Анна Алексеева – Уроки приручения, или Моя несносная команда. Часть 4 (страница 2)

Спустя несколько минут у тренерской собрались почти все. Не хватало только Ривиана, который опаздывал почти каждое утро, и Миранды. Насчет нее никто ничего не знал, и мы единогласно приняли решение ее не ждать.

– Что начинать? – нахмурился лысый.

– Ты лучше пока тут постой, – посоветовал ему Дэн. – Надо кое-что с тренершей обсудить.

Наконец, Робинсон явилась. На ней была спортивная форма, которая непривычно скрывала ее формы, а на спине виднелся разрез для крыльев.

– Что, замышляете что-то? Ну, давайте. Проходите. Выслушаю ваши претензии.

Она пропустила нас вперед и, дождавшись, пока все войдут и сядут, закрыла за нами дверь, после чего встала во главе стола. Оперлась о него ладонями, обвела нас всех взглядом:

– А где же капитан? Или у вас бунт на корабле без одобрения командования?

– Это сейчас не имеет значения, – сказал Бьорн. Его бас прокатился по комнате, и я кивнул:

– В отсутствие Миранды я исполняю обязанности капитана. Итак, нам удалось узнать о неком инциденте, который произошел два года назад в Нанае…

Глаза тренерши сузились. Она склонилась над столешницей:

– Угрожать мне вздумали? А угрожалка у вас отросла?

– Нам известно, что… – начал было я, но тут дверь распахнулась, и в тренерскую вбежала Мишель.

– Стойте! – крикнула она.

За ней следом вошел мистер Эйлар.

– Придурки, вы что удумали?! – воскликнул он.

– Шелли?.. – чуть обалдело спросил я, поднимаясь со своего стула.

– Не!.. – она сделала шаг к столу. – Не де…

А потом ее глаза закатились, и она потеряла сознание. Я едва успел поймать пылающую в лихорадке девушку.

Глава 2

Мишель Миллерс

Как же тяжело было оторвать голову от подушки! Она была такой большой, опухшей и словно расколотой на тысячу микроскопических кусочков.

Хлопнув по будильнику, я со стоном села в кровати. Чувство было такое, будто я всю ночь пила очень плохой алкоголь, и одновременно с этим таскала тяжеленные мешки, потому что болели, казалось, все мышцы, какие только были.

Тяжело покачиваясь, я прошла в ванную комнату и посмотрела на себя в зеркало. Щеки алели румянцем, глаза красные, будто действительно после попойки.

– Драконята плешивые, – тихо выругалась я. Потому что громко не могла. Голос не слушался.

На утреннюю тренировку мне приходить не надо было, и в кои-то веки можно было не торопиться в академию за час до начала занятий. Это порадовало. Я легла обратно в кровать и задумалась, не пропустить ли мне сегодня занятия вообще. Тяжело было даже представить себя в набитом омнибусе.

Лишь бы Дэн не явился за мной в такую рань.

Я взяла с тумбочки вещатель, чтобы убедиться, что там нет сообщений от Даниэля, и напряженно выдохнула, потому что таковое действительно присутствовало. Я опустила вещатель на колени, прикрыла глаза, считая до десяти. Меньше всего мне хотелось объяснять кому-то, почему меня не будет. С него ведь станется сбежать с тренировки и явиться пред мои очи.

С трудом открыв глаза, которые тоже ощутимо болели, я пустила чуть больше магии в вещатель и позволила ему показать мне текст сообщения.

“Мы с ребятами идем говорить с Робинсон. Сегодня все узнают о ней правду.”

– Что?! – прошептала я, лихорадочно выводя буквы на гладкой металлической поверхности. – Стойте, блин…

“Не трогайте Робинсон! Станет только хуже!” – написала я и со стоном упала на подушку. Голова отозвалась глухой болью.

Произойти могло что угодно. Парни в команде горячие и не сильно склонные думать, прежде чем делать. С них бы сталось сначала сдать куда не надо компромат на Робинсон, а потом уже идти с ней разговаривать! А что, если она решит их немного помучить и не станет сразу раскрывать карты?

– Бездна, – выругалась я и, нырнув в тапки, накинула поверх пижамы пальто.

– Ты куда в таком виде? – удивился папа, когда я прошаркала тапками мимо него.

