Анна Бахтиярова – Квест по мирам с принцем обмана (страница 30)

Пока наше нахождение в мире падмарцев не вызывало вопросов. На одежду — а я не стала использовать вещи, предложенные круглой комнатой, чтобы снова не пришлось подпоясывать спадающие штаны — никто не обращал внимания. А стоило принцу заявить, что мы — путешественники из другого мира и жаждем попасть в главную библиотеку, как нас просканировали странным предметом, похожим на жезл из фэнтези, и выдали бесплатно два билета до пункта назначения. В отдельном купе. Видно, желание иномирцев ее посетить было в порядке вещей или считалось частью экскурсии, за которую не взималась плата.

…Постепенно я успокоилась. Чем дальше ехал поезд, тем меньше паниковала из-за исчезающих рельсов. Да, высоко и странно. Но кому-то и наши самолеты покажутся жуткими птицами и едва ли не исчадиями ада. И обычные поезда тоже. Так что и здешнее рассекающее по небу «чудо» — просто более прогрессивный вид транспорта, а я из отсталого, по местным меркам, мира.

— Люди здесь странные, — пробормотала задумчиво. — Спокойно дали нам билеты, отправили в путешествие. А вдруг у нас дурные намерения?

— Нас проверили на оружие, — отозвался принц.

— Жезлом? Ну… штукой, которая…

— Я понял, о чем ты. Да, именно жезлом. Правда, я не помню, как он называется в этом мире. А еще местные обладают особой способностью. Они чувствуют, если лжешь со злым умыслом и желаешь причинить кому-то здесь вред. И не только здесь. Мы не сказали им всей правды о причинах, побудивших нас отправиться в библиотеку. Но нас пропустили. Знают, что мы не собираемся творить зло ни здесь, ни где-то еще.

— Пропустили, — кивнула я. — Даже несмотря на то, что я — разрушитель.

«И на моих руках кровь», — добавила мысленно.

— Вот тебе еще одно доказательство, что ты неплохой человек, лапуля.

Я подавила тяжкий вздох, вызванной «премилым» обращением, но ничего не сказала. Слова принца немного успокоили. Если падмарцы, правда, вычисляют зло, значит, всё не так плохо. Наверное…

Я ведь никого не хотела убивать. Я просто… Натали, а никакой не разрушитесь.

И плевать на кровь, бегущую по венам. У меня есть выбор.

— Ладно, давай поговорим о двух третях моего мира, о куполе и остальном, — предложила я. Эта тема вдруг показалась проще, нежели размышления: зло я или нет.

— Я весь во внимании, — принц устроился поудобнее. Он ехал спиной, но ему это не мешало чувствовать себя хорошо.

Однако к рассказу я приступила не сразу. Несколько минут собиралась с мыслями. Спутник не мешал. Терпеливо ждал.

— Начало ты знаешь, — заговорила, стараясь не показывать эмоции. А они переполняли. Но как же иначе? — В моем мире происходило то же самое, что описывалось в документах, которые ты добыл в мэрии заброшенного города.

— Переливы в небе и исчезнувшие звезды, — кивнул принц, будто речь шла о чем-то обыденном.

— Да, звезды, — я, хмурясь, посмотрела в окно, за которым наступали сумерки, и уже проявлялась луна. Точнее, сразу две луны. Она полная, а вторая стареющая. Здесь пока всё оставалось на месте. — Знаю, это звучит безумно. Как вообще звезды могут пропасть. Но оказывается, могут. Оставалась только чернота. А люди… Они…

— Превращались в чудовищ, — закончил фразу принц.

Он старался выглядеть спокойно. Но я видела, как ему непросто. Чувствовала. Неким почти звериным чутьем.

С другой стороны, как тут может быть просто? В родном мире осталась семья. Катастрофа началась не через века, а спустя пару десятилетий после отбытия принца. Значит, коснулась тех, кого он знал. Да, у него имелись сложности с родственниками. Но всё равно там жил кто-то небезразличный. Представлять, что они рассыпались в прах или еще хуже — обернулись в монстров, ужасно.

— Люди превращались, — подтвердила я. — Но не сразу. Поначалу они страдали от головной боли. И ситуация становилась всё хуже. Болезнь, если ее можно так назвать, прогрессировала. Страны, которых изменения не затронули, объединились и постарались отгородиться.

— Куполом?

— Не сразу. На его создание требовалось время. Технологии были. И даже небольшой опыт создания имелся. Но купол подобного масштаба никогда прежде не делали. А пока велись работы, на границе возвели Стену. Ту самую, у которой служил мой брат Винсент. В то время жители пострадавших регионов не выглядели чудовищами, однако вели себя довольно агрессивно, и правительства объединенных стран… — я сжала зубы, вспомнив, как сидела перед телевизором, не понимая до конца, хорошо ЭТО или плохо. — В общем, они решили…

— Не пускать их на вашу территорию, — принц снова закончил предложение за меня. — Жестоко. Очень. Но оправдано. Если опасались заражения, главной задачей было сохранить хотя бы часть мира. И тех, кто там жил.

