Анна Бахтиярова – Плутовка под прикрытием (страница 53)
Дворецкий сотворил в воздухе защитный знак, который в сложившихся обстоятельствах вряд ли был способен нам хоть чем-то помочь. Джонатан грязно выругался.
— Ты была права, этот гад прорывается наружу, — сказал он мне, сжимая кулаки. — Валентайн, забери из спальни отца личные вещи. Ты знаешь, какие. Фотографии и…
— Коллекцию трубок и те сувениры, что господин Арман привозил из поездок, — без труда догадался дворецкий. — А еще драгоценности вашей матушки.
— Да. Затем вынеси из дома другие ценные вещи. Бери только ценное и не тяжелое. Всё, что попадется на глаза. Я заберу еще папки из кабинета и секретарской. А потом… потом займусь самым важным.
— Чем? — я вытаращила глаза.
Неужели?!
— Сабрина, оставайся здесь, — велел Джонатан, сочтя объяснения лишними. — Следи за этой тварью. Только, ради всего святого, стой на расстоянии. Если, что кричи. И беги.
— Хо-хорошо, — с трудом выдавила я и… осталась в одиночестве возле кирпичной кладки. То есть, не совсем возле, а на приличном расстоянии, как и велел муж.
Я стояла и взирала на мужскую фигуру, с каждой минутой становящуюся всё четче.
Кап…
Капля смолы упала на пол. За ней еще одна и еще.
Чертов владелец потустороннего замка нашел-таки способ покинуть тюрьму, в которой сам себя заточил. И теперь… теперь…
Нет, я не боялась. Мы с Джонатаном оба почувствовали, что время в запасе еще есть, что мы успеем и сами покинуть дом, и забрать ценные вещи, которые нам еще пригодятся в жизни после «Пристанища духов». Иоганн Рейнхарт пока не был готов действовать, в чем бы эти самые действия ни заключались. Я слышала топот и приказы Валентайна, которые он отдавал служанкам. Дворецкий привлек обеих девушек, чтобы помогали выносить ценное.
— В автомобиль всё не поместится. Просто тащите пока наружу! Там разберемся! — несся по дому его грозный бас.
А я продолжала стоять и смотреть, как на полу разрастается мерзкая лужа. Со стены капало всё сильнее, и вот смола вновь начала обретать форму.
— Джонатан, поторопись! — крикнула я, пятясь, потому что мужская фигура на полу дернулась и потекла ко мне. — Скорее!
Муж примчался по первому же зову, держа в руках канистру.
— Да чтоб тебя! — выругался он, увидев «ползущего» по полу противника.
— Времени не осталось, — шепнула я.
— Знаю.
Джонатан просто сделал это. Открутил крышку и разлил бензин по полу. Обрызгал стены, включая кирпичную кладку, разделяющую два мира, жизнь и смерть. В нос ударил резкий запах, но я даже не поморщилась. Он был предвестником очищения. Свободы. Потому что только огонь мог положить конец безумию.
— А как же жена этого мерзавца и мама Китти? — спросил появившийся в дверях Валентайн высоким от волнения голосом. — Они же погибнут.
— Они давно мертвы, — ответила я жестко. — Сара сама это сказала. Как и то, что хочет обрести свободу. Не ту, что мы помогли получить Джулии. Иную. Ту, что возможна в их с госпожой Рейнхарт случае.
Джонатан достал из кармана зажигалку и приказал:
— На выход. Живо.
Мы подчинились без возражений. Шли быстро, не оборачиваясь. Я лишь прислушивалась к шагам Джонатана в нескольких метрах позади и треску огня, жадно поглощающего мебель и деревянные половицы. Мелькнула мысль, что каменные стены, скорее всего, останутся. Словно скелет. Но ведь и их потом можно сравнять с землей, верно?
Выскочив из горящего особняка, мы озаботились вещами, которые вынесли Валентайн со служанками. Все вместе перетащили картины, вазы, статуэтки и другие стоящие немалых денег вещи за ограду. Джонатан сел за руль и вывел автомобиль на улицу, чтобы не пострадал от разгорающегося пламени.
Затем мы просто стояли у ворот и смотрели, как умирает мистический особняк. Из соседних зданий выбегали люди. Они шумели, призывали что-то делать, спасать дом. Но мы не шевелились, потому что понимали, что этого не стоит делать. Да и нет смысла. Огонь, впрямь, пылал очищающий. Пламя объяло «Пристанище духов» за считанные минуты, будто Джонатан разлил бензин не в одном помещении, а везде и сразу. Огонь жаждал стереть это место, не оставив от него и следа…
Утром я — уставшая, не сомкнувшая глаз и даже не присевшая за ночь — включила телевизор в гостинице, ожидая увидеть в новостях наш пожар. Хотелось услышать, какие версии выдвигает следствие. Наверняка, без труда докажут поджег, и это придется как-то объяснять. Вряд ли история о потусторонних силах кого-то впечатлит.
Однако…
Журналистов мало заинтересовал сгоревший особняк главного охотника. Точнее, заинтересовал гораздо меньше другого происшествия вчерашнего вечера.
— Огненный понес огромную утрату. Вчера поздно вечером в переулке возле собственной же конторы был убит Мартин Грейсон, достопочтенный гражданин города и наш неизменный защитник. Тело обнаружили его же подчиненные, убийце удалось скрыться. Ведется следствие, привлечены лучшие силы и умы, виновные непременно будут найдены и наказаны.
Я качнулась и медленно опустилась в кресло.
Грейсон мертв?!
Убит в переулке возле собственной конторы?! В том самом переулке, где он назначил встречу мне?!
Аманда же говорила, что они не убийцы!
— Что ж, еще одной проблемой меньше, — без тени сожаления проговорил вошедший в комнату Джонатан.
— Наверное, — прошептала я в ответ и закрыла глаза, ощущая пустоту.
Я не разделяла мнения супруга, не испытала и намека на облегчение. Ибо не сомневалась, что за случившимся с Грейсоном стоит тайная лисья стая Огненного и ее предводительница — моя свекровь. И что еще хуже, они не просто совершили казнь. Они использовали меня, не позволив решать самой, готова ли я в этом участвовать.
Будь у меня выбор, я бы точно отказалась. Категорически. Потому что я не убийца. И даже не соучастница.
Однако именно ею меня и сделали.
Глава 24. С чистого листа
— Что думаете об этой ткани для штор, леди Льюис? Она идеально сочетается с цветом стен гостиной и картинами, что вы спасли при пожаре. А портьеры на двери можно сделать из…
— Нет. Никаких тяжелых портьер. Только пыль собирать, — отрезала я, обращаясь к владелице дизайнерской мастерской. Дама средних лет со строгой прической и ее молодой ассистент помогали мне с обстановкой нового дома.
— Вы совершенно правы, леди, — поддержал меня юноша. — Я считаю, что это пережиток прошлого. Просто многим трудно отказаться от старых привычек. А что думаете насчет живых цветов? Зелень всегда освежает помещения.
— Неплохая идея. Но за цветами нужен особый уход. Если наша горничная справится, тогда отлично. Если нет, то нет. Я не хочу нанимать новых людей. У нас и так слишком много перемен.
— Понимаю, леди Льюис, — закивал догадливый юноша. — Хотите отдохнуть и продолжить завтра? Нам нужно обсудить мебель для столовой и кабинета.
— Очень хочу отдохнуть, — призналась я с благодарностью. — К тому же, необходимо присутствие мужа. Мебель для кабинета он выберет сам. С остальным поможет дворецкий. У него в этом больше опыта.
Мы пока жили в гостинице, новый дом сначала требовалось обустроить. Все эти заботы меня, признаться, ужасно утомляли. Но от них был и толк. Занимаясь нудными обязанностями будущей хозяйки, я забывала о тяжких думах, что отравляли душу. О сгоревшем особняке, о Саре и госпоже Рейнхарт, не заслуживших такой судьбы. О Грейсоне, которого я ненавидела, но не желала убивать. Об Аманде, которая не сочла нужным встретиться со мной и дать хоть какие-то объяснения. Я понимала, что нужно отпустить всё это и просто жить дальше. Но пока не получалось.
Джонатан быстро выяснил подробности смерти Грейсона. Те, которые скрыли от широкой публики. И они повергли меня в шок. Этот человек умер вовсе не от руки оборотней. Его убили собственные же подчиненные. Городская стая, которой руководила Аманда, его попросту подставила под удар. Наши сородичи дождались, пока враг явится на назначенную встречу в темный переулок и… нанесли точечный удар.
— По улице, прямо возле конторы, прошел лис. Крупный лис. Самец, — рассказал Джонатан на следующий день после пожара и увиденных по телевизору новостей. — Он завернул в переулок, а когда стражи порядка вбежали туда, увидели Грейсона. Одного Грейсона.
— И решили, что он и есть лис, — протянула я с горечью. — Настоящий-то оборотень стал невидимым. Но кто ж об этом знает!
Ну, Аманда! Это ж надо было всё так повернуть!
— Похоже на то, — согласился Джонатан. — Всё могло закончиться иначе. Но когда Грейсона взяли на прицел и велели сдаться, он не пожелал подчиняться и выхватил пистолет. Вроде бы умный был человек, а так сглупил. Видно, выбил его из колеи этот растворившийся в воздухе лис. Естественно стражи порядка открыли огонь.
— Естественно, — отозвалась я эхом.
— Не стоит грустить, — Джонатан обнял меня одной рукой. — Я тоже не одобряю подобные методы уничтожения противника, но стая его не убивала. Лишь попыталась выдать за оборотня. К тому же, мы не обязаны иметь с ними общие дела. Они сами по себе, мы сами. Забудь обо всём, Сабрина. Давай будет просто жить. Начнем всё с чистого листа. Наша жизнь, правда, налаживается. Грейсон мертв, мой хороший знакомый уничтожил бумаги о твоем аресте при облаве в клубе. Оливер Стоун и тот скоро покинет город из-за скандала с цирком. Вместе с дочкой покинет.
— Хорошо, — согласилась я и положила голову мужу на плечо. — Давай будем просто жить.