Анита Талая – В плену у космических пиратов (страница 3)

– Чего встала, давай иди! – рявкнул мне один из бандитов и подтолкнул куда-то в сторону.

Я пошла, куда вели. Нас явно рассортировывали. Мужчин вели в одну сторону, женщин – в другую, а молодых девушек, типа меня – в третью.

Меня впихнули в какое-то помещение, больше похожее на больничный бокс. Тут уже сидели на кроватях с десяток девушек в не менее потрепанном, чем я, виде. Я тоже присела на свободное место на одну из трех кроватей.

Девушки молчали. Кто-то плакал, кто-то смотрел сухими, но какими-то злыми глазами. Наверное, у меня в этот момент были такие же. В дверь высунулась женщина в униформе медсестры и скомандовала:

– Следующая!

Никто не спешил входить в незнакомое помещение, но один из бандитов, стоявший у входа, взял девчонку, сидящую на кровати ближе всего к нему и подтолкнул ее в сторону медсестры. Девушка неохотно вошла в дверь, которая тут же за ней закрылась. А мы остались сидеть и молчать. Охранник у двери по-прежнему наблюдал за нами, так что разговаривать под его пристальным взглядом нам не хотелось.

Минут через пятнадцать из двери снова выглянула медсестра все с тем же призывом:

– Следующая!

Девчонки не торопились идти на заклание и тогда я встала и сделала шаг к медсестре. Какой смысл оттягивать неизбежное? Сидеть и дрожать? Лучше скорее определиться с тем, что ждет меня.

Я вошла в кабинет, который, судя по оборудованию, был кабинетом врача. Собственно, и врач обнаружился тут же: невысокий пожилой человечек с круглым пузиком, он сидел за своим столом. Медсестра велела мне присесть на стул и начала задавать вопросы:

– Имя!

– Мари, – назвалась я только что выдуманным именем. – Мари Листэн.

Конечно, у них может быть доступ к закрытой базе данных и по биометрическим параметрам они смогут определить мое настоящее имя, а также то, что я являюсь военной. Но не будем облегчать им задачу. Так что я просто поменяла местами буквы в своем имени и фамилии.

– Возраст!

– Двадцать один год.

Омолодилась на год. А что? Женщинам свойственно чувствовать себя моложе, чем это указано в паспорте.

– Род занятий!

– Официантка.

Назвать себя каким-нибудь экономистом я не решилась: вдруг решат проверить мои знания. А официанткой я подрабатывала в студенчестве.

– Родители!

– Неизвестны. Сирота, подкидыш.

Ну тут я почти не соврала. И правда сирота, хоть и не подкидыш. Родители были учеными и погибли в авиакатастрофе, так что меня определилил в приют. Вроде как где-то были какие-то родственники, но я про них ничего не знала.

– Адрес проживания!

Я назвала первую же пришедшую в голову отсталую планету, где мы были когда-то на практике. Даже смогла назвать вполне правдоподобный адрес – это был доходный дом со съемными комнатами. Там постоянно менялись жильцы и был полный бардак с отчетностью. Пусть проверяют.

– Куда отправлялась?

– На Орин.

– Зачем?

– Так на заработки. В нашем захолустье совсем плохо с работой.

– Ясно, – жестко оборвала мои излияния медсестра и велела мне подать руку для сдачи анализа крови.

Выкачав из меня несколько пробирок кровушки, мне велели зайти за ширму, снять трусы и улечься в гинекологическое кресло, которое тут, за ширмой стояло. Мне это не понравилось, но деваться некуда.

Я села в кресло положив руки на подставки по бокам. Ко мне подошел пузатенький врач и велел лечь.

– Ноги развела и на подставки сложила! – резко скомандовал он.

Пришлось делать, как велел. Хотя это было крайне неприятно. У меня бывали осмотры у гинеколога, но это обычно была женщина и вела она себя гораздо приветливей.

Врач что-то там осмотрел, ввел в меня палец, отчего я сморщилась – было очень дискомфортно.

– Девственница? В двадцать один? – удивленно изрек он.

Ну и что такого? Ну не торопилась я познавать эту сторону жизни. И без того было, чем заняться. А когда у тебя тренировки по шесть часов в день и серьезные физические нагрузки, в постели хочется уже только спать.

Врач разрешил мне встать, осмотрел меня со всех сторон на предмет каких-нибудь кожных болячек, посмотрел горло, уши, прослушал легкие. Короче, все, как при обычном медосмотре, коих мы в Академии проходили множество каждые полгода.

– В первую группу! – скомандовал он стоящему у двери охраннику, когда я вышла из-за ширмы.

– В первую? – удивленно ответил тот. – Симпатичная. Может, во вторую