– Мне срочно нужно позвонить, – ответила я, стараясь не смотреть на отца, чтобы он не заметил, насколько вымученно я выглядела. В руке был крепко зажат блокнот с данными знакомых мне людей. Среди прочего был и контактный номер мистера Эйлара.

На улице было пасмурно, но даже утреннее затянутое темными облаками небо показалось мне невозможно ярким. От этого света болели глаза, а от звуков оживленной улицы звенело в ушах.

Стараясь держаться прямо и не сильно шататься, тяжело дыша, я прошла по улице до телефонного автомата. Жетона у меня было всего два, и оставалось только надеяться, что удастся дозвониться с первого раза.

Когда первый жетон провалился в щелку, и в телефонной трубке раздались гудки, я провела ладонью по лбу. Он оказался мокрым. Но мне было не до этого.

– Слушаю вас, – раздался женский голос телефонистки.

– Мистер Эйлар Гилберт Лоран, АК-154, – продиктовала я, сверяясь с записью в блокноте.

– Ожидайте.

Треск в трубке. Мне нестерпимо хотелось сесть, а еще лучше – лечь, но в телефонной будке не было даже табуретки. Покачнувшись, я прислонилась лбом к металлической стене кабины. Она была такой приятно прохладной, что я тихо застонала – и словно нарочно именно в этот момент раздался другой женский голос.

– Резиденция Ноя и Эйлара Лоран, – произнесла женщина на том конце. – С вами говорит Мэри. Чем могу помочь?

– Эйлар… мистер Эйлар Гилберт… пожалуйста.

– Одну минуту.

Снова тишина. Дышать становилось все труднее.

– Да, я вас слушаю, – на этот раз в трубке прозвучал бодрый сильный голос мистера Эйлара.

– Тренер, – выдохнула я, хватаясь за стенку телефонной будки. – Они узнали… Робинсон…

– Миллерс, это ты что ли?

– Да, послушайте… – я отняла трубку от уха и, сделав глубокий вдох, собралась с мыслями, чтобы выпалить: – Ребята узнали, что Робинсон принимала допинг в Нанае два года назад. Они собираются использовать эту информацию…

– Когда? – уточнил мистер Эйлар. – Когда они собираются ее использовать?

– Прямо сейчас, – прохрипела и закашлялась. – Перед утренней тренировкой… я пыталась…

– Жди. Через десять минут я тебя заберу. Ты дома?

– Да.

– Жди.

После этого в трубке послышался стук и снова потянулись длинные гудки.

Я облегченно выдохнула и повесила телефонную трубку обратно на рожок. Теперь надо было вернуться домой и хотя бы переодеться. К счастью, папа был занят на кухне, и мне удалось пройти мимо него. Я едва успела натянуть спортивные штаны и пару свитеров, прежде чем с улицы раздался автомобильный сигнал. Меня так знобило, что по пути я захватила толстый, длинный зимний шарф и завернулась в него по пути.

– Ты в порядке? – нахмурился тренер, когда я села на переднее сиденье его машины и пристегнулась.

– Езжайте скорее, – выдохнула я и головой откинулась на изголовье сиденья. – Мы можем опоздать.

Мистер Эйлар нажал на газ – и через мгновение мы уже неслись по просыпающимся улицам города. Благо, на дорогах в этот час было достаточно свободно. Одни только омнибусы, словно огромные улитки, ползли по городу, пуская пар и поскрипывая тормозами.

Я засыпала. Глаза закрывались, голова падала, поддерживаемая лишь толстым шарфом, от этого я просыпалась и, моргая, смотрела прямо перед собой. Спустя несколько минут напряженного молчания, остановившись на светофоре, мистер Эйлар коснулся рукой моего лба – и выругался.

Должно быть, меня лихорадило.

– Ты совсем идиотка, что ли, в таком состоянии из дома выходить, – пробормотал тренер. Светофор подал сигнал ехать. Мы проехали совсем немного, прежде чем мистер Эйлар остановился на обочине возле парка и вышел из машины. Потом открыл дверцу с моей стороны и жестом попросил развернуться. – Ноги опусти на землю. Давай, я тебя сейчас немного подлатаю.

Я с трудом повернулась. Так не хотелось отрываться от спинки кресла – и я облокотилась о нее боком.

– Нам надо торопиться, – выдохнула я.