Анна Алеванс – Искусство жизни и любви (страница 21)

Кэрол объявила счёт 30:23 в пользу Алиссы.

– О, боже мой! – Эллен уткнулась руками в коленки, тяжело дыша. – Маркус, она играет даже лучше тебя!

В процессе игры за ними неотрывно наблюдали три пары глаз. Брендан даже позабыл про свой стейки и теперь озабоченно проверял степень прожарки.

Маркус поднялся и забрал у Нелл ракетку. Он воспринял это как личный вызов. Алисса рассмеялась.

– На что играем? – хитро поинтересовалась она.

– На желание, – сказал он. Нелл вызвалась считать.

Маркус, в отличие от подруги, не стал её недооценивать. У него был сильный и быстрый удар. Алисса поначалу с трудом поспевала отбиваться от его атаки. Но способность ориентироваться в пространстве и рассчитывать траекторию движения сыграла ей на руку. Брендан радостно вопил, как бывалый болельщик, не отрываясь при этом от барбекю, Кэрол хлопала в ладоши, а Нелл неугомонно комментировала их игру:

– Маркус подаёт… вот мерзавец, специально подаёт далеко! Он думает, Алисса слишком мала, чтобы быстро добраться до волана… Она, может, и мала, но двигается как лань! Да! Она отбила! А Маркусу прилетел новый удар! Волан несётся быстро, как снитч! Надеюсь, он попадёт ему по носу! Нет, не попал… ну и ладно… Вы посмотрите, она снова ловит! И снова – оглушительный удар! И… он не успел отбить! Да! Команда девчонок победила!

Алисса вознесла руки в знак победы, а затем рухнула в траву, смеясь. Плечи и руки неистово болели, кожа увлажнилась от пота. В этот момент она чувствовала себя до невозможности счастливой. Нелл забрала ракетку, чтобы поиграть с Кэрол. Маркус уселся рядом.

– Ну, и каково же будет твоё желание? – поинтересовался он. В его лице и голосе не было мелочной обиды за этот проигрыш. Она бы сильно разочаровалась, если бы заметила нечто подобное.

– Я не знаю. Мне нужно время подумать.

– Не затягивай с этим.

Он прилёг рядом. Они бы задремали, едва касаясь друг друга, если бы не пронзительные выкрики девушек. Мягкая холодная трава успокаивала, воздух нетронутого леса дарил ощущение полного забвения.

– Жаль, что мы не одни, – сказал Маркус, отведя прядь волос с её лица. – Но я отлично помню, на чём мы остановились.

Их прервал оклик Брендана. Он держал гриль, словно торжественное знамя. Особое приглашение не требовалось. Нелл первая бросилась к еде с воплями.

– Какие они ещё дети, – сказала Кэрол. Это была её пятая реплика за день.

Алисса пару раз пыталась завести с ней разговор, но тщетно. Кэрол была единственной из друзей Маркуса, кто держался с ней особняком и не скрывал этого. Алисса не собиралась навязываться или пытаться понравиться ей – лишь приняла, как факт. Во время обеда Кэрол словно бы игнорировала присутствие нового человека; отводила взгляд, не реагировала на её реплики, хмурилась на любые шутки. Это и от Маркуса не укрылось; он мрачнел, смотрел вопросительно и, сам того не замечая, брал Алиссу за руку.

После того, как с едой было покончено, и Брендана осыпали благодарностями за превосходный обед, Нелл позвала её на прогулку. Разговор зашёл о Кэрол сам собой.

– Не обижайся на неё, – сказала она Алиссе, когда они оказались достаточно далеко. – Она это не со зла. После Стеллы она перестала доверять девушкам Маркуса.

Алисса мгновенно ухватилась за новое имя, как за ниточку.

– Кто это – Стелла? Бывшая девушка Маркуса?

Ей вспомнилась темноволосая красавица с брошенной на камине фотографии. Следующее, о чём она подумала: в переводе с латинского языка имя «stella» означало «звезда».

Нелл слегка опасливо обернулась и кивнула. Алисса позволила себе сдержанное любопытство:

– А что она сделала?

– О, много чего. Ты ещё о ней услышишь, – неожиданно мрачно отозвалась та. – В жизни таких не встречала и, надеюсь, больше не встречу. Маркус от любви совсем потерял голову. Мы все были счастливы, когда она ушла от него. Ну, и поделом ей.

Нелл взяла с неё обещание помалкивать. Алисса понимала: выведать больше не удастся, по крайней мере, до тех пор, пока Маркус сам не решит рассказать ей. Она пообещала себе не давить на него. Перед ней уже предстала смутная картина произошедшего: возможно, эта Стелла изменяла ему или обманывала. Что ещё могло так сильно разочаровать его в девушках и погрузить в депрессию на долгих два года?

Вдоволь насладившись природой, они отправились домой. На прощание Нелл обняла Алиссу и выразила надежду на новую встречу. Брендан торжественно вручил ей лучшие куски холодного стейка: этот жест щедрости явно стоило расценивать как знак симпатии. Кэрол, как и ожидалось, попрощалась сдержанно и, поймав взгляд Маркуса, отвернулась.

– Идём домой, – прошептал он на ухо. – У нас с тобой ещё полно дел.

– О, нет, – сказала Алисса, почувствовав холодную руку, нагло залезшую под футболку. – Мне нужно в душ! Срочно!

– Я не согласен, – ответил он. И тут же совершил нечто неожиданное: подхватил её на руки. Она рассмеялась от неожиданности.

– Маркус! Опусти меня на землю!

Тот не обратил внимания на просьбу и направился прямиком в дом. В холле на них оборачивались соседи, и какая-то пожилая леди в шляпе со снисходительным одобрением заметила:

– Молодожёны! Что с них взять!

Глава 13. Гостья из прошлого

Алисса ухитрилась вырваться из сильных объятий и рванула в ванную в тот же миг, когда он распахнул входную дверь.

– Прости, но душ – прежде всего, – заявила она в своё оправдание и услышала скептическое хмыканье.

Девушка быстро сбросила одежду, пропахшую лесом, костром и потом, и рванула под прохладные струи воды. На неё напала приятная усталость. День прошёл прекрасно, голова пресытилась новыми впечатлениями и знакомствами. Сейчас она нуждалась в безмолвии и уединении – хотя бы недолгом.

Алисса надела мужской халат на голое тело и выскользнула из ванной. Она и сама не заметила, как прижилась в этой квартире и привыкла к ней. И Маркус воспринимал её нахождение здесь как нечто само собой разумеющееся: словно они давно уже делили совместный быт и жили вместе.

Она обнаружила Маркуса стоящим у камина с фотографией в руке. Он походил на обездвиженную статую. Лицо его окаменело, ожесточилось, губы скривились в гримасе. Алиссе не нужно было проверять – ей и без того было известно, кто вызвал в нём эти чувства.

– Эта девушка причинила тебе много боли, – произнесла она.

– Я думал, что давно избавился от этой фотографии. Только она от неё и осталась.

Алисса затаила дыхание. Она давно ждала от Маркуса откровения – и, кажется, момент настал. Он сел прямо на пол, глядя на фотографию невидящими глазами. Он был уже не здесь: воспоминания погрузили его разум в прошлое, полное горечи и разочарований.

– Её звали Стелла. Мы познакомились с ней на званом ужине, устроенном моим издательством. Мои книги тогда только начали набирать популярность, издательство повесило на меня клеймо «перспективного автора». Стелла работала младшей ассистенткой редактора. Наше знакомство произошло как будто случайно: она, проходя мимо, пролила на меня вино и принялась извиняться. Она казалась мне прелестной, воплощением скромности и доброты. Я был не так опытен, чтобы раскусить её сразу. К тому же, я был до безумия влюблён. Чтобы разоблачить её, потребовались годы.

Алисса присела рядом.

– Сколько вы были вместе?

– Около трёх лет. Первый год я был словно в прекрасном сне. Я буквально обожал её. Стелла казалась мне идеальной женщиной. Я тогда ещё не знал, что мои представления о жизни смехотворны, и под маской идеальности обычно скрываются худшие из нас. Первое время если и происходили некие странности, то я предпочитал их игнорировать. Но со временем, когда флёр влюблённости начал утихать, мой разум нежданным образом включился. Я всё чаще стал обращать внимание на поведение Стеллы. Помимо того, что она постоянно манипулировала людьми, изображая из себя святую невинность, она проявляла невероятную жестокость и безразличие. С теми, кто был ей нужен, она вела себя предельно мило и участливо, а ко всем остальным относилась, словно к скоту. Стелла мастерски умела подстраиваться под людей – видимо, такова была её врождённая особенность. Никто не мог устоять перед этими чарами.

Алиссе вспомнилась Дебора. Неудивительно, что Маркус так быстро понял её чувства по отношению к бывшей подруге. Эта Стелла тоже едва не разрушила его жизнь.

– Как она вела себя с тобой?

– О, со мной она старалась быть любезна. Ведь я был ей нужен, – горько хмыкнул он. – Точнее, не я, а мои деньги, популярность, моё имя, в конце концов. Она строила на мне карьеру. Но я не мог не замечать её пренебрежительность, злобу, манипулятивность. Она, конечно, не могла сдерживать свою натуру всю жизнь, и потому всё меньше скрывалась и всё чаще представала в истинном обличье. Я надеялся, что смогу наставить её на путь истинный. Верил, что смогу изменить. А Стелла, в свою очередь, начала строить интриги на работе и пыталась втянуть в них меня. Она надеялась, что я помогу ей занять место редактора путём бессовестных махинаций. Я был в бешенстве, кричал, тряс её за плечи, надеясь, что она одумается. Стелла убежала из квартиры в истерике. На следующий день она вернулась с повинной головой, изображая раскаяние, обещала измениться. Я был идиотом, – он бросил фотографию на пол, – да, идиотом, потому что знал – она не изменится, но всё равно впустил её. Между нами образовалась связь, которую сложно было разорвать. Это был словно наркотик. И я не представлял своей жизни без неё.