Анна Бахтиярова – Неприятности по обмену (СИ) (страница 42)

Не дождавшись ответа, Мика выскочила в коридор. Она плохо понимала, зачем ввязывается в авантюру. Но после обвинения Вики в трусости и неудачного разговора с отцом хотелось действовать. Сделать хоть что-то полезное. Нахального мальчишки простыл след. Зато рядом с движущейся лестницей обнаружились неразлучные Слава с Юрой. Они делали вид, что рассматривают ближайшую витрину. Но их интересовало исключительно поведение испарившегося Семёна. Они ждали его возвращения.

Долго искать мальчишку не пришлось. Семён, не спеша, прогуливался по отделу игрушек. Разглядывал детский товар и нервно косился на продавщиц. Едва одна отошла к кассе, а другая завернула в соседний ряд, схватил мягкую собаку и запихнул под футболку. Но заметил Мику и разочарованно положил игрушку назад.

— Что ты творишь? — прошипела девочка.

— Ничего, — соврал Семён. — Другу подарок выбираю.

— Правда? Юра играет с собачками? Или это любимое занятие Славы?

— Отстань, — мальчишка хотел оттолкнуть Мику, но она первая шлёпнула его по руке.

— Не смей воровать на работе! Из-за тебя всем попадёт!

— Тише, — взмолился Семён, став краснее вареного рака. — Ты не понимаешь. Мне нужно доказать, что я не слабак и клоун.

— Воровством?

Мика осуждающе покачала головой. Да, дома она таскала сладости с кухни. И огненные листы из бабушкиного кабинета позаимствовала. Но Семён поступал в сто раз хуже!

— Да, воровством, — объявил тот задиристо. — Иначе они перестанут со мной водиться.

— Подумаешь, горе.

Мальчишка быстрым движением поправил очки и выпятил грудь, намереваясь объяснить Мике что-то важное. Но охнул и юркнул за её спину.

— Стой спокойно, — потребовал он нервным шепотом. — Мама идет. Меня тут быть не должно, ясно? Увидит, голову оторвёт.

Мика обернулась и вросла в пол. Мимо детского отдела шла мама Семёна — миниатюрная кудрявая женщина. Та, что несколько дней назад плакала в кабинете Тамары Ильиничны. Но не одна. А в самой худшей компании на свете!

— Колдунья, — простонала Мика.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍Мерзкая дамочка в галстуке захватила новую жертву. А ведь только утром вернула Полину! Водянистые глаза светились, на губах играла шальная улыбка. Длинные пальцы крепко вцепились в плечо мамы Семёна, а та покорно шагала вперёд, не сопротивляясь похитительнице.

— Колдунья? — переспросил мальчишка с усмешкой. — Волкова, ты дура?

— Сам дурак! — не сдержалась Мика. — Твою маму крадут!

— Очень смешно.

— Тогда кто эта дамочка?

— Знакомая, наверное, — Семён пожал плечами.

— Женщина в мужском костюме?

— Многие взрослые странно одеваются.

— Та-а-ак! — раздался рядом сердитый голос. — Что вы двое тут делаете?

На подростков грозно взирала Тамара Ильинична. Присутствие промоутеров в нерабочее время показалось начальнице странным.

— Мы п-п-подарок выбираем, — выкрутился Семён. — Д-д-другу.

Но Мике стало не до выдумок.

— Тамара Ильинична! — вскричала она. — Глядите! Это тётка, которая Полину увела!

— Где? — заволновалась начальница, оглядываясь.

— Там! — Мика показала направление рукой. — Вы смотрите на неё. Она идёт с мамой Семёна!

Начальница разъярилась не хуже морского чудища. Грубо схватила Мику за ворот футболки.

— Мне надоели твои глупости, Волкова! — процедила она, выставив вперёд указательный палец свободной руки. — Ещё одна такая же, и бабушке скажу! Брысь отсюда!

Мика не посмела спорить, побежала прочь из отдела игрушек. Следом несся громкий топот Семёна.

— Тамара Ильинична слепая? — спросил мальчишка в коридоре.

— Нет. Колдунья отводит всем глаза. Кроме меня. И тебя почему-то.

— Издеваешься? — скривился Семён, ища глазами дружков.

Юра со Славой испарились. Наверняка, увидели, как приятеля отчитывала начальница, и унесли ноги. Храбростью эти двое никогда не отличались.

Мика потянула Семена за собой. Надо торопиться, пока колдунья не скрылась в картине Руди с новой жертвой.

— Окликни маму, — велела девочка.

Но Семен выдернул руку.

— Говорю же, она не должна меня видеть. Я наказан.

Мика гневно фыркнула. И это ее Вика обвиняла в трусости!

— Окликни. Я скажу, что нас оставили после работы — помочь в детском отделе. Мне поверят. Давай же, докажи, что я чокнутая. Друзьям хвастаться будешь.

Семён почесал затылок. Идея ему понравилась.

— Идем, — согласился он, деловито засовывая руки в карманы широких штанов.

Колдунья с новой пленницей прошли мимо самодвижущейся лестницы. Посланница Эдуарда Четвёртого умело обходила покупателей, не обращавших на неё внимания. До служебного коридора оставалось пять-шесть отделов.

Семён нервно выдохнул и позвал:

— Мам!

Та не отреагировала.

Зато обернулась колдунья. Смерила преследователей презрительным взглядом.

— Уходите, дети, — прошипела она, не хуже змеи. — Иначе станете моим ужином.

Семён отпрянул, Мика сжала кулаки. Мерзкая дамочка в галстуке прибавила шаг, увлекая жертву прочь.

— Что происходит? — в глазах мальчишки плясали огромные вопросительные знаки.

— Вот-вот! Очень интересно! Что тут делает это недоразумение?

Ни Мика, ни Семён не заметили появления семейства Лавровых: мамы Валентины Евгеньевны и обоих рыжих отпрысков. Таня сложила руки на груди, Тёма сердито морщил лоб. Вопрос задал Тёма. «Недоразумением» он назвал Семёна, а вовсе не колдунью.

Мика открыла рот и сразу закрыла. Правдоподобное объяснение на ум не приходило.

Зато сориентировался Семён.

— Тётя Валя! — он кинулся к Валентине Евгеньевне. — Вы мою маму видите?

— Твою маму? — переспросила она задумчиво. — Её Инна Васильевна зовут? Кудрявая такая? Нет, не видела. Подойди к администратору. Пусть по громкой связи объявит. Мама сразу к тебе подойдёт.

Валентина Евгеньевна, как недавно начальница, смотрела прямо на мать Семена с похитительницей. Смотрела, но не видела!

— Мам, вон же она, — подсказала Таня, показывая пальцем. — С городской сумасшедшей. Той, что в галстуке разгуливает. Мы рассказывали о ней, помнишь?

— Где? — переспросила Валентина Евгеньевна. — Не вижу.

Семён взвыл. Но надо отдать ему должное, наутёк не кинулся. Схватил Мику за руку и побежал за матерью с колдуньей.

— Эй! — возмутился Тёма. — Вы куда?! Таня, за ними!