— Знаю. Просто удобно так считать, если повезло родиться в упомянутой непострадавшей части, — я горько усмехнулась. — Но что теперь рассуждать? Это всё дела давно минувших дней. Свершившийся факт. Однако надо признать, я тяжело переживала перемены. Была подростком. В этом возрасте ты и так, будто кактус, а когда рушится привычный мир… В буквальном смысле рушится…

— Мне жаль, — проговорил принц. — Правда, жаль.

— Мне тоже, — я обняла себя руками. — Позже мы все обросли кожей. Или даже броней. Научились делать вид, что ничего не произошло. Просто мир стал меньше. И продолжали жить. Но поначалу было тяжко. Даже далеко от стены. А уж тем, кто находился там, как Винсент, пришлось жестко. Неудивительно, что он умом тронулся. Ученые и строители работали над Стеной, через которую невозможно перебраться, а солдаты их защищали. От тех, кто находился на другой стороне. А они — те другие — жаждали попасть к нам. И это было… кошмарно. Они ведь были людьми. По крайней мере, тогда.

— Ваши правители приняли непростое, но единственно верное решение, — заверил принц. — Не считай себя виноватой, потому что выжила.

Мы помолчали пару минут. Я вспоминала картинки с экрана. Стену, военных. Людей с другой стороны лишний раз не показывали, дабы не нервировать население. Но все ведь сами прекрасно всё понимали.

А потом принц спросил:

— Значит, вскоре появился купол? И существует до сих пор?

— Да. По крайней мере, существовал в моем времени. Он простирается очень высоко. Даже самолеты могут под ним летать над территорией объединенных стран. А над куполом остаются звезды. Как это работает? Никто до конца не понимает. Космос же купол не защищает. Или дело в том, что благодаря ему, наша часть мира остается в некой плоскости, которая… хм… продолжает дышать. Странное, объяснение, да?

— Может, и нет, — принц несколько раз постучал пальцами по собственной коленке. Будто мелодию пытался наиграть. — Я бы не удивился, что речь о некой другой плоскости. Я уже ничему не удивляюсь. И вообще, мир разрушителей тоже начал умирать. Вдруг и у них происходило то же самое?

— Хм… — я задумалась.

Может, принц прав. И разрушители первые столкнулись с подобным. Их мир появился раньше других. Они же были создателями. А потом оттуда началось… омертвление.

Хотя, я могла и ошибаться в выводах. Никто точно не знал, как именно ломался мир разрушителей, и почему они начали использовать ресурсы соседей.

— Значит, чудища, которых мы видели, раньше были местными жителями? — задал принц самый непростой вопрос.

— Да, — подтвердила я. — Они менялись. Пока не превращались в… это. Они способны при прикосновении превращать людей либо в прах, либо в себе подобных.

— Вы следили за… ними? — спросил он хрипло. Чудовищами называть этих существ расхотелось. А людьми, пусть даже бывшими, не поворачивался язык. — В смысле, военные следили за тем, что происходило по ту сторону?

— Первое время следили. Поэтому известно, во что превратились жители территорий за преградой. Но потом… Потом они отошли от наших земель. Видимо, осознали, что через купол не попасть. Военные пытались узнать, что там происходило дальше. Но это оказалось невозможным. Дроны, которых отправляли на разведку, ломались через пару сотен метров. Будто техника больше не могла работать по ту сторону. А посылать людей на самоубийственные миссии было неразумно. Они бы всё равно ничего не смогли бы сообщить на расстоянии. Связь ведь перестала действовать. Так мир и жил. Мы под куполом, а остальные… Кто знает?..

— Мы знаем, лапуль, — принц тяжело вздохнул. — Частично.

— В каком смысле? Ох, ты о городе в твоем мире…

— Именно, — он кивнул, а лицо вдруг напомнило скульптуру из камня. — Прошло тридцать два года с момента первых симптомов болезни. Неизвестно, весь мир пострадал или только его часть. Но эти… существа там по-прежнему обитают. Кем бы или чем бы они ни являлись, умеют… охотиться и полны сил.

— Не поспоришь, — я вновь посмотрела на луны, становящиеся ярче на темном небе. И добавила: — Может, в библиотеке нам расскажут что-то новое. Вдруг падмарцам или обитателям других развитых миров удалось гораздо больше, чем жителям моего мира?

— Очень на это рассчитываю, — глаза принца потемнели. И не поймешь, о чем думает. Возможно, о чем-то очень дурном, ведь я даже намека на надежду не увидела.

В пункт назначения мы прибыли ранним утром. В шестом часу. Принц немного поспал на своем диване. А я продолжала сидеть и смотреть в окно. Город (или соединенные между собой города) не кончались. Какое-то время мне было любопытно, но постепенно накатила тоска. Хотелось видеть настоящую природу, а не «вплетенную» в мегаполис: леса, поля, долины и горы. Но ничего этого не было. По крайней мере, в этой части мира.