Анна Алиева – По следу Розы (страница 16)

Красная толстовка, теперь порванная осколками в нескольких местах, промокла от пота и сковывала движения. На мрамор посыпались мелкие стекляшки, которые, похоже, застряли в одежде и в волосах. Роза сняла толстовку и зашвырнула на диван позади Рика. Он даже не вздрогнул, когда снаряд пролетел мимо его головы.

Следом вошли и два пса – малинуа и амстафф с порванным ухом. Те запрыгнули на диван, положили морды на подушки и внимательно смотрели на чужака-Вулфа с тем же предупреждением – только попробуй обидеть мамочку.

Роза толкнула к Вулфу через стол бутыль перекиси и упаковку бинтов. Аптечка оказалась на месте. И кофе любимой марки абуэллы будет лежать в том верхнем шкафу, и фарфоровые чашечки будут сложены у раковины вот так, как любит абуэла. Сколько бы лет не прошло, какие бы ни были обстоятельства, это всегда будет дом Камиллы Вергара с её порядками и устоями. А теперь на её кухне сидит эта полицейская шавка и заливает своей кровью мраморный пол.

Роза отвернулась к бару, пока Рик промокал рану спиртом и перевязывался левой рукой. Сам справится, не маленький мальчик, ещё скакать вокруг него, дуть на ранку. Пока он там что-то шипел под нос, Роза разлила виски по двум роксам, один придвинула к Рику, второй опрокинула в себя. Горло приятно обожгло, в носу сдавило от яркого запаха. Слишком яркого. Такой алкоголь выбирает Бьянка, абуэла и отец предпочитали более спокойные ноты, а ещё лучше текилу. Но текилой нужно праздновать, а успокаиваться после такого ебанутого вечера нужно чем-то потише.

Рик, наконец, закончил со своей рукой – Роза успела углядеть, что пули там действительно не осталось, но кусок плоти ему снесло, отсюда и столько крови. Не мешало бы зашить, но с этим он уже как-нибудь справится позже.

– Пей. – Роза кивнула на его стакан. – И не смей в таком тоне говорить, когда рядом мои люди. Понял?

Она не стала зажигать свет в комнате, оставила гореть только две низкие лампы, что висели над островком кухни. Достаточно освещения, чтобы Рик увидел свою рану и не пронёс стакан мимо рта, но недостаточно, чтобы рассмотрел убранство дома или заметил охрану у выхода на задний двор.

Роза не скучала по этому дому. Там, в Америке, она не скучала ни по одному особняку, что они оставили в Мексике. Она скучала по ощущению семьи, собиравшейся под этими крышами, на этих задних двориках, в этих просторных гостиных. И совсем не хотела помнить тело мамы, упавшей на пороге. Не хотела помнить горелку в руке отца и парня в наколках нациста. Не хотела помнить, как абуэла рассказывала им на этом самом диване историю своей семьи со всеми кровавыми подробностями.

– Спасибо, – сказал Рик и приподнял свой стакан. Уже почти пустой. Сколько Роза рассматривала старую картину на стене, предаваясь воспоминаниям? – И за виски, и за аптечку. И за то, что вытащила нас оттуда. – Рик говорил тихо и хрипло, чтобы из соседних комнат их не услышали. Английскую речь, может, и не поймут, но тона достаточно, чтобы сказать слишком много. – Должен признать, ты отлично водишь.

– Что за удивление в голосе? – Роза невесело посмеялась, а у самой ноги подкашивались от усталости. – Отлично вожу для женщины? – переспросила Роза и выпила оставшиеся капли на дне стакана. Налила снова, но судорога дёрнула руку, и немного выплеснулось мимо. Рик перегнулся через столешницу и забрал у неё бутылку, разлил новую порцию виски Розе и чуть-чуть себе.

– Для женщины, которая вывезла нас из перестрелки и погони с участием четырёх тачек. Серьёзно, – он указал на неё горлышком полупустой бутылки и придвинул стакан Розе, – тебе бы в «Форсаже» сниматься.

– Ладно, продолжай, – позволила она, поставила локоть на стол и уперлась подбородком на ладонь. Как же ей хотелось просто упасть на постель, даже душ может подождать до завтра, главное, расслабиться. Да, как только он уйдёт. Но пока может и задержаться.

– Значит, Охотники Касильяса? – спросил Рик и накрыл свой стакан ладонью. Между пальцами уже засохла кровь. – Как думаешь, что они там делали?

– Понятия не имею. – Роза перекатила по языку остатки виски. – Тоже Пепе ищут? – В задумчивости она уставилась на аккуратное панно из фотографий. Свадьба дедушки и бабушки, свадьба папы и мамы, мама со свёртком на руках, в который сколько не всматривайся, не узнаешь Розу. И ещё полсотни фотографий утерянной счастливой жизни. – Может, он им задолжал? А, может, наобещал что-то, если избавятся от меня? – Рик попытался вставить слово, но Розу уже понесло. – Может, он к ним перебежал и надеется, что ублюдки прикроют его, когда я схвачу за яйца? Удачи, упырь.

Ни картели, ни федералы, ни другие страны, ни боги и все святые не смогут его укрыть.

