Ты был один одет и в том – строптиво
Стал душу открывать – для слов и жил.
Но твой осенний лист – не тем служил,
Он был основой ветра – многогранно
И той потёртой раной – между права,
Откуда ты воспрял – ему рукой.
Посмотришь между общества – с тоской,
Затем её, как нежный квант, любуясь
Ты в нас преобразуешь – в лицах сна
И только жёлтым светом – нам весна
Одну примету видит, что и память,
Что листья слов – под идеальным ветром,
Когда от той поры – ты жил поэтом
И всё смотрел – для счастья и веков.
Твой жёлтый лист исчерпан – для оков,
Он будет жизнью обозначен – в людях,
Как тающее слово – между судьбами,
Смотря в которые – ты ощущаешь нас.
Уносит чёрный звук
Уносит чёрный звук – внутри ума
Спадающее слово – на сегодня,
Над трубным зовом, чтобы не пропасть
Внутри его – покладистого сна.
Как вышел ты внутри и мне – не больно
Украдкой обонять – причину сна,
Что носит чёрный юмор – и тогда
Ты сам ему – присутствуешь учтиво.
Заводишь дух моральной – темноты,
А зов твоей души – по перекатам
Такой же вешний, словно бы цветы
Сошли – на перепутье слов – вдвоём.
Что можно рок укладывать – опять
В искусство мира – сложное, как мода,
Как сердце – по истории над днём,
В котором стало обществу – опять
Не мило думать в лирике – о чудо,
Не спать ему – над чёрной красотой,
То вдаль нам унося – природы утро,
То высмеяв для общества – деталь.
Её прибила музыка – под чудо,
Под звук трубы в иллюзии – опять,
Что чёрный свет – роскошного испуга
Всё тянет необъятно – друг у друга
Манеру слова – думая опять,
Её следы тебе спадают – просто,
Так видно, что из чёрной мглы – несут
Причину думать в обществе – не устно,
А просто по иллюзиям – летать,
Внутри уносит чёрные – модели
Твоя фигура странного – ума
Тот авангард, где думать надоели
Те ноты в чувствах, думая со зла,
Но свет добру не обещает – пусто
Идти, туда где формы твой – ответ
Всё воет на трубу, пока ей нет
Природы ждать – немилое так просто,
Недлинной чередой – ходить и жить,
Что звук степной у памяти – души,
Его умом опять – не сохранить,
Им можно только выучить – огни
Над светом, от которого бежим
И просим чувству страха – осторожно
В заглавии ту ясность, чтоб прожить.
Оторванный от души
Здесь нет твоей поэзии – уму,
