Анна Анакина – 12.79.… фантастика (страница 13)

По коридору странного мраморного подземелья, удаляясь, шла… шло… существо женского рода, очень знакомое по описанию с детства.

Копытца. Красные небольшие рожки, торчащие из густой копны смоляных волос. Но первое, что бросилось в глаза – хвост: тонкий, длинный, словно змея, с кисточкой на конце. Он не висел, а, плавно изгибаясь за спиной, занимая почти всю ширину коридора, покачивался, пружиня в такт движению существа. Кисточка на его конце тоже двигалась, создавая ощущение, что рисует или заметает след.

Глаза Олега, постепенно расширяясь, превращались в бильярдные шары, готовые в любую секунду выпрыгнуть из глазниц. Он зажал рукой рот, чтоб не закричать.

Стройная чертовка, одетая в облегающий чёрный костюм, полностью скрывающий тело, оставляя открытой лишь голову, шла, плавно покачивая бёдрами, и одной рукой слегка касалась стены, словно придерживаясь за неё пальцами. Её волосы искрились то ли от природы, то ли от освещения. Копытца, такие же смоляные, как и волосы, издавали тот самый звук, привлекший Олега.

На секунду чертовка остановилась и немного повернула голову. Олег резко отпрянул, замерев в неудобной позе, боясь пошевелиться, и постарался не дышать. Сердце предательски стучало так громко, что на миг ему показалось – существо обязательно его услышит. Воображение дорисовало картинку: женщина с копытцами повернулась и направилась к нему. Но она немного постояла, втягивая носом воздух, и, улыбнувшись, продолжила свой путь, скрывшись в одной из ниш.

Простояв достаточно долго, Олег решил выйти в коридор. Не заметив больше никого, он направился в обратную сторону, к двенадцатой нише, постепенно ускоряя шаг, и уже бежал, когда вновь что-то услышал. Но на этот раз не постукивание каблучков по полу, а низкий гортанный булькающий звук. И, похоже, не один. Казалось, что голоса переговариваются. Узнавать, кому они принадлежат, Олег не стал. Он быстро дотронулся до камня и, мысленно подгоняя огонёк, от нетерпения переступая с ноги на ногу, набрал «79» и затем «18». Через малую долю секунды он уже стоял на кухне. Оглянувшись в надежде, что не ошибся, быстро вытащил ключи из прибора. Стал метаться в поисках места, куда бы можно было их надёжно спрятать. Резко вспыхнувший свет напугал его не меньше, чем увиденное и услышанное в странном месте, прозванное им коммутатором.

– Ты что делаешь? – зевая и потирая глаза, в кухню зашёл хозяин квартиры и, подняв перевёрнутую Олегом табуретку, поставил на место. Тот стоял у холодильника и, прижимая к себе ключи, смотрел на восемнадцатого взглядом затравленного зверя.

– Да что случилось-то?! – хозяин квартиры подошел к Олегу-Х и положил ему руку на плечо, стараясь успокоить. – Что с тобой? Приснилось чего? Я когда пришёл, ты спал и Ольгу звал. Тебе жена снилась?

– Я… я… – заикаясь, начал Олег. – Я…

– Что?

– Я, кажется… я был…

Он бросил взгляд на прибор. Восемнадцатый тоже посмотрел на недавно ещё считавшиеся часы.

– Ты прыгал? И чё? Где ты был?

– Там. – Олег, кивая, показывал глазами и пальцем в пол. – Там. Я думал, там какой-то пункт, там их много, а там…

Он обернулся и, убедившись, что кроме них в кухне никого нет, прижался к уху восемнадцатого и тихо сказал:

– Я был в Аду… – глядя в глаза хозяину квартиры, утвердительно кивнул. – Там черти.

Восемнадцатому с трудом удалось уложить Олега-Х спать. Тот долго пытался что-то объяснить, пока не уснул. Хозяин квартиры так и не понял, о чём хотел рассказать двойник.

Спал Олег-Х неспокойно, постоянно вздрагивал и кричал. Восемнадцатый больше уже не ложился. Посидев ещё немного около гостя, он пошёл в ванную. Принял душ, побрился и направился в кухню, остановившись ненадолго около зала. Двойник метался по дивану. Он то вскрикивал, то просил не прикасаться к нему. То закрывался с головой одеялом, а через секунду скидывал его. Не зная, чем помочь, восемнадцатый ушёл в кухню. Было около шести утра, на работу к восьми, но он не представлял, как можно оставить Олега-Х в таком состоянии. Поставив чайник на плиту, вышел в коридор. Прислушался. «Вроде притих». Снял трубку, немного подумал, глядя на себя в зеркало, и набрал номер. На другом конце ответили не сразу. Работал он, как, впрочем, и все его двойники, инженером на авиационном заводе в КБ. Вот сейчас он как раз и звонил домой своему непосредственному начальству.

– Алло, – послышалось громко и раздраженно из телефонной трубки. – Кто это?

– Всеволод Михалыч. – Восемнадцатый старался говорить тихо, чтобы не потревожить вроде успокоившегося двойника. – Это я, Олег Быстров.

– Что ты там шепчешь?

