Анна Абинская – Праздники с боссом (страница 2)

— Залезай к нему на шею! — проорала она мне в ухо, и к растерянности добавился страх.

Как на шею? Вот прямо так, задрать платье, показав всем резинку чулок, раздвинуть ноги и сесть, прикрытой только трусиками промежностью на эту загорелую мощную шею? Я задохнулась, только представив себе, как это будет выглядеть со стороны, а уж что я испытаю, оседлав Темнова, вообще подумать страшно. Нет. Я не смогу. Судорожно схватилась за барную стойку, боясь потерять равновесие, и огляделась по сторонам.

— Давай! Давай! Давай! — скандировал зал, Роза хмурилась, а множество глаз сверлили меня, подстёгивая к действию.

С детства терпеть не могу, когда меня все уговаривают, поэтому, скрепя сердце и наплевав на стыд, я подала руки Семёну и закинула ногу ему на плечо.

Темнов чувственно провёл большой ладонью от колена до самой резинки чулок, пуская волну колких мурашек в те места, которых касался, и, повернув ко мне голову, промурлыкал:

— Закидывай вторую ногу, детка.

В тот миг, как попала в капкан серых, смотрящих снизу вверх глаз, сознание меня покинуло окончательно. Взгляд Темнова был таким многообещающим и порочным, что я облизнула губы и, не отводя своего, подчинилась. Закинула другую ногу, и когда он переложил руки на мои бёдра, зарылась пальцами в стильную причёску мажора. Темнов плавно встал, поднимая меня над мраморным полом, и вынес в центр.

Признаюсь честно, сами соревнования из моей памяти стёрлись, не до этого было. Помню, как Сем приседал, помню свой восторг, помню, что мы победили, но без подробностей. Они совершенно вылетели из головы. Не до того мне было. Тогда я была занята своими стыдными ощущениями и не обращала внимания на окружающих. Я рассуждала о том, что Семён мне давно нравился, и оказаться так к нему близко — сродни чуду, а захоти он сделать наше знакомство ближе, мне надо непременно соглашаться! Ведь это такой яркий момент, о котором можно будет вспоминать всю оставшуюся жизнь — глупые мысли, согласна, но тогда они мне казались правильными.

Дальше помню, как Сем прямо со мной на плечах подпрыгнул и, заорав «Ю-ху!», стремительно вынес меня из зала — как будто мысли прочитал. Мы оказались на огромном балконе, или террасе — не знаю, как правильнее назвать то место и только там Темнов спустил меня с плеч. Дав прочувствовать весь рельеф своего тела, он поставил меня перед собой и хрипло, интимно до дрожи, прошептал на ухо:

— Такая сексуальная… Крышесносная!

— Ах-х, — в ответ я смогла лишь издать лишь этот невнятный возглас и почувствовала, как щёки заливает краска смущения.

Все нужные, правильные слова исчезли, поскольку стыд от того, что он заметил моё состояние смешался с желанием большего, и здравый смысл меня покинул меня. Он приказал его не ждать, так как возвращаться в ту ночь не собирался…

— Ты откуда такая взялась на моей вечеринке? — прошептал Сем Тем прямо губы, прижав меня к перилам балкона.

Никогда раньше я не испытывала таких ярких ощущений. Толпа мурашек пробежала по телу от кончиков волос до носочков, а в низ живота что-то ухнуло. Наверное, сердце, но оно было таким горячим и пульсирующим, что не оставалось сил держаться. Я даже ощутила, как, расплавив что-то внутри меня, оно вылилось наружу, делая полоску кокетливых кружевных трусиков, которые я надела сегодня, поддавшись настроению, ещё мокрее.

— Пусть это останется тайной, — прошептала в ответ, поддаваясь магии этого вечера и примеряя на себя новый образ.

Не знаю, какой бес в меня вселился. Может, в тот момент все подбадривающие слова моей подруги разом сработали? Я ведь обычно не такая. Я стеснительная и скромная.

— Я люблю такие тайны, детка, — шепнул Темнов, блуждая губами по моим чувствительным местечкам: едва касаясь мочки уха, шеи, виска, подбородка..

Эта игра заводила, и я вернула ласку, легко дотрагиваясь своими до ложбинки между его ключицами, и прошептала:

— Уверен? Ведь мою ты не разгадаешь. — Нет, это тогда во мне говорила не мотивация, это точно был хмель. Именно он во мне говорил тогда. Но я чувствовала себя в тот миг колдуньей, феей и валькирией одновременно, поэтому меня несло: — Влюбишься, будешь искать, тосковать, но не найдёшь…

— Просто не женщина, а мечта, — распутно ухмыльнулся Сем, подхватил меня под ягодицы, заставив обвить его торс ногами, и понёс в глубь дома, — никогда не найти — это прямо то, что я больше всего желаю на утро…

Как мы оказались в спальне, я опять не очень хорошо помнила, потому что Темнов всю дорогу не прекращал нести всякую пошлую чушь:

— У меня такого стояка лет с четырнадцати не было… Всю ночь буду тебя трахать… Мечтаю тебя попробовать на вкус…

Это очень отвлекало! А когда он добрался до кровати, уронил меня на мягкий пружинистый матрас, накрыв собой, и утянул в поцелуй…

Такой глубокий, страстный, откровенный и возбуждающий случился у меня впервые в жизни и ошеломил нереальными ощущениями. Сем сплетал наши языки, посасывал мой и прикусывал губы, а я уже не могла себя контролировать и впивалась пальцами в его плечи, пытаясь стать ещё ближе к твёрдому, обещающему все грани наслаждения телу.

