Анна Бахтиярова – Ключ от школы фей (страница 40)

Я чуть не расхохоталась.

Правда, что ли?

Габриэль-то применяла. И не раз. И не только против меня. Эшли тоже досталось. А сейчас, между прочим, она собиралась использовать магию сразу против всех в аудитории. Смертельно опасную магию!

– Я бы справилась с твоей зарвавшейся сестрой, – продолжила педагог. – Без труда. Ты не имела права вмешиваться.

На языке вертелись возражения, а в душе закипал гнев. Но я решила, что ссориться с деканом – плохая идея. Неважно, что я оказалась в родстве с ректором. Я же не Габриэль, в конце концов. Не в моих привычках использовать подобные «козыри».

– Прошу прощения, леди Райес, – проговорила я, скромно глядя в стол. – Я не хотела вмешиваться, честное слово. Просто Габриэль раньше использовала магию при мне, и это едва не кончилось плохо. Сегодня я не успела обдумать свои действия. Все получилось само собой.

Педагог немного смягчилась.

– Извинения приняты. Но впредь думай, прежде чем действовать. А теперь верни Габриэль в реальность.

– Хорошо.

Однако было легче сказать, чем сделать. Обычно я справлялась с простыми задачами. Да и сестричку «вывела из строя» нынче с легкостью. А вот все исправить оказалось сложнее. Или дело было в паре десятков зрителей. Неважно. Главное, что я представила нужный цвет раз пятнадцать, а Габриэль и не думала шевелиться.

Леди Райес покачала головой.

– Еще одно доказательство, что не стоит использовать магию, которой едва владеешь. Ступай к леди-ректору. Она твоя наставница. Пусть сама и исправляет ошибки ученицы.

– Сейчас? – уточнила я.

– Нет, завтра утром. Почему бы Габриэль тут сутки не просидеть обездвиженной? Разумеется, сейчас, Холланд! Живо!

Я вылетела из аудитории, будто подгоняемая ветром, которым, к слову, тоже пока не владела. Шустро перебирая ногами, рванула к лестнице. Нет, я больше не злилась на леди Райес. Она даже уважение заслужила. Это хорошо, когда педагогу все равно, кто наши с Габриэль родители. Виноваты, значит, обязаны ответить. Лучше так, чем когда спускается все на свете из-за Белинды.

– Шикарный прием. Давно было пора устроить сестричке веселье.

Я схватилась за сердце с перепуга, а потом ткнула в плечо Джереми, соткавшегося из воздуха без предупреждения.

Принесла нелегкая! А ведь не появлялся за последние две недели ни разу.

Сегодня, стало быть, следил. Ну-ну.

– Неужели, ты соскучился, – съязвила я.

– Если скажу «да», не поверишь, провернешь со зла какой-нибудь фокус со временем, и я точно не выберусь в реальный мир, – не остался в долгу Джереми. Но заметив, как исказилось мое лицо, смягчился. – Твоя матушка (будь неладна она сама и ее магия) усилила блокировку темницы. Видимо, чтоб подружка-тень не прошла. Но это усиление отразилось и на мне. Я пытался попасть внутрь, но не сумел. Натыкался на барьер.

– Так я прощена? – опять не сдержалась я, хотя следовало завязывать с язвительностью.

– Ты угомонишься? – Джереми выразительно приподнял брови. – Мы на одной стороне. В смысле это… не враги. И я не хочу ссориться. Осточертело.

– Ладно, я тоже не хочу, – призналась я после паузы, а потом спросила, раз уж представилась возможность задать вопрос кому-то сведущему: – Как думаешь, чем я могу быть интересна Миранде Эванс? Келли перед изгнанием успела сказать, что та пожелала со мной встретиться. В теневом сне. Но если раньше я сама этого хотела, то теперь не уверена, что это хорошая затея.

Джереми передернул плечами.

– Да какая теперь разница. С теневыми снами покончено. Если Миранде так нужно с тобой пообщаться, пусть топает в замок из своего леса. Кстати, Белинде ты об интересе сестрички не рассказала, верно?

– Не рассказала. Язык не повернулся, – проворчала я. – В наших отношениях и без Миранды хватает сложностей. А ты случаем не знаешь, – я прищурилась, – что они не поделили?

– Нет. Это тайна за семью печатями. Но я не удивляюсь. С девицами из рода Эванс не соскучишься.

– Это очередной камень в мою сторону? – я грозно свела брови.

Вот сам нарывается. Вечно!

– Так ты все-таки считаешь себя дочерью Белинды? – подколол он и сразу выставил ладони вперед, стоило мне изобразить, что складываю пасс. – Ладно-ладно, я буду паинькой. Не злись. Просто мне больше не с кем упражняться в остроумии. Меня же никто не видит и не слышит. Даже собственная… мать.

Он остановился как вкопанный. А я проследила за его взглядом и тоже замерла. К нам направлялась она самая. Леди Джеральдин.

– Доброе… утро, – пробормотала я, ощущая крайнюю степень неловкости.

