Анна Атталь-Бушуева – Остановка во мне – доказательством просит (страница 19)
Уходит пища космосу над ним,
Вторгается иллюзия вокруг
Прибоя каменного века от науки
И слов пути на личности ему.
Настал типичный ритуал ума,
Он видит над утёсом сам дорогу,
Всё складывая обществом его
Прямые веки нежности гордыни.
Не этим словом в камень превратил
Ты сам игру и мнение в себе,
Что человек над ложью имени его
За камнем благочинной пустоты?
Вишнёвый замок из песка
Который день выходит из устоев,
Придумывает в городе за тенью
Вишнёвый замок, выученной боли
И сам оттуда смотрит подлецу
В раскрашенное жалостью, немое
И отличительное смыслом диалекта
Потустороннее начало перед веком
Внутри песка за мнением чудес.
Бегут те тени замкового рода,
Любви причины в вечности и рядом
Ты отвлекаешь свойство тем же миром,
Что смыло относительный расчёт
Идти по стенам общества немого
В вишнёвый путь катарсиса из притчи,
А заново искать оттуда мёртвый
Источник из песка причуды жизни.
Он не был словом замка о железо,
Вбирал свои оковы в страсти мира,
Но чудо ждал, что истина у прозы
И свет просторный обществу мотива.
Тебе ли жить под вечностью угрюмо
Песка в натужной пользе и пороке,
Но жизнь в вишнёвом имени пустила
Свой дух культуры в это бытия.
Стоял над замком утренний рассвет
И Землю понимал, как части рода,
Что видно в том пророчестве о суть
Вишнёвой маски от песка на утро.
Прошли и потеряли совесть
Гурьбой отложенной ведут
Свою свободу к цели мира
Одни и те же слов этюды,
Другого имени за склон
Души увиливать в поклон
И мерить вязкую трясину,
Как смерти каторгу по нам
Из глины созданных господ.
Желает стать покорной сну
Такая весть внутри мотива,
Но совесть ждёт её шагов
И окружает склоны нам,
Где миф, как вечности игра
Такая же картина мира
И точный возраст по другой
Системе совести в покое.
Не лучше жизни превозмочь
Крутой подъём фигуры стиля,
Но думать правилу внутри,
Как ты искал пути назад,
За этим шёл покойник мира
И сам тревожил смерти лад.
Он горд, что был оставлен нам