В угрюмости искать – пути различий,
А где я сам внутри старею – по итогу,
Что мне за сорок и уже – нет Бога
Узнать ту пищу в собственном – примере,
Как будто сам я самозванец – в вере
И всё ищу то утро – между квантом
И между ролью, сочиняя – фатум,
Что жалко мне отжившего – уюта,
Но между Богом нет – и этим утра,
А только чёрный демон – в расстоянии
Мне светит и стоит – в сердцах укором,
Что жить могу в семье – не разговором,
А только чашей для истерик – в путь.
Аврора всё терпела мне – понятно,
Она играла роль хозяйки – мира,
Она внутри не умирала – только
В свободе состояла между – склокой
И между часом смерти – потому что
Мечтала жить как Боги – от пророка,
Но думала, что все мы меньше – мышки
И нет нам счастья – утомлять любовь.
Она пыталась завести – детей,
Но так и не смогла, внутри уткнувшись
В своей свободе думать, что её
Глаза – не стали роскошью прямой,
Ещё не расставляли – мерно шумом
Ту впадину за бытием – из тока,
Но шли безумно в вымершем – укоре,
Чтоб ждать серьёзно вымысел – себе.
Аврора всё ждала минуту – скорби
И делала аборты – постоянно,
Но выжить не могла и – суицидом
Могло бы всё закончиться – тогда,
Но я сказал ей тихо и – сурово,
Что нам не нужно будоражить – путь
В агонии детей – создать ту суть
Из намертво прилипшего – восторга,
Что так она не может, но играет
И в вечности укором – понимает,
Что стала полубогом – для сердец
Моей отжившей – формулы добра.
Прошло шесть лет и я – не повзрослел,
Не выучил уроков слабой – дуры,
Той, что хранила жизнь мою, когда
Бы пуля рассекала мне – бока,
По той ещё сквозной – потере мозга,
Что я могу блуждать в минуте – поздно
И думать этим качеством – сегодня,
Как редкий в том алмаз – на бытие.
Что может полубогом – быть нелепо,
Но также лучше ждать – судьбе ответа,
Чем ждать ещё Богов – на перспективе
Из суммы мнений – в фатуме лица.
Им были все вокруг, ведь мы – имели
Свой дом – внутри которого имение
И форма злой критичности – от судеб
Бежать в тот поздний шум – на бытие,
Играть вдоль жизни – суматоху ветра,
Играть и всё не думать, что пристала
Мне кровь чужая в сумерках – ума
И думает сегодня, что – больна
На этой толще квази лет – потом.
Я жил тогда и всё я счёл – понятным,
Я умер как любовник, но воскрес,
Когда увидел Клару – между Богом
