Я думал было сам искать – тому
Себе работу новую, чтоб – думать
О важности искусства – в этот путь,
Так время шло, но чёрные – глаза
Меня опять по ветру – захватили,
Я внутрь опешил, чтобы – говорить
Так сам с собой и время – просчитать,
Когда бы мы подъехали – на деле
Уже к причалу, чтобы – поднимать
Там вверх глаза – над новым бытием,
Чтоб думать по себе – не оробели,
Как много путешественников – в нём,
Но мало толку под нутром – в годах.
Моей болезнью было – в этом сне —
Всё только откровение – извне,
Я шёл, как мелкий дождик – изо льда,
Когда ко мне и Молли – подошла,
Но вместо там меня – она под крик
Увидела лишь ворона – в той мгле
И больше никого, ведь я – возник
Уже на берегу – под совесть ровно,
Потом опешил вновь я, что из стен
Моих сознанием встреченных – проблем,
Я вижу Гвен, и мило сам – под звук —
Иду, простив свой день – внутри разлуки,
А мне она так мило тешит – кровь,
Что мы должны быть вместе – наяву,
Когда бы космос помогал – вовнутрь
Нам нежностью понять, что к одному
Мы ближе миру тождества – на ужин.
Мы мило стали провожать – черты
Той истины от странного – угла,
Где видели корабль – и вновь пришла
Под ровный стиль мне – новая проблема,
Не знаю, как сознался – я под миф
Тогда и Гвен, но близко поняла —
Она – мой рок мгновенного суда,
Что мог бы приобнять её – намедни
Уже я сам не свой, что больше – лгу
Себе, но в вор сомнением – бегу —
Я дальше злого чувства – бытия,
Чтоб страхи помогали мне, ведь я
Любил всё это время – только Гвен
И вдоль игры космической – года
Мне новую поэзию – слагали
Под ревностью картины – между глаз,
В них снова рисовал – свои года,
Опять искал там личности – мораль,
Мы верно поженились, но – угнал
Я смысл такого общества – вины,
Что тот корабль на образе – угла,
Под верхом от цинизма – затонул,
И там никто не выжил, а – года
Мои остались верностью – на ужин
Уже теперь и мне, что видит – раб
Тот верхний, полый ужас – между сном,
Когда играюсь в вольности – преград
И мельком подзываю смерти – рок,
Ведь сам не ворон и уже – не я —
Пророк в той форме личности, увы,
Как должен больше миру – принимать
Таблетку в беспричинной – пустоте,
А Гвен, и также дети вдаль – её
Мне будут, как родные, чтобы – там
Я думал без критичности – углов,
