Анна Абрамова – Я твоя проблема (СИ) (страница 5)

А Тим молчал! Эта девчонка была как вспышка, которая затмила все. Теперь прошлая жизнь казалась ему скучной и неинтересной. Ему хотелось испытать все приключения, которые обязательно будут в его судьбе, только с этой черноволосой оторвой. Его тянуло к ней, как бабочку к огню. И это злило неимоверно! Он чуть не бросился за ней с катера, когда она нырнула и долго не появлялась на поверхности. И только мелькнувшая черноволосая голова в волнах, заставила Тима успокоить бешено бьющееся сердце и спуститься в рубку. Лучше бы она утонула! Наверное, он бы даже расстроился! Что это за девчонка? Почему браслет так среагировал рядом с ней? Он до сих пор помнил жгучую боль, растекавшуюся по венам, заставлявшую сердце учащенно стучать. Он вспомнил как вспыхнуло кольцо, лучами потянувшись к незнакомке, будто узнавая! Как такое рассказать маме? Как рассказать ей то, что сам не понимаешь? И Тим молчал, обнявшись с Кербером, и, вглядываясь вдаль синего неба.

В свои двенадцать лет он уже был влюблен. Лиза — темная ведьма, училась с ним с первой ступени в школе Темных, а заметил он ее совсем недавно. Обычная рыжая девчонка вдруг показалась ему ослепительно красивой.

Он стоял в окружении своих друзей, когда взгляд упал на проходившую мимо ведьмочку. Она окинула его абсолютно равнодушным взглядом и прошла дальше. А это задело! С первой ступени Тим доказывал свое право быть первым везде, быть лидером. Его признавали, его уважали, его боялись, но никто не смел не обращать на него внимания. Эта ведьма должна либо его бояться, либо любить — такое решение принял он тогда.

Он проводил ее глазами и на следующем уроке уселся рядом с ней, передвинув вещи ее подруги на соседний стол. Лиза не возмутилась, лишь внимательно посмотрела на него своими зелеными глазами, в которых плескалось любопытство. После урока, он отобрал у нее сумку с учебниками, показывая всем, что имеет на эту ведьму свои виды, и что отныне, она принадлежит ему. И Лиза опять промолчала, согласившись с его выбором. С тех пор, она всегда была рядом с ним, в его компании, по большей части времени тихо сидела, слушая мальчишеские разговоры, а в свои авантюры они ее не вмешивали никогда, заранее зная, что Лиза не согласится нарушить правила.

Лизу невзлюбил только его лучший друг. Перед отъездом в страну Светлых, они до ночи говорили, валяясь на теплой крыше, разглядывая звезды.

— Что ты в ней нашел, не понимаю? — в который раз изумлялся Рей.

Тим молчал, обдумывая ответ на вопрос. Вот как донести до друга, что нравится она ему, нравится!

— Она же толстая и тупая, — опять завелся друг.

Тим зарычал, показывая свое недовольство словами друга. Затем уселся, глядя сверху на лежащего Рея.

— Во-первых, не смей так говорить про мою девушку, во-вторых, она не толстая и не тупая. Если тебя нравятся хрупкие, субтильные, девчонки, у которых рот не закрывается, то ищи себе такую. А она… — Тим запнулся и мечтательно проговорил, — у нее красивые глаза, такие, что прям в душу глядят, и волосы рыжие.

— Да эта ведьма просто приворожила тебя. Она страшная, Тим, страшная, тупая и истеричная!

Увидев медленно поднимающегося Тима, Рей быстро вскочил и отбежал, балансируя на краю крыши. Тим вздохнул, эти разговоры повторялись изо дня в день и страшно надоели ему.

— Рэй, давай не будем возвращаться к этому вопросу никогда. Мне не нравится, что между нами стоит Лиза. Она со мной и ты должен ее хотя бы уважать. А может, — тут Тим вскочил, озаренной такой простой мыслью, — может ты сам в нее влюблен?

Рэй покачнулся, пытаясь соблюсти баланс на краю бездны, и кулем свалился вниз.

— Придурок, — проворчал Тим, наблюдая за полетом друга.

Рэй был демоном, и крылья даны ему были с рождения. Тим немного завидовал, летать так как Рэй он не умел, но сейчас он обучался в экстрим-школе на воздушных мотоциклах, это давало ему возможность летать вместе с лучшим другом.

Рэй подлетел ближе к крыше. Он старался не приближаться к другу, чтобы тот не достал его, хотя Тим и тянул свою ручонки к нему, опасно перегнувшись через ограждающие перила. Сделав круглые глаза и постучав себе по голове, он крикнул:

— Тим! Влюбится в толстую, тупую дуру, хоть и рыжую, это не для меня!

— Лети сюда, придурок, и я покажу тебе, кто сильнее!

Размахивая длинными руками, Тим, пытался схватить уворачивающего друга. Рэй только расхохотался, делая кульбит в воздухе. Тим махнул рукой и снова улегся на крышу, следя за другом сквозь прикрытые глаза.