Ведь я – та, кто способна вернуть ей сына. Вот только как и когда? Вопрос столетия, не иначе. А еще… Раз я его вижу, могу стать посредником между ними. Но Джереми однажды говорил, что не желает передавать весточки через меня.

– Доброе, Саманта. А я как раз хотела перехватить тебя между уроками. Еле дождалась, когда Белинда тебя выпустит.

– Дар времени пока работает так себе, – призналась я, невольно пряча руки за спиной. – Сложно сказать, когда у меня получится…

– О! Я понимаю, что необходимы недели или даже месяцы, – леди Джеральдин мягко улыбнулась. – Но ты ведь можешь помочь нам с сыном поговорить, верно?

– Э-э-э… Наверное.

Я незаметно покосилась на Джереми, но тот мотнул головой.

– Скажи, что давно меня не видела. Но если встретишь, обязательно передашь ее слова.

Как же мне хотелось его стукнуть. На этот раз не по плечу, а по лбу.

– Я передам Джереми о вашем желании. Если его увижу. Он появляется, когда сам пожелает. После возвращения я видела его всего раз. Простите, что раньше ничего не говорила вам, леди Джеральдин. – У меня на глаза чуть слезы не навернулись. – Я не знала, кто он такой. Джереми не очень любит рассказывать о себе.

Она тяжело вздохнула и потрепала меня по щеке.

– Тебе не за что извиняться, девочка. Я знаю, что ты стараешься овладеть магией времени. И верю, что вернешь Джереми назад, исправишь ошибку матери.

Последняя фраза резанула ножом, но я выдавила улыбку. Мол, да, конечно, сделаю все возможное и невозможное. А едва леди Джеральдин ушла, я повернулась к ее сыну:

– Что с тобой не так, а? Я понимаю, раньше ты не хотел давать ей напрасную надежду. Но сейчас-то она знает, что ты здесь. Мог и передать маме пару теплых слов.

– А с тобой что не так? – бросил Джереми в ответ. – Твоя мать в лепешку расшибается, чтобы наладить отношения, а ты знать ее не хочешь. Думаешь, ей не больно?

– С каких это пор тебя волнует благополучие и душевное состояние Белинды Холланд? И вообще… вообще…

Я сдержала вертевшееся на языке ругательство и махнула рукой. Мы же вот только что решили больше не ссориться, а новая ссора на подходе.

– Не ходи пока за мной. Потому что именно к Белинде я направляюсь. Ты мне там точно без надобности. Погоди, пока закончу с ней и… хм… остыну.

Джереми засмеялся мне вслед.

– Говорю же, женщины в вашей семье те еще занозы.

Я не обернулась. Ускорила шаг. Поскольку опасалась, как бы парня не смыли потоки воды…

…Белинда выслушала меня спокойно, не удивилась и даже слова упрека не сказала, будто только и ждала, что мы с Габриэль сцепимся.

– Нам с тобой придется основательно поработать над возвращением бега времени, – проговорила она деловым тоном и посмотрела на часы. – Отправляйся на следующий урок. Предыдущий скоро закончится, а Габриэль лучше не видеть тебя, когда я верну ее назад.

Я кивнула и попыталась извиниться.

– Мне жаль, что так получилось.

– Верю. – Белинда продолжала говорить все так же деловито. – Ступай на урок.

Я подчинилась, сама не понимая, что чувствую. Да, хорошо, что мне не попало. Но вот интересно, Габриэль она спустит попытку применить магию огня на уроке? Скорее всего, спустит. Как делала это всегда. Глупо думать, что она перестанет любить вздорную девчонку, узнав о подмене. Белинда восемнадцать лет считала ее родной дочерью, растила с пеленок. И пусть Габриэль больше любила отца, на отношении к ней мнимой матери это не отражалось. Ну а я… Как заметил несколько минут Джереми, я сама не желала сближаться с Белиндой. Тогда почему ревную ее к Габриэль?

Столько чувств в душе. И все противоречивые. Просто ужас!

На следующие уроки Габриэль не пришла. Я старалась сосредоточиться на том, что говорили педагоги, и не думать о сестричке. Но мысли то и дело к ней возвращались. Права леди Райес, мне не следовало вмешиваться. Я только добавила Габриэль повод меня ненавидеть. В ближайшее время она обязательно что-нибудь выкинет. Я больше не за себя боялась. За мной, по-прежнему, следовали две совы, да и опыт прошлых схваток наглядно показал, что моя стихийная магия просыпается в ответ на выходки сестры. Даже если наглая девчонка попытается меня поджечь, вода, скорее всего, откликнется. Другие бы не пострадали…

После третьего урока нас ждал обед в секторе и практика.

– Не зря я все-таки поставила защиту на дверь, – ко мне на правах соседки подсела Эдит. Никто другой этого делать не рисковал. Хоть и дарили бесконечно приветливые улыбки, открыто в друзья не набивались. – Твоя больная на всю голову сестра пыталась проникнуть в нашу спальню.

– И? – спросила я настороженно.

– Получила дверью по лбу, как я и говорила, – улыбнулась довольная собой Эдит. – Сейчас она у лекарей. Лечит голову. В смысле, лоб. Голову ей, видно, никто не вылечит.