Анна Агатова – «Неотложка» вселенского масштаба (страница 37)
— Никогда! Лучше смерть!
— Понятно, — протянула, наблюдая, как он снова зарывается в волосы руками.
И спросила у напарницы:
Она долго молчала, прежде чем ответить. Маг уже отпустил свои волосы, задумчиво посидел над своей тарелкой, уже очнулся от тяжких дум и снова принялся за еду.
—
Остаток обеда прошел в полном молчании: я переваривала услышанное, пытаясь вытянуть у резко замолчавшей Всёли, почему маг будет нужен, а сам он расправлялся с едой и настоем трав.
— Благодарю, Руки Сердца Вселенной, — вежливо поблагодарил он, когда пустая посуда, сияющая выскобленными внутренностями, была отодвинута на край стола.
Я молча порадовалась, что не помогаю Вселенной переваривать еду или, не приведите Милосердные Боги, выводить её остатки. Меня передёрнуло от фантазии, и я попросила:
— Зови меня Ольга, прошу.
— Хорошо, госпожа Ольга.
Он встал и поклонился.
— Могу ли я вернуться в свои земли?
Я слушала слова моей Вселенной и рассматривала Алессея, представляя, что он мне ответит. Смерив его ещё одним взглядом с ног до головы, сказала прямо:
— Нет. Вы останетесь здесь.
Он напрягся, правая рука потянулась к поясу, а другая, лежавшая на столешнице, сжалась в кулаки. Взгляд потяжелел.
— Почему?
Вот никогда бы не подумала, что слово может быть таким... весомым. Словно камень от лавины ударил меня в грудь.
Неприятно.
Но не связывать же его?
Хотя… Я прикинула, есть ли в моём арсенале что-то, что сошло бы за крепкие верёвки. Или кандалы.
Но сказала примирительно:
— Я вас не держу, Алессей...
— Но?..
Ой, и не надо так вздёргивать брови!
— Но вам легче будет перенести нападки вашего «подарка». Вселенная создаст здесь, в своём сердце, условия, в которых вам будет проще отстаивать ваши… убеждения.
Обе его брови приподнялись в недоверии. А я пожала плечами — ну вот так, да; можешь верить или нет, но принимать решение тебе самому. Он внимательно смотрел на меня какое-то время, а потом расслабился, и из его взгляда исчезла готовность к борьбе, драке, смертельному сражению.
— Только из-за этого? Но мне сейчас нужно много двигаться, — он обвёл растопыренными руками стены столовой, будто предлагал убедиться самой, что в таком маленьком помещении невозможно помахать мечом или загнать оленя. – Я говорил, что от движения раны заживут быстрее и мучить будут меньше.
— Они вас и так не будут мучить.
Вот сейчас стало обидно: я ему такое обезболивание сделала, что любая ведьма захлебнулась бы своими зельями от зависти, а он…
— Подвигаться можно и здесь. Даже больше: у вас для боёв и партнёр будет.
Теперь уже он осмотрел меня с ног до головы, и во взгляде промелькнуло сомнение, смешанное с насмешкой. В нём читалось: «Уж не ты ли будешь этим партнёром?»
А я не стала спешить с ответом.
— Пойдёмте, — предложила ровно.
И повела его в зал силы. Машэ ушла к себе плести, значит, позже познакомятся.
— Прошу, — подойдя к двери зала, я специально повернулась лицом к гостю.
Это, вероятно, что-то детское, но всегда приятно видеть, как они теряют напыщенность, эти самоуверенные господа. Ну и потом, он меня задел своим пренебрежением к станции – и повара у нас не такие, и места нет, и я не выгляжу как хороший партнёр для спарринга. Нужно же мне было получить моральную компенсацию?
И я толкнула дверь, не отводя взгляда от его лица.
Спокойствие и даже скука сменились интересом, удивлением, а потом потрясением, когда маг увидел, что дверь открывается в большее, чем мог себе представить, помещение.
— Что это? — тихо пробормотал он.
— Это наш зал силы.
Я сделала шаг назад, входя почти спиной, и с глубоким чувством превосходства наблюдала всю гамму его чувств.
— Если вы любите просто побегать или побегать в полном доспехе, — припомнила я мозоли от оружия на его ладонях, — вокруг всего этого есть дорожка. Но это совсем просто, поэтому…
Я отступила в сторону, а он, словно заколдованный, сделал несколько шагов вперёд, не отрываясь от нагромождения любимых Машиных ноголомов.
— В центре — специальная полоса, чтобы набираться силы. Если, конечно, нравится бегать с затруднениями.
Он кивнул, в глазах его горело предвкушение и азарт.
Ха!
— Если эти препятствия покажутся вам слишком простыми, их можно немного усложнить, — не сводя с него взгляда, опустила я один рычаг на стене возле входной двери, и некоторые элементы полосы пришли в движение.
Рот мага приоткрылся, а я улыбнулась.
— Но вдруг и это для тебя не очень сложно, ведь ты же маг, то... — и я опустила другой рычаг. — Можно сделать ещё чуть-чуть посложнее.
Рвы и ямины заполнились водой, все препятствия выдвинулись вверх, обрастая шипами, колючками и зияя дырами в самых неудобных местах.
— Если и этого окажется маловато, скажи, я и здесь смогу помочь, — и опустила третий рычаг.
На полосе тут и там возникли куклы в человеческий рост, которые задвигались, закрутились, размахивая своими руками-цепями с увесистыми шипастыми грузами на концах.
Маг завороженно смотрел на скрипящую, громыхающую и двигающуюся громаду, которую мы с Машэ не без помощи Всёли совершенствовали, не переставая.
— Давайте-ка начнём с самого простого, — решила я, полностью удовлетворившись, и подняла два последних рычага. Он порывисто обернулся, а я материализовала свой походный костюм.
— Спасибо, госпожа Ольга, очень ценное место.
— Пожалуйста, — я рассмеялась. — И ещё. Вот здесь, — и показала на дверь чуть в стороне от входной, — душевая. Можно будет вымыться и переодеться. Здесь бывает довольно жарко и... грязно.
Он с трудом оторвался от созерцания чудес нашего зала силы и зашел в душевую. А я вышла в коридор и велела Всёле:
По-хорошему нужно было пойти и лечь спать — я устала и не выспалась. Но какое-то чувство будоражило меня — то ли раздражение из-за мага, то ли возбуждение от удивительных новостей, то ли желание уделать мага в зале силы. И побегать сейчас, чтобы сбросить эти чувства, было бы очень кстати. Поэтому я быстро надела темные узкие штаны и удобную блузу. На ноги натянула любимые высокие ботинки на шнуровке. А когда вернулась, маг уже топтался в одних штанах у полосы препятствий.
— Ты прямо так? – спросила с недоумением.
Он нетерпеливо кивнул.
— Ну что, побежали? – спросила исключительно для порядка.