«Интересно, а Рэю бы эта девчонка понравилась? Она в его вкусе», — вдруг подумалось Тиму. Почему-то эта мысль не понравилась ему, а руку заметно обожгло. Тим поморщился, с опаской разглядывая браслет. Он так привык к нему, что порой не замечал, а сейчас вокруг браслет образовалась темная дымка и создавалось впечатление, что змей живет своей отдельной жизнью, извиваясь на руке так, как хочется ему, а не Тиму.

Кербер встал, подергивая ушами и недоверчиво втянул воздух, косясь с опаской на браслет. Потом подошел, рыкнул, ткнулся холодным носом в предплечье, даря горевшей руке ощущения прохлады и змей потянулся к собаке. Тим смотрел на все округлившимся глазами, не понимая, как такое может быть. А пес и Змей изучали друг друга. Наконец, Кербер вздохнул, боднул большой головой мальчишку, предлагая почесать за ушами и спокойно улегся рядом. Змей, приняв форму браслета, снова покоился на руке, как будто ничего и не было.

Тим протёр глаза.

— И что это сейчас было? — спросил он сам себя.

Затем резко вскочив, отправился на поиски отца.

***

Фло сидела в кабинете Ана. Муж вернулся с Конгресса усталым и злым.

— Светлые опять предлагают открыть границы. Представляешь, Фло, что начнется? Наивные светлые настолько верят в то, что их никто не тронет, что я иногда умиляюсь их доверчивости. Мы с Яром пытаемся доказать, что идея эта плохая, и менять мир, сложившийся веками, не стоит, но, нет, хочется им чуда, видите ли.

Ан поцеловал жену, скидывая парадный мундир и раздраженно падая в кресло.

Фло поднялась, наливая Ану в бокал вина.

— Ан, дорогой, — начала она и замолчала, не зная, как продолжить.

Ан насторожился, поднимая взгляд темных глаз на любимую. Прошло столько лет, а он до сих пор был как помешанный. Стоило ему увидеть Фло и все мысли были только о ней. Он безумно любил ее, и сейчас слышал в ее голосе беспокойство и страх.

Поднявшись с кресла, он подошёл к жене и обнял, стараясь защитить еще неизвестно от чего. Дверь с грохотом распахнулась, и сын, не постучавшись возник перед ними. «Произошло что-то из ряда вон выходящее, раз Тим даже не постучался», — успел подумать Ан, прежде чем Тим заговорил.

***

Тим влетел в кабинет отца и застал привычную картину, отец обнимал мать, вдыхая запах ее волос. Тим знал отца с разных сторон: и как сурового правителя и как нежного мужа, и как строгого отца. Они вместе оберегали мать, давая ей защиту, потому что «девочка у нас одна» — любил поговаривать отец. Но на людях он был абсолютно другой: жестокий, равнодушный, страшный. «Люблю только вас», — говорил отец, не проникаясь горестями остальных. Но как правитель он был справедлив. Жесток и справедлив. Впрочем, иначе бы темный народ ему было не удержать.

— Чем обязаны визиту? — спросил Ан, глядя на сына и с неохотой отпуская Фло.

— Я хочу знать все! — смело глядя в глаза отцу, заявил Тим.

Отец откашлялся:

— Прямо так все? Конкретнее, что заставило тебя ворваться в мой кабинет без стука?

— Это!

И Тим закатал рукав, обнажая чуть светящийся браслет.

Отец нахмурился, не веря своим глазам.

— Кто его активировал? Еще рано!

— Рано что? — снова занервничал Тим, — Или вы мне сейчас все рассказываете, или..

— Или что, — сурово прервал его отец, — ты еще не в том возрасте, когда можешь ставить мне условие, щенок.

Тим молча развернулся и попытался выбежать из кабинета. Понятно, разговора не получится. Но тени, которыми управлял отец, остановили его, связав по рукам и ногам. Тим рычал, извивался, пытаясь освободиться от пут. Обида жгла его сердце.

— Ан, прекрати немедленно, — закричала Фло, бросаясь к сыну.

Ан устало потер виски. Активация артефакта означала, что Тим встретил Ди, а реакция браслета показывала, что сын не принял девчонку или девчонка не приняла его. Рано, нельзя было им встречаться сейчас, нельзя!

— Успокоился, — холодно произнес Ан, видя, как Тим медленно встает, бросая на него недовольные взгляды, — а теперь сядь и слушай!

— Девчонка эта, которую ты сегодня встретил, твоя невеста и будущая жена. И ты, — Ан ткнул пальцем в сына, — ты обязан ее полюбить, что бы тебе этого не стоило. Все! Свободен!

Фло мысленно застонала. Ан смог испортить теперь все. Ну, почему, почему она не успела поговорить с мужем?

Тим выбежал из кабинета как ошпаренный, так хлопнув дверью, что посыпалась штукатурка. Он мчался куда глаза глядят, не слыша окриков матери, не видя, как огромными прыжками мчится за ним Кербер. Слезы обиды застилали его глаза! Почему он с ним так? За что?

— Что ты наделал? — прошептала Фло, с болью глядя на мужа.

— Фло, хватит женских истерик. Он — уже мужчина и должен понимать, что такое долг!

Ан теперь тоже понимал, что погорячился, может надо было рассказать сыну всю историю, объяснить, но он так устал на этом Конгрессе, да и сделанного не вернешь. Ничего пообижается, подумает и примет то, что должно случиться. Это же его сын! Он справится!