– Я пробью по своим базам, нет ли каких-то новостей о Касильяса, – пообещал Рик, когда Роза затихла. – Не было ли какой-то подозрительной активности, переводов, перелётов.

– Да, хорошая идея, спасибо, – на автомате ответила Роза. За что спасибо-то? Он свою работу выполняет и не обещает делиться с ней информацией. Похоже, Рик тоже зацепился за это слово и глянул на неё, чуть нахмурив брови. – Но твои местные свидетели ничего не дадут. Не станут крысятничать.

– Милые собачки. – Почему-то он сменил тему и указал большим пальцем себе за спину. – Из твоих питомников?

– Малинуа – да, служебные, из питомников. Это, тот который слева, – ответила Роза честно. – А справа, с порванным ухом – с собачьих боёв вытащили.

Рик медленно кивнул, будто не удивился. Конечно, у него в офисе такое досье на Розу, что он знает о каждом её шаге, только за руку никак поймать не может.

– Их, кстати, не только в Мексике проводят, в твоих любимых штатах тоже немало подпольных…

– Я ни слова не сказал.

– Но ты подумал. На роже сразу всё написано.

– И что случилось с организатором тех боёв?

Роза пожала плечами и глотнула ещё виски.

– Всё ты знаешь, наверняка, лично там была. – Рик чуть сощурил левый глаз. – К собакам ты относишься лучше, чем к людям.

– Собаки не заслуживают того, что с ними делают эти люди, – отсекла Роза, и Вулф не стал спорить. Надо же. Но спустя несколько секунд молчания добавил:

– Там у склада… – Он остановился на полу-слове, неуверенный, похоже, стоит ли продолжать говорить. – Мне на секунду показалось, что ты укатишь одна.

Роза как-то неуверенно усмехнулась и перекинула волосы на левый бок.

– Да, мне тоже так на секунду показалось.

– Тогда спасибо? – Рик улыбнулся. Наверное, она впервые увидела эту улыбку. Не насмешку над ней и не издевательство.

– О, не переживай, – она заторопилась поставить его на место, – это всего лишь из-за того, что я лично собираюсь тебя убить. – Она ткнула красным ногтём в столешницу между ними.

Рик взялся за её ладонь:

– По рукам, сеньорита Вергара. Только больше не разъезжай по Мексике без охраны, когда тут штук десять картелей, которые спят и видят тебя обезглавленной. – Рик провёл горячим грубым пальцем по костяшкам её пальчиков. Рука Розы задержалась в его ладони слишком долго, но оба не отдёргивались. – Семейство Вергара казнит меня, если с тобой что-то случится. – Рик наконец отстранился, и Роза заметила, что у него на бинтах снова проступила кровь.

– Так и скажи, распереживался, что даже… Ладно, стрелок ты отличный. – Роза подпёрла подбородок двумя ладонями и невинно заморгала. – Но как закрывал меня собой, мм.

– Как? – И снова эта усмешка. Рик отстранился от стола и водил взглядом от глаз Розы к чему-то ниже. Точно, она ведь всё ещё в том открытом топе. Поняв, похоже, что палится, Вулф отвернулся к окну. – Как и любого гражданского попавшего в перестрелку?

– Гражданского? А куда же делось «опасная преступница»? – протянула Роза. – А ты любого гражданского будешь так за талию обнимать?

– Как скажешь, – Рик встал из-за стойки и допил виски. – В следующий раз пусть лучше тебя пристрелят, чем я к тебе прикоснусь. – Не выпрямляясь над стойкой, Роза наблюдала за тем, как он остановился в дверях, окинул её взглядом, задержался на заднице и прогнутой пояснице. Шумно выдохнув, Рик отвернулся и пожелал тёмному проходу: – Спокойной ночи, сеньорита Вергара.

Роза садистки улыбнулась в ответ.

– Чтоб вас замучили кошмары с моим участием, детектив Вулф.

* * *

Имя следующего свидетеля Роза позаимствовала из записей Вулфа – Сезар Пальмеро. В её кругах про Пальмеро ходили едва ли не легенды, когда-то он был врагом Номер Один картеля Касильяса, но и на него нашлась своя полицейская псина. Или из какой там организации был этот Белтран, что-то около-военное, но сотрудничающее и с ФБР, и с правительствами других стран. Хавьер Белтран, настоящий бультерьер, вцепится так, что не отпустит, пока не оторвёт кусок плоти. Во главе своего он отряда успел наследить не только на материке, но и на Кубе. Как слышала Роза, эта организация чаще устраивала зачистки, а в тюрьмы отправляла только особенно отличившихся или тех, кого могли подбить на сделку с прокурором. Ага, удачи, выбить что-то из Пальмеро, этот дед точно не стал бы крысить.

Впервые про Белтрана Роза услышала от Эрмосы, своей кубинской подруги. У неё были с Белтраном собственные счёты. Сложная история – по официальной версии, Белтран убил её мужа во время операции по захвату. По неосторожности или специально – Белтран не признавался, но всю вину взял на себя. А после пропал со всех радаров. Уже полгода по всей Латинской и Северной Америке Эрмоса разыскивала его, и Роза обещала помочь в поисках. При первой же возможности, она выдаст Белтрана Стефании, а дальше, ох, Мария и Иосиф, что ждёт этого несчастного бультерьера.