Анна Бахтиярова – Посланница Поднебесья (страница 38)
Я склонилась к Гаю и шепнула:
— Домой.
Он подчинился. Не оглядываясь, засеменил к выходу. Я тоже не стала задерживаться. Симона проводила меня задумчивым взглядом. Шепнула, когда я поравнялась с ней.
— Послушайся Галу. Такой враг, как она, тебе не по зубам.
…Проследив за Гаем Лионом до дыры под названием «убежище», я полетела к платформе. От несправедливости хотелось кричать и бесноваться. Симона Каставетт права. Куда мне до Галы! Она в эти игры играет столетиями. Попадётся, всё равно выкрутится. Наверняка, множество тузов в рукавах припрятано!
Что же делать? Отступить? Или подставить Гая Лиона под удар? Но расследование затеяно для его же безопасности! Если негодник погибнет, всё будет зря. Меня мало волновали секреты Галы. Да, она прятала что-то глобальное, защищая бабку Гая и не желая, чтобы я интересовалась змееводами. Однако… Однако я не хотела влезать в чужие секреты. Хватало своих.
Бесил и Кай. Подлизываясь к Гале, он работал исключительно на себя. В голове не укладывалось, что собрат так легко отвернулся от меня. Признаю, я напортачила и втянула нас четверых в эксперимент. Но не со зла же! Зато Кай участвовал в пакостях против меня осознанно и получал удовольствие от процесса. Какой же я была наивной, думая, что в нашей разношерстной группе возможна дружба!
Добравшись до комнаты перехода, я вновь задумалась о выборе направления. Возвращаться в Поднебесье не было смысла. Наткнусь на Амэя или Тайруса, обоим не составит труда понять, что пышу гневом, а врать убедительно я сегодня была не в состоянии. Внимание, как и в прошлый раз, привлекла невидимая другим ангелам дверь в Мир Ветров и Радуг. Но я сдержала порыв и отправилась в сонную Вселенную — к Матильде. Посижу у нее на подоконнике. Если начнёт клонить в сон, вздремну пару часиков. Хуже, чем есть, точно не будет.
Подопечная лежала тихо, подпиток не требовала и другой защиты тоже. После покушения на девицу и массового убийства в участке, её круглые сутки охраняли стражи порядка. Врачи и медсестры теперь не имели права заходить к таинственной пациентке без присмотра. Меня такое положение дел устраивало. Учитывая неприятности Гая и Эсмеральды, страховка хоть в одном Мире была на руку.
Отрубилась я быстро. По традиции, погрузилась в сновидение. В очередное воспоминание из жизни в родной Вселенной, где люди обожали дожди и поклонялись радугам.
Было раннее утро, солнце ещё не показалось с востока, но небо начало светлеть, прогоняя из городов, лесов и полей мрак и сонливость. Я вышла из дома — того самого с 'колпаками колдунов — с дорожной сумкой в руках и направилась в сторону открытой парковки. Недобрый ветер подтолкнул в спину, взметнул волосы, подпортив укладку. Я поправила оранжевый шарфик, выглядевший на фоне чёрного пальто особенно ярким, и поёжилась. Не от холода. Сердце кольнуло дурное предчувствие.
Он подошел, когда я захлопнула багажник серебристого седана. Светловолосый мужчина с серыми глазами, которые мне всегда казались мрачными и пыльными. Посмотрел с нескрываемой яростью. Мне стало не по себе, но я не показала страха. Подарила ответный гневный взгляд и собралась сесть в машину, но он положил сильную руку на открытую дверцу, преграждая путь.
— Не спеши, Лора.
— Уйди, Феликс. Я опаздываю в аэропорт.
— Ничего. Потерпишь. Нужно поговорить.
— С какой стати? Сара тебе всё сказала.
— Нет, — он ухмыльнулся. — Она сказала то, что ей внушила ты.
— Брось! — я попыталась убрать его руку. — Сара всегда делает, что хочет. Ею невозможно управлять.
Я покривила душой. В большинстве случаев сестра не поддавалась чужому влиянию. Но иногда мне удавалось зародить в ней сомнение. Как несколько дней назад, когда я убеждала её порвать с Феликсом. Я сделала всё, чтобы Сара осознала, как сильна его власть, и захотела вернуть свободу. Я добилась своего. Вчера близняшка дала разлюбезному от ворот поворот.
— Смирись, Феликс, — посоветовала я. — Найди другой объект для контроля.
В его глазах отразилась злость, быстро сменившаяся снисхождением.
— Как же ты недальновидна, Лора. Ограничена человеческим существованием. Ты понятия не имеешь, с кем связалась. Такие, как я, всегда получают, что хотят. Люди нам не помеха.
— Ты бредишь, — бросила я и попыталась сесть за руль.
Но Феликс не позволил. Одной рукой обхватил меня за горло, прижав к машине. Другая скользнула вниз. Раздался щелчок, и я задохнулась от боли. Что-то длинное и острое пронзило плоть, стирая всё на свете: дела, заботы и надежды. Я медленно съехала на асфальт, держась за живот. По рукам текло что-то тёплое. Я смотрела на светлеющее небо, не понимая, как такое могло случиться.
