Анна Бахтиярова – Посланница Поднебесья (страница 30)

— Тина этого не допустит. Ты же знаешь.

— Тине придется смириться, если не хочет распрощаться на два десятилетия.

— Для нее это будет лучше, чем отдать меня другой.

Я только качаю головой. Золотко, конечно, знает Тину лучше меня. Но мне не верится, что она настолько недальновидна…

Ларо. Настоящее

В медицинском блоке я провела всего десять дней, что смело можно было считать чудом из чудес. Ведь лечить пришлось оба крыла, а это требовало серьезных усилий. Стараниями Амэя меня приняли без очереди. Обычно ангелам, сломавшим пернатые конечности по собственной глупости, приходилось ждать неделями, а то и месяцами — чтоб в следующий раз неповадно было. Но Высший объявил, что мои травмы негативно отразятся на его эксперименте. Громыхал так, что лекари не посмели возражать и нарушили собственные незыблемые правила.

Официальной версией переломов стала моя невнимательность, что соответствовало действительности. Ложь заключалась в месте происшествия. В отчёте, по распоряжению Амэя, я написала, что врезалась в здание в Мире Гор и Туманов, спеша на выручку Эсмеральде. Я вошла в роль и при свидетелях ругала подопечную абсолютно искренне. Мол, вечно попадает в неприятности. Впрочем, неправдой сие не являлось.

После путешествия по родной Вселенной я вымоталась физически и морально. Голова категорически отказывалась думать о сделанных открытиях. Постепенно и опасное происхождение, и наличие сестры, спрятанной кем-то могущественным в одном из Миров, начало казаться дурным сном. Я — ангел Ларо, и точка. А Лора тень ноль вторая растворилась в небытие поутру.

Навещала меня в медицинском блоке преимущественно Ши. Сидела у постели и жаловалась на заносчивого Ллойда. А в один из дней, похожий на все остальные, как брат-близнец, зашёл Торр. В свойственной ему манере извинился за стычку в убежище гадалки и разделил моё негодование на саму Эсмеральду. Кай проведать меня нужным не счёл. Даже травма не смягчила гнев философа из-за истории с Матильдой.

Кстати, о клиентах. На время моего восстановления Амэй поручил их Тайрусу. Тот, разумеется, поворчал, но приказ Высшего выполнил. И пока я после выписки проверяла возможности крыльев в учебном секторе, отчитывался о проделанной работе. Если это, конечно, можно было так назвать.

— Ну, а что Матильда? — пожимал плечами бывший наставник, пока я взмывала вверх, заставляя конечности работать в полную силу. — Лежит себе. Новых «подпиток» не требует.

— Её до сих пор никто не ищет? — спросила я, пикируя над Тайрусом в опасной близости.

— Нет. Видно, девушка вела одинокий образ жизни. Не удивляйся. Бывают такие люди, предпочитают любой другой компании свою собственную.

Меня такой ответ не устраивал. Не верила я затворничество Матильды. И всё тут!

Не привёл к откровениям и допрос о времяпрепровождении других подопечных.

— Да что с твой Эсмеральдой может стрястись⁈ — негодовал Тайрус, глядя, как я порхаю над ним, притворяясь бабочкой. — Сама знаешь, старушенция отлично умеет за себя постоять. Нашла себе новое укрытие. Сидит там, как мышь, и зелья варит. Одно за другим. К войне готовится, не иначе.

— А ты говоришь, ничего не происходит! — распалилась я, взмахнув крылом совсем рядом с головой Тайруса, будто вознамерилась дать ему подзатыльник. — Дело точно не кончится добром. Вот бы выяснить, что за намерения у клиента Торра. Не морщись. Вот укокошат они друг друга, сам будешь перед Амэем ответ держать.

— Когда укокошат, тогда и будем разбираться. Сейчас-то какая печаль?

Моё терпение лопнуло.

— Скажи ещё, что и с Гаем всё в порядке!

— Почти, — ответил бывший наставник уклончиво.

— Тайрус! — я опустилась рядом на перекладину в метрах пяти от пола. — Прекращай вилять! У меня и без этого к тебе море претензий!

— Напугала, — сбить спесь с белокурого ангела было невозможно. — Я страшный гнев Амэя пережил в прошлом году. Что до твоего прошлого, да и будущего тоже, — предвосхитил ангел мои нападки, — это не моя весовая категория. Высший был твоим хранителем. Ваша с сестрой судьба в его власти.

— Ты тоже был моим хранителем!

— Это не имеет значения, — изрёк Тайрус философски, напомнив Кая. — Могу подставить дружеское плечо, коли туго придётся. Не более.

Ярость жаждала вырваться наружу. Умыл руки, значит! Пусть, мол, Амэй решает, как поступать со мной, будто он хозяин, а я нашкодившая собачонка!

Но я сдержалась. Глянула на ангела, прищурившись.

— Вот и подставляй плечо. А, можешь, сразу оба. Рассказывай, что стряслось с Гаем!

— Приходили по его душу, — Тайрус закатил глаза. — Но он сам тупица непроходимая. Бывшей невесте позвонил. Из автомата напротив дыры, которую местные по глупости зовут гостиницей. Видно, девицу пасли. Быстро на твоего Гая вышли. И дня не прошло.

Я задумчиво почесала лоб.

— С чего это ему вдруг приспичило? Мне казалось, собственная безопасность его волновала больше неверной возлюбленной.

— Приспичило, — сердито кивнул Тайрус. — Именно приспичило. Умыкнул в магазине газету и прочёл потрясающую новость о помолвке несостоявшейся разлюбезной. Ну и пошёл в разнос. Решил поздравить, так сказать.

— Тебе не пришло в голову его остановить?

Ангел посмотрел на меня снисходительно.

— Моя обязанность — от смерти спасать. А не от собственной тупости.

— В случае Гая это одно и то же.

— Не желаешь спросить, остался ли клиент в живых? — Тайрус глянул провокационно, почти весело.

— Не остался бы, ты не передо мной бы в остроумии упражнялся, а перед Амэем отчитывался за очередную попытку сорвать его драгоценный эксперимент.

Бывший наставник понимающе хмыкнул и тут же погрозил пальцем. Но я и сама пожалела о неосторожных словах. Не стоит упоминать имя Высшего без веской причины.

— Кто приходил за Гаем?

— Трое мужчин.

Я издала рык разъярённой гиены. Неужели, нельзя просто всё рассказать⁈ Каждое слово приходиться тянуть клещами! Издевается. На прочность испытывает.

— Понятия не имею, кто они такие. У меня, знаешь ли, были дела поважнее установления их личностей. Твой паразит обыкновенный пока от погони драпал, чуть с крыши не сорвался, едва под автобус не угодил и в люк открытый провалился. Почти. Еле успел за шкирку схватить и обратно дёрнуть.

— О! — я расплылась в злокозненной улыбочке. — Гай умеет находить зыбучие пески на заасфальтированной площади.

— Думаю, троица из секты, тайного общества или ещё чего-то в этом роде, — неожиданно изрёк Тайрус. — Кулоны у них одинаковые были. Со змеёй, извивающейся кольцами. Мне она спираль напомнила. Но это теперь твоя забота — выяснять, что у них там за дела.

— Угу, — буркнула я. Детектив из меня тот ещё. Долго соображала, почему вижу дверь в мёртвый Мир и обожаю радуги. — А где сейчас э-э-э… — очень хотелось сказать гадость, но я задушила дерзкое желание на корню, — мой драгоценный подопечный?

Ангел неприязненно скривился.

— В заброшенном доме прячется. Предыдущее убежище, скажу я тебе, по сравнению с этим — пятизвёздочный отель. Сама увидишь. И оценишь.

Я приготовилась съязвить, но Тайрус без предупреждения столкнул меня с перекладины. Едва успела крыльями взмахнуть. Пять метров до пола — это вам не десятки этажей в погоне за сбежавшем яблоком.

— Чего расселась? — гаркнул ангел точь-в-точь, как в бытность нашим наставником. — Шевели крыльями, Ларо! Упражняйся! И забирай назад своих ненормальных клиентов!

И как человеческие женщины умудряются ходить на каблуках и не ломать при этом ни ноги, ни шеи? Наверняка, в тайном девичьем клубе годами обучаются! Я протопала всего тридцать метров, а уже дважды споткнулась, один раз врезалась в стену, свалилась в объятия любвеобильного толстячка, а в довершении скатилась с лестницы, пусть и рекордно короткой, состоящей из четырех ступеней. Но мне и их хватило. Будь в моем ангельском теле хрупкие составляющие, загремела бы в больницу. Всерьез и надолго.

За безопасность крыльев сегодня можно было не беспокоиться. Впервые за бытность слугой Поднебесья я приняла человеческий облик, став видимой для жителей Перевертыша. Это означало, что пернатые конечности остались в неком ином измерении и не могли пострадать, даже если б я угодила под скоростной поезд. Или даже два.

Я не была уверена, что не нарушаю с десяток правил, заявившись в главный архив, хранящий сведения обо всех преступлениях, совершенных во вселенной за последние пятьсот лет. А что было делать? В базе Поднебесья сведений о необычных кулонах не нашлось, а жизнь Гая Лиона продолжала висеть на волоске. Тайное общество — это вам не потерявший управление автомобиль. После одной неудачи не отстанет.

На подвиги толкала и наглая уверенность в покровительстве Амэя. Раскройся мой сегодняшний финт, Высший в лепешку разобьется, чтобы защитить перед Аскольдом и Ольветом. Старик жаждал вернуть Сару, а без меня у него почти не было шансов разыскать эгоистичную девчонку.

Интересно, Амэй обожал мою дражайшую сестричку платонически? Или между ними что-то было в одну из её земных жизней? В том самом смысле? А, впрочем, я не хотела выяснять подробности. Хватит знаний о прошлом! К тому же, мне никак не удавалось представить Амэя молодым, и одна мысль о его близких отношениях с Сарой вызывала несвойственный ангелам рвотный рефлекс.

— Что вам угодно?

На меня, кокетливо хлопая ресницами, взирал нежный светловолосый отрок, вроде Гая. Он работал мальчиком на побегушках, выполняя всевозможные поручения настоящих сотрудников. Носил кофе, следил за почтой, отвечал на звонки, а ещё находил нужные документы среди миллиардов других, когда остальные хотели сэкономить время. А точнее, не желали возиться. В общем, он был тем, кто мне и требовался.