Анна Алексеева – Жестокие игры в академии драконов. Часть 3 (страница 46)

Действительно, все были при деле. Работа кипела вокруг, несмотря на то, что в движениях сильных драконов и оборотней явственно виднелась усталость.

– Нам пора уходить, – Крис взял меня за руку и положил её себе на плечи, подняв меня на ноги. – Стоять можешь?

Сил действительно было мало. Ещё несколько минут назад мне казалось, что я взорвусь от переполняющей меня магии, но теперь стало ясно, что я здорово потратилась, и резерв был почти опустошён.

– Могу, – я осторожно освободила свою руку и сделала несколько неуверенных шагов. Почему-то меня чуть покачивало, но ноги держали достаточно крепко.

К нам подошёл Тайлер. Он был на удивление собранным, и по нему нельзя было сказать, что он сильно устал.

– Мистер Саймон велел остаться только докторам, их помощникам и армейским, – сказал Тайлер, глядя куда-то в сторону. Оглянувшись, я догадалась, что он смотрит на Эрику, которая о чём-то говорила с отцом. – Там прибыло подкрепление из Истхелльгена, так что помощь больше не нужна.

– Вот твари, – рыкнул Крис, – знали о том, что скоро прибудет боевой состав, и напали на академию, пока она была почти без защиты.

– Каждый выживает как может, – философски заметил Тайлер. – Общий сбор в гостиной на пятом этаже, через пятнадцать минут мистер Саймон начнёт раздавать дальнейшие указания. Не опаздывайте.

После этих слов он развернулся и пошёл дальше по оставшимся в зале профессорам и адептам.

– Идём, – выдохнула я. – Не хочу находиться здесь дольше, чем нужно.

К нам как раз подошли Эрика и мама с папой. Они тоже направлялись к выходу, и я, не выдержав, повисла на шее у родного отца и расплакалась, как ребёнок. Крис неловко отошёл на шаг в сторону, Эрика поглаживала на спине, а мама, которая совсем, ни капельки не изменилась за прошедшие пятнадцать лет, так и продолжала безвольно стоять, глядя в никуда.

– Ш-ш-ш, – успокаивающе шептал папа. – Всё позади. Всё уже позади.

Нет, не позади. У меня на глазах погибали люди. Я не могу понять, что я такое. Моя мать не узнаёт меня и больше напоминает ожившего мертвеца.

Ничто ещё не позади. Всего этого не изменить.

Словно прочитав мои мысли, Эрика поймала момент, когда я чуть отстранилась от папы, обхватила меня за щёки и, заставив посмотреть ей в глаза, серьёзно произнесла:

– Послушай меня, Линаэль. Знаю, тебе сейчас кажется, что жизнь никогда не будет прежней. Но это не так. Самая тёмная ночь всегда перед рассветом, так что давай-ка намотаем сопли на кулак и пойдём встречать этот рассвет.

Я всхлипнула, кивнула и утёрла слёзы. Не сказать, что мне стало легче.

– Да, надо идти.

– И лучше поспешить, – добавил Крис. – Дядя Рей велел мне присмотреть за вами, пока он не освободится, так что давайте вы пока не будете больше устраивать конца света, ладно?

И он посмотрел на нас такими жалобными глазами, что мы все невольно рассмеялись.

Все, кроме мамы.

– Вы чего всё ещё тут делаете? – строго рыкнул Вейлор, который появился со Стелларием почти ниоткуда. – Через несколько минут общий сбор, а вы…

– Успокойся, всё под контролем, – спокойно ответила Эрика.

– Вам правда стоит поторопиться, – заметил отец. – Вы ступайте, а я позабочусь о том, чтобы маме оказали первую помощь и дали первую порцию противоядия сейчас же.

– У нас есть противоядие? – удивилась Эрика.

– Теперь есть. Предоставить противоядие было условием договора с Каспианом, предводителем оборотней. Его уже успели опробовать на мне и некоторых других жертвах. Всё, это сейчас не ваша забота. Ступайте.

В остальной части академии разрушений было не меньше, чем внизу, у источника. По большей части они были вызваны ударами по защитному куполу, которые вызывали что-то вроде землетрясений. Но пострадавших по пути мы не заметили. Подниматься пришлось лестницами. Лифт не работал, да и Крис заметил, что пользоваться им во время подобных катаклизмов в любом случае запрещено. Через несколько минут мы всё-таки добрались до гостиной и сделали это как раз вовремя: с другой стороны в неё входили мистер Саймон и профессора, среди которых был и Райнер.

– Так, все собрались? – громко спросил мистер Саймон.

Народу было не очень много. В основном оставшиеся адепты, среди которых виднелись явно потрёпанные парни со старших курсов и запуганные ребята с младших. По ним не было видно, чтобы они участвовали в битве. Видимо, где-то пережидали.

Ничего удивительного в том, что адепты участвовали в защите академии, не было: всё-таки среди них много боевиков, ведь это специализация Айсхолла. И они были подготовлены. Но картина всё равно была напрягающей.

– Что ж, начнём, – выдохнул мистер Саймон. Между алых бровей пролегла глубокая трещина. – Во-первых, почтим память погибших Мириам Артас и Ланса Лоран.

