— Я лишь защищаю клиента.

Сама не поняла, как заговорила. Казалось, язык к нёбу приклеился. Но нет. Он был очень даже в рабочем состоянии.

— Нет, дурочка. Ты лезешь туда, куда не следует. Я отдала тебе приказ. А ты его нарушила.

— А вы имеете права ЭТО приказывать? У меня, как и у любого сотрудника Поднебесья, есть обязанность — защищать клиента. Если его пытаются убить, я должна выяснить, кто за покушениями стоит.

— Не в этот раз, — глаза Галы опасно сверкнули.

— Почему? Потому что вы ведете незаконные игры и не хотите, чтобы об этом узнали?

— Ты перешла черту, нахалка, — кураторша ловким движением вцепилась мне в крыло. — Считаешь, себя особенной? Или ты настолько глупа, что готова броситься в омут с головой?