Самый злобный рок – на эхолот,
Самый трудный путь, где преизбыток
Меньше часа в мудрости – привычки,
Что нелестно думать, где и – ты
Вновь стоишь и правом – перебив
Лжёшь себе на спаянном – осколке
Мудрой встречи смерти – наготове
С жадностью плохой привычки – коли
Стало, вдруг, там видно – за урон
Тело всё привычное, где – череп —
Только миф – от собранного счастья,
Где не верит прошлое им, но
Тает в первобытной склоке – зря.
Где провёл ты ночи – перед мыслью,
Что твоя формальность – не осудит
Тонкий склад морали – вслед нутра,
Только будет постепенно – в моде
Жить и современностью – корить
Страшный суд иллюзий – в голове,
Чтобы там потом и – говорить —
Страшно стало в чёрном свете – мне.
Над новым размышлением в аду
Не трогал свой потерянный – абзац,
Когда бы стал тщеславным – и понятным
Мой верх внутри цинизма, что уют —
Всё только боль и надобная – тень,
Когда в Джакарту я приехал – бурно
И мне сквозила спавшая, как лань
Природа думать в чувствах, что застыл
Я в солнечной долине – местных глаз.
Там встретил свою падшую – болезнь,
Она была, что солнце – между впадин
И зверь в глазах стремился – укорить
Мне новый глаз, что росчерк – на аду,
Но там внутри в Джакарте – мне сказала
Анфиса – лёгкой поступью, что жизнь —
Всего лишь жаркой сплетни – череда
На пройденном раю – последней лжи.
Я стал страдать и ножны – мне во сне
Впивались сложной мукой – на ладони,
Я сам пошёл к гадальщику – вдвойне
Своих манер в искусстве – предсказать,
Где делают мне тонкий лёд – в огне
Те роли близорукой, тихой – скорби,
Чтоб вылепить ещё в глазах – клеймо
О новой ране в призраках – души.
Но в этом неприступностью – ушла
От слов моих Анфиса – в долгой глади,
От редкой формы надобной – слезы,
Что болью укоряю весь свой – день.
Как ад прожил четвёртый полдень, зная
Что утром мне пригрезится – быть ей
К лицу в сердцах – обычностью из лет,
А может современником – под бред,
Где я всего лишь слов – турист в огне
Мечтаний близкой смерти, как во сне,
Что мне немножко жаль – свои черты
Поодаль мерзкой казни – красоты,
Когда я вижу те глаза – Анфисы,
Как белый мрамор в вечной – тишине,
Что снова льёт фаянсовый – затвор
Из недр по голубой картине – фраз —
Я как бы время замыкаю – вровень
Одной, глубинной почерку – черты,
Что мы должны любить себе – не более,
