Анна Бахтиярова – Квест по мирам с принцем обмана (страница 72)

Я молчала. Смотрела на девочку, пытаясь разглядеть страх или вину. Но видели лишь недовольство. Она что-то прошипела под нос и сложила несколько пассов. Желаемого добилась не сразу. Но магия отозвалась-таки. Сухая земля покрылась густой травой. Будто ничего и не было.

Вот только…

Я нутром чувствовала, что «рана» не исчезла. Девочка ее просто замаскировала, чтобы никто не узнал о случившемся, и ей не влетело.

Да, она не знала, что именно натворила. Но думала лишь о последствиях для себя.

— Именно так, — подтвердила Ронда, прочтя выводы по лицу. — В тот миг всё ещё можно было исправить. Сильные создатели сумели бы вылечить пораженный участок. Но, увы, моя мама никому ничего не сказала. Глупая маленькая девочка, побоявшаяся, что лишат привилегий в школе, а родители не отпустят в долгожданную поездку на каникулах. А потом стало поздно.

— И ей всё равно пришлось ответить, — прошептала я.

— Не пришлось. Никто так и не узнал, где и по чьей вине началась болезнь. «Хворь» поражала мир неравномерно. Мертвые куски появлялись то тут, то там, отравляя наш прекрасный дом. А с ним и его обитателей. Создатели будто сами пропитывались ядом, превращаясь постепенно в тех, кого жители других миров впоследствии назвали разрушителями. А мама призналась только перед смертью. Мне одной. Она ушла довольно молодой. Вина ее сгубила. С того дня я пыталась сделать всё, чтобы исправить то, что натворила она. Я родилась с таким же потенциалом. Только, в отличие от мамы, использовала его весь, без остатка. Но даже я не всемогуща.

— Не можете вылечить? — я указала на пораженный участок, покрытый травой. Девочка продолжала сидеть над ним. Ждала, не исчезнет ли «заплатка».

— Из своего времени не могу, — Ронда кивнула. — Но вам двоим это по силам. Если объедините энергию.

— Так вот, в чем ваш план, — протянула я задумчиво. — Привести нас с Винсентом сюда, чтобы мы исправили «оплошность» вашей матушки, пока болезнь в зачаточном состоянии.

— И спасли всех, — подтвердила родственница. — Все миры.

Мы с братом переглянулись. Но на его лице я не увидела воодушевления. Впрочем, на моем его тоже явно не наблюдалось.

— Хороший план, — проговорила я не без сарказма. — Но вы, правда, принимаете нас за идиотов? Говорите о спасении, хотя это ложь. Исправив содеянное вашей матерью, мы спасем миры, да. Но в буквальном смысле перепишем историю. Не будет болезни, но и разрушителей тоже. Холлиан не украдет Джулиану Брэдли. Впрочем, она, вероятно, и не родится. У вас не будет причины строить замок. Вы не встретите Олдрича, и не появятся дети — в том числе, предок нашей матери. Получается вот какая штука. Мы спасем огромное количество жизней, но уничтожим другие. Сотрем всех тех, кто родился именно потому, что история пошла новым путем. Многие из тех, кто живет в нашем времени, попросту исчезнут. Включая нас с Винсентом. Предлагаете пойти на самоубийство, Ронда?

Ее лицо осталось спокойным. Ни единый мускул не дрогнул. Ни одна черточка ни исказилась.

— Вы двое останетесь, — проговорила она. Тоном, будто речь шла о чем-то обыденном. — Вы сейчас вне времени и пространства. Вас изменения не коснутся. Как и эту мою версию. Обещаю, я найду вам новый дом. Тихую гавань. Но вам придется отказаться от потомства.

— Мы и так не собирались размножаться, — процедила я. — В нашем времени мы — последние разрушители. Всё должно было закончится на нас.

— Нельзя соглашаться, — брат посмотрел на меня проникновенно. — Там осталась мама. И Лея. Твоя подруга Вивьен только вернулась. И вообще… нельзя переписывать историю спустя столько столетий. Кто знает, как всё обернется. По-моему, эта девочка, — он кивнул на ту, с которой началась катастрофа, — и есть кандидат в разрушители. Мы всё исправим, но она ничему не научится. Кто знает, что она наворотит в новом витке истории с великим даром, но без намека на ответственность?

Я посмотрела на юное лицо. На нем продолжало оставаться недовольство. Неудача задела за живое. Как так? Она же — будущий великий создатель. А тут такой промах.

И будто в подтверждение моих мыслей девочка ударила кулаком по траве.

— Гадость! — прошипела яростно. — Как ты посмела не подчиниться?

— Ты прав, — согласилась я с братом. — Она эгоистка. С задатками тирана. Чем-то Сивиллу напоминает. А я… Я не хочу стать массовой убийцей. Или стирателем. Называйте, как хотите. Суть не поменяется.

— Но по-другому сад не спасти! — воскликнула Ронда. — Хотите, чтобы миры сгинули? А с ними и все обитатели? Маги и люди — такие разные и неповторимые?