Моё нарядное платье, оказывается, очень быстро стягивалось до талии, и я не успела опомниться, как Темнов добрался до скрытой кружевом лифчика груди, заставляя выгибаться ему навстречу.

— Какая страстная девочка, — прохрипел он, спускаясь ниже и проводя языком по голой, покрытой мурашками коже моего живота, — а внизу ты уже мокрая?

Я была мокрая. Ещё какая мокрая, и он в этом убедился, запустив руку под платье.

Я непроизвольно сжала бёдра и охнула — Сем Тем вставил между ними колено и, отодвинув тонкую полоску в сторону, перешёл к совсем уже откровенным и новым для меня ласкам.

Пара умелых круговых движений унесла в небеса, заставив вскрикнуть, а Сем пошёл дальше, разгадав мой секрет.

— Девственница? М-м-м… От кого же этот щедрый подарок?

— От судьбы? — хрипло простонала я.

— Умница. Не болтушка. Я всё равно узнаю и отблагодарю дарителя, — тогда смысл его слов до меня не дошёл. Я плыла на волнах оргазма, поэтому только и могла, что стонать.

Но на этом Сем Тем не остановился. Он спустился ещё ниже и, пристроив голову между моих раздвинутых ног, сначала легонько подул, а потом и вовсе принялся вытворять ртом немыслимые вещи. От нахлынувшего стыдного кайфа я упёрлась пятками в матрас и не сдержала вскрика.

Мой отклик заводил Сема невероятно. Его самого потряхивало, а дыхание было тяжёлым и хриплым. Я чувствовала его нетерпение и была не просто готова к тому, что произойдёт дальше, а сама этого хотела.

— Как тебя зовут, детка? — спросил он, поднявшись, готовясь сделать решительный рывок, и взял меня за подбородок, заставляя смотреть в глаза.

— Кристина, — с придыханием, поддавшись порыву, соврала я.

В тот день мне совсем не хотелось быть почти второкурсницей Кирой Лисичкиной. Мне хотелось быть Кристиной Смеловой, или Страстновой, или даже Распутиной — неважно. Я готовилась стать женщиной и передумывать не собиралась.

— Ты просто прелесть, Крис, не пропадай утром, продолжим, — с этими словами он толкнулся в меня одним мощным стремительным толчком, и пронзившая тело резкая боль мгновенно отрезвила затуманенный страстью и коктейлями разум.

Нет, нет. Я ни капельки не пожалела о содеянном. Просто после такой встряски отчётливо поняла: Сем Тем принял меня за девушку лёгкого поведения, кем-то нанятую для него в качестве подарка.

Ему потребовалось не слишком много времени, чтобы получить удовлетворение и, скатившись с меня, отключиться, а я, полежав ещё какое-то время, чтобы окончательно стряхнуть наваждение, сходила в ванную, оделась и, вернувшись в комнату, окинула взглядом место преступления. Подхватила с пола окровавленное, никому не нужное резиновое подтверждение моего грехопадения, спрятала его в пакет с влажными салфетками и тихонько покинула особняк.

Уходя, я видела, как Розочка веселится на танцполе, и не захотела ей мешать. Уж кто-кто, а она в беду не попадёт. Она же не такая дура, как я.

Такси удалось вызвать сразу, и примерно через час я уже была дома. Поплакала немного перед сном, конечно — всё-таки такая жизненная веха осталась позади, а потом погрузилась в забытье.

Вскоре после этой вечеринки началась моя длинная-предлинная чёрная полоса длинною в два с половиной года, и мне стало вообще не до Темнова…

Глава 1

Настоящее время

— Шеф твой, суровый, грозный человек, — напутствовала меня Герда Генриховна, провожая на работу в первый день, — но ты не должна бояться. Он теперь редко появляется в офисе, да и должность твоя далека от его глаз.

Огромное ей спасибо, конечно, но у меня и так колени подгибались и потели ладони от волнения. Как бы намекнуть моей «фее-крёстной», что её речь далека от мотивирующей?

— Я не стану показываться ему на глаза, Герда Генриховна, спасибо, — ответила, надевая пальто.

— Вот и умница! Я знала, что не ошибаюсь в тебе, но помни ещё и про его замов, — она поправила мне шарф, как до этого много раз делала бабуля, провожая в школу, потом в универ… Сердце привычно кольнуло иглой тоски, напоминая о безвозвратной потере. — Внуки Захара ещё опаснее, чем он сам.

— Я помню, Герда Генриховна, вы предупреждали.

— Знаю, но повторение — мать учения. В общем, сиди, Кирочка, в своей каморке и никуда не высовывайся, поняла?