Собеседник не просто говорил громко, а орал в трубку так, что все его слова разносились по квартире, как раскаты грома. Восемнадцатый поморщился и сказал первое, что пришло в голову:

– Я, кажется, заболел. Горло болит. И голос совсем пропал. Я не приду сегодня. Можно? – «Можно» он произнёс как нашкодивший ребёнок, но, тем не менее, просящийся погулять. – Не хочется врача вызывать. А то начнётся: анализы, таблетки. Я сегодня отлежусь и завтра, как огурчик.

Он так жалобно, просящими глазами смотрел на входную дверь, будто там и стоял грозный Всеволод Михалыч.

На другом конце провода, видимо, немного проникнувшись к больному, ответили:

– А если и завтра не станет легче? Что тогда?

– Нет-нет. Я уверен, что станет, – забыв, что он «болен», громко ответил восемнадцатый и тут же, спохватившись, кашлянул и очень тихо с хрипотцой добавил: – Я малинки попью и компресс сделаю. Завтра точно всё пройдёт.

– Ну, хорошо, не приходи, – сжалившись окончательно, уже притихшим голосом ответил Всеволод Михалыч. Но затем, опять повысив тон, добавил: – Но в субботу отработаешь!

– Само собой, – опять забыв, что он болен, громко и бойко ответил восемнадцатый, но на другом конце провода не обратили на это внимание. После резкого «Отбой» там положили трубку. Восемнадцатый, обрадовавшись, потёр руки.

– Так, одно дело сделано.

Он зашёл в зал и, наклонившись над двойником, прислушался. Тот лежал, повернувшись лицом к спинке дивана. Видимо, усталость за последние дни пересилила тот ужас, какой испытал Олег-Х при ночном прыжке, и теперь он спал сном праведника.

– Ну, вот и хорошо, – тихо сказал восемнадцатый и направился в кухню, где чайник уже устал подавать сигнальные свистки о своей готовности.

Попив чая (есть совсем не хотелось), он проверил ещё раз гостя и, убедившись, что тот спит спокойно, решил потратить время ожидания на ремонт. Провозившись достаточно долго, восемнадцатый с удовольствием открывал и закрывал исправный кран.

– Починил наконец-то?

Хозяин оглянулся. В дверном проёме стоял хоть и поспавший, но не отдохнувший Олег-Х. Волосы, торчащие в разные стороны, красные опухшие глаза.

– Ты плохо выглядишь, прими душ, и поесть надо что-то горячее. Может, пожарить яичницы?

Олег тяжело вздохнул.

– Мне кажется, что я уже годы не могу найти свой дом. Почему это случилось именно со мной?

Восемнадцатый пожал плечами и вышел из ванной, освобождая место гостю, хотя он уже был и не гостем в его доме.

Олег-Х покачал головой. Это не было «спасибо» или вопрос, он просто думал о чём-то своём. Восемнадцатый решил не надоедать ему, просто дать время спокойно принять душ, а уж потом обдумать, что делать дальше.

Через полчаса Олег-Х стоял на кухне и смотрел на сковородку с яичницей, предложенной восемнадцатым. Он помылся, побрился, причесал волосы, но не стал выглядеть бодрее. Глаза всё так же говорили о сильной усталости.

– Знаешь, – сказал он скорее себе, чем восемнадцатому, – там разгадка всего, что произошло. Я это чувствую. Мне обязательно надо туда вернуться, что бы ни случилось. Я должен узнать правду, – и оторвав взгляд от яичницы, посмотрел на хозяина квартиры. – Я сейчас уйду, – быстро зыркнул на коллекцию часов, словно ожидал увидеть там нечто иное, и продолжил: – А ты сразу убери ключи и вставишь ровно в…

Олег-Х вдруг с удивлением уставился на хозяина квартиры:

– А почему ты дома? Сегодня же понедельник? Кажется…

– Я отпросился. Сказался больным.

– Понятно, – кивнул он. – Тогда давай так: я сейчас уйду, а ты убери ключи и вставишь ровно в двенадцать, но только на одну минуту. Если я не вернусь, убери ключи и закопай его, – указал он пальцем в сторону прибора. – Навсегда.

Потом вставил ключи и стал набирать адрес.

– А завтракать? – окликнул его восемнадцатый.

Олег повернулся, но казалось, он не расслышал вопроса, а просто его привлёк голос.

– Пообещай, что ты всё выполнишь.

Гость внимательно смотрел в глаза восемнадцатому, тот кивнул.

– Нет. Поклянись! – Олег-Х бросился к нему и схватил за руку, прокричав в лицо: – Поклянись Ольгой и детьми! Ты никогда, слышишь, никогда не прыгнешь! Никогда!

Он тряс восемнадцатого с такой силой, что у того даже не могло возникнуть желание перечить.

– Да клянусь я, клянусь!

– Никогда! – кричал Олег-Х.

– Никогда, – повторил восемнадцатый, не отводя взгляда.

– Закопаешь прибор! – Олег-Х с испугом смотрел в глаза своему нежданно появившемуся другу. – И никогда, слышишь, никогда даже не пытайся! Это опасно. Я знаю! Я видел!

– Хорошо, хорошо. Я обещаю.

Поверив другу, Олег-Х отпустил его.

Вернулся к прибору, установил дату и время, проверив ещё раз, всё ли он ввёл правильно, и дотронулся до камня.