Но синеву загородило ненавистное лицо с пыльными глазами. Феликс склонился надо мной и прошептал, не скрывая злорадства:
— Как тебе такой вариант: я утешу горюющую Сару, и мы снова будем вместе? На этот раз нам никто не сможет помешать. Никто и ничто.
Он исчез, а я осталась лежать в луже собственной крови на боку, ощущая, как с каждой каплей уходит жизнь. В щеку впивались острые камешки, но другая боль заглушала все на свете. Не знаю, сколько прошло времени. Наверное, несколько секунд, которые показались мне вечностью. Внезапно стало легче. По телу разлилось тепло — волна за волной.
— Проклятье! — прошипел кто-то. — Не получается!
— Говорю же, она слишком повреждена. Не трать энергию, душа жаждет уйти.
— Нет! Девчонка нужна мне здесь. Её смерть полностью развяжет ему руки!
— Я знаю. Но она всё равно не смогла бы его остановить. Как и ты. Лучший способ прекратить это безумие, дать ему наиграться с новой игрушкой. Только так он успокоится, и всё вернётся на круги своя.
Я попыталась повернуть голову и сфокусироваться на лицах. Но не смогла. Зато включилось моё нынешнее сознание. Разум ангела Ларо. Я вспомнила, что видела эту часть сна. Во время путешествия по родной Вселенной, когда отключилась из-за боли в сломанных крыльях. Теперь я узнала голоса.
— О, Небо и Миры! — крикнула я, садясь на подоконнике в палате Матильды.
Это было невероятно, но я точно знала, что услышала. Меня, убитую Феликсом, пыталась вернуть к жизни Гала. Её спутницей была никто иная, как Симона Каставетт.
Глава 14
Дружеская подстава
Сегодня грустный день. Очередной.
Неделю назад мы попрощались с папой. Навсегда. Похороны были… хм… уютными. Неправильное слово, но, как ни странно, подходящее. Пришли друзья, коллеги. Говорили много теплых слов. Не для галочки. А настоящие, согревающие кровоточащие сердца.
Сегодня мы снова пришли на кладбище.
Мама, я и Сара, которая пропустила похороны. Не смогла приехать из-за очередного важного мероприятия нового мужа-политика. Был некий зарубежный визит, в который супруг не мог поехать без Сары. Нарушение этикета, видите ли. А отсутствие этой самой жены на похоронах отца, похоже, вещь вполне допустимая. Впрочем, мама не поставила это Саре в вину. Давно привыкла к ее вечному отсутствию. Я тоже промолчала. Смысл что-то говорить? Сара — это Сара. Всё как с гуся вода.
— Это неправильная жизнь, — вдруг проговорила мама, глядя на отцовскую могилу в цветах.
— У папы? — удивилась я. С чего вдруг такой вывод?
— Нет. У вас обеих. Одна меняет мужей, как перчатки, вторая до сих пор одна. Детей не завели. Кто позаботится о вас в старости?
Я ничего промолчала. Ибо знала, что не доживу до старости. Заботиться обо мне не придется. А Сара… Она, скорее всего, под конец жизни слетит с катушек. Так всегда случается, когда сестра остается без меня.
Да, мой мужчина многое мне рассказал. О наших с сестрой парных душах. Не хотел. Но время шло, и я каплю за каплей много чего выведала. Я больше не наседала. Собирала информацию медленно, но верно. Мне не понравилась картинка, которая в итоге сложилась. Но уж как есть. Иного, похоже, нам не дано. Она творит. Иногда сама. Иногда руками влиятельных мужчин. Как сейчас. Только недавно ее муж приложил руку к важному закону, влияющему на жизнь миллионов людей. Но я точно знала, за этим стоит Сара.
— Лора не одна, — вдруг объявила сестра. — У нее есть постоянный партнер. Думаю, он несвободен, потому она тебя с ним не знакомит, мам.
Я закатила глаза.
— Нашла, о чем говорить у отца на могиле. И я бы никогда не связалась с женатым.
Это правда. Мой мужчина свободен. По крайней мере, от других женщин. Увы, я всё равно не могу представить его родственникам.
Мы вместе уже восемнадцать лет. С одной стороны, мама права, и кое-что важное упущено. Детей я не завела. И вряд ли заведу, учитывая возраст. Но я ни о чем не жалею. У меня есть нечто иное, о чем другие могут лишь мечтать. Я люблю и любима. И наши чувства не тускнеют с годами, а становится только глубже. Немногие могут этим похвастаться.
— Ты бы хоть родила что ли, — обращается мама уже к Саре. — У тебя-то хоть есть муж. И здоровье покрепче, чем у Лоры.
Теперь сестра закатывает глаза. Но ответить не успевает. Я нутром чувствую опасность и снова закрываю ее собой. На этот раз от пули.
— Что ты здесь делаешь?
Я смотрю в глаза Криса, стоящего на моем пороге, и злюсь.
Да, я рада его видеть. Всегда рада. Но не у меня дома. Там, куда в любой момент может нагрянуть демон в облике ангела. И даже если этого не случится, он всё равно узнает. За мной всегда следят по его указке.