Воцарилась тишина. Я старалась не смотреть по сторонам, тем более что даже не знала, о ком речь. На душе было погано, даже несмотря на то, что моей вины во всём произошедшем не было.

– Мы все поражены тем, что случилось, – продолжил мистер Саймон спустя некоторое время. – Но это не значит, что надо останавливаться и переставать жить. Академия Айсхолл продолжит свою работу, хотя и не в этих стенах. Сегодня мы все переночуем в Лансфорте, а завтра утром прибудет дирижабль, который отвезёт вас в наше временное пристанище. И, надеюсь, к следующему учебному году у Айсхолла будет новое большое здание.

Мы с Эрикой переглянулись. В гостиную вошёл один из профессоров, и мистер Саймон передал ему слово. Прошла перекличка, в ходе которой не было обнаружено шесть адептов. Тихо обсудив этот вопрос с главой клана Саргон, профессор ушёл. Тишина в гостиной стала гнетущей.

– Если кому-то требуется компенсация за утерянные или испорченные вещи, вы можете обратиться к мисс Венге в течение ближайших трёх дней. Она утвердит сумму и составит заявление.

Я задумалась, нужна ли мне компенсация, но по большому счёту у меня и так не было ничего своего. А то, что мы с Лэйдоном купили перед поездкой, всё ещё должно было лежать в гостинице.

– Мисс Линаэль Варгас-Хант, Эрика Варгас-Гейл, мистер Вейлор и Тайлер Саргон, а также мистер Аларикус Стелларий, пройдите в малую гостиную четвёртого этажа. Остальных попрошу спуститься на подземную станцию, поезд прибудет через три четверти часа. Если вам необходима пища, одежда, одеяла или медицинская помощь, мисс Лонгвелл, наша завхоз, а также дежурный врач примут вас в гостиной четвёртого этажа. Горячий обед будет через четверть часа. Теперь я готов ответить на ваши вопросы.

– Идём, – шепнула мне Эрика. Я пошла за ней, но меня остановил тихий оклик Криса:

– Эй. Удачи вам.

Мне осталось только кивнуть.

В малой гостиной пятого этажа нас уже ждали полным составом: Райнер, Лэйдон, грозовой дракон, который помогал нам возле источника и наши с Эрикой родители. В камине плясали языки пламени, и в целом комната почти не пострадала. Если не считать трещин в стенах и покосившихся картин, она осталась в первозданном виде, и внутри оказалось довольно уютно.

Райнер стоял у окна, прислонившись к стене спиной и скрестив руки на груди. Лэйдон листал какую-то старую книгу. Мама сидела в кресле и смотрела в одну точку, а папа с задумчивым видом сидел на ручке этого кресла.

– Зачем нас созвали? – спросил Вейлор.

– Мы отбываем, – лаконично сообщил грозовой дракон. – Прямо сейчас выдвигаемся в Лансфорт. – Сейчас вам принесут одежду и выходим.

– Почему не со всеми? – нахмурилась Эрика.

– В Лансфорте есть небольшой дирижабль, я его поведу. Мы срочно отправляемся в Храм Золота.

– Зачем? – уточнил Стелларий. И только Тайлер выглядел совершенно невозмутимым. Его выражение лица словно говорило: скажите, что делать, и я выполню любой приказ.

– Слушайте, – сказал наш отец. – То, что здесь произошло – это беспрецедентный случай. Впереди скандалы, расследования и куча других проблем политического характера. Не говоря уже о том, что фениксы начнут возрождаться один за другим, и этот процесс уже не остановить. Первые дипломаты начали уже приходить к Золотым с требованием дать разъяснения слухам. Нам необходимо как можно скорее прибыть и рассказать всё, как есть, чтобы старейшины решили, как быть дальше.

– Времени на то, чтобы прийти в себя, у нас нет, – добавил Райнер. – До Пантарэи почти сутки пути. Успеете там выспаться, принять ванну и вернуть себе более человеческий вид.

Он не успел закончить свою фразу, когда дверь открылась и вошёл мистер Ноа, старейшина ледяных драконов. Сначала он подошёл к нам с Эрикой, осмотрел каждую и вдруг крепко обнял.

– Хвала богине, вы целы, – тихо проговорил он. Потом повернулся к маме и покачал головой: – Мередит… Что же они с тобой сделали. Ей дали противоядие?

– Двойную дозу, – ответил папа. Мистер Ноа подошёл к маме, сел перед ней на корточки и, взяв её за руку, заглянул в глаза. Она медленно опустила на него полный тоски и одиночества взгляд.

– Что говорит доктор оборотней?

– Она начнёт приходить в сознание в лучшем случае через месяц. В худшем – через шесть.

Мистер Ноа кивнул.

– Хорошо. Хорошо. Она жива и станет прежней. Остальное не важно.

Через несколько минут к нам присоединились несколько оборотней во главе с Каспианом Коулом, которые тоже должны были дать подробные разъяснения последним событиям перед лицом международной делегации – и полным составом мы вышли на большой балкон гостиной. Он был рассчитан на троих или четверых больших драконов, и позволял взлететь прямо отсюда.