— Рано или поздно всё заканчивается, — проговорила я. — Всё рождается и умирает. Согласна, лучше продлить жизнь. Но… не могу избавиться от мысли, что создатели всё равно превратятся в разрушителей. С «ядом» или без него. Возможно, ваш вид уже встал на этот путь. Великая мощь и никаких уроков.

— Именно! — поддержал меня Винсент. — Мы всё исправим. Но никто не узнает, что мы предотвратили. Вы всё равно уничтожите и свой мир, и остальные. Так или иначе.

— То есть, умоете руки? — спросила Ронда прямо. — И пусть сад умирает? Это случится не на вашем веку, да. Но, Винсент, ты же не хочешь, чтобы история у Стены повторялась в одном мире за другим? Не хочешь, чтобы другие пережили тот же кошмар? Натали, бездействие тоже станет массовым убийством!

Мы снова посмотрели друг на друга.

Ронда пыталась играть на наших чувствах. Задеть за живое.

Но я знала, что не дрогну. Судя по уверенному взгляду Винсента, он — тоже.

— Должен быть другой способ, — проговорил брат. — Лечение миров в нашем времени.

— Способа нет, — Ронда покачала головой из стороны в сторону.

— Так найдите, — передернула я плечами, будто речь шла о чем-то незначительном, вроде ремонта бытовой техники.

Я не собиралась чувствовать себя виноватой и ответственной за судьбу всех миров. Создатели, видите ли, поиграли в богов, а я теперь должна быть в ответе?

Нет уж. Не будет этого.

Ладно бы еще переписывание истории гарантировало счастливую жизнь. Но мы с братом понимали, что чушь это собачья.

— Если бы я могла найти другое решение, давно бы это сделала, — не унималась Ронда. — Я жизнь положила на поиски лечения. Даже от собственных детей отказалась. Потому что того требовали обстоятельства. Спрятала всех троих сыновей отдельно друг от друга. Так что все мы приносим жертвы во имя сада.

— Во имя сада и будущего создателей? — процедила я, ощущая, как по венам начинает бежать ярость разрушителя. — Не отвечайте. Вопрос риторический. И не надо козырять собственными жертвами. Вы принесли их, исправляя грехи собственной семьи. А мы… Нам тоже досталось. Но дело даже не во мне и не в Винсенте. Не в нашем прошлом. Мы не согласимся исправлять ошибку вашей матери, потому что девочка вырастет и всё равно станет злом. Как и другие создатели. Так что у вас два варианта, Ронда. Либо ищите способ вылечить миры в нашем времени, либо… оставьте нас в покое.

Я хотела сказать «идите к черту», но ограничилась более мягкой формулировкой. И кивнула брату. Нам следовало возвращаться в небесный храм в нашем времени, пока у принца не закончились силы удерживать алтарь в нужном положении.

Винсент был полностью со мной солидарен. Он улыбнулся уголками губ в знак поддержки, и мы вместе зашагали прочь. Я не побоялась повернуться к Ронде спиной. Чуяла нутром, что она не рискнет в нас ударить. Или же попросту не сможет.

— Стойте! — крикнула Ронда.

Мы и не подумали слушаться.

— Дайте мне еще пару минут! Обещаю, я вас не задержу!

Я не хотела останавливаться. Но Винсент что-то почувствовал. Повернулся к нашей дальней родственнице и глянул вопросительно. Выглядел очень строгим. Мол, две минуты и ни секундой больше.

Ронда неожиданно широко улыбнулась и развела руками.

— Простите за спектакль, — произнесла она то, что мы совсем не ждали услышать. — Но я должна быть в вас уверена. Правда в том, что я нынешняя могу вылечить «рану», нанесенную миру моей матерью — здесь и сейчас, — она указала на замаскированный кусок земли, над которым продолжала сидеть хмурая девочка. — Но вы правы. Это ее ничему не научит. В моей юной матери сплошные амбиции и ни намека на ответственность. И так не только с ней. Наш вид достиг огромных высот и начал мнить себя богами. Они всё равно поведут нас всех к концу света. Лечить сад нужно не здесь. А в вашем времени. И только там. Способ существует.

Я зарычала, злясь еще сильнее.

— Так это была проверка? — спросил Винсент, качая головой.

— Конечно! — воскликнула Ронда. — Способ лечения непростой. И не быстрый. Потребует усилий. От вас двоих. Вероятно, придется посвятить всю жизнь. Так что, да. Я была обязана вас проверить. Убедиться, что вы понимаете, с чем имеете дело, и видите картину целиком. Вы видите. И это хорошо. Значит, вам можно доверить будущее сада.

В ее словах была логика. Но я всё равно злилась. Мне не нравилось, что мной пытались манипулировать. И вообще сомневались в моей преданности делу. Я прошла чертовски длинный путь. Раз добралась сюда, значит, готова действовать.

Но нет, Ронде понадобился «спектакль», как она сама выразилась.

Винсент отнесся к ситуации с пониманием.

— Что мы должны сделать? — спросил прямо, чтобы не терять время. Он, как и я, чувствовал, что его в запасе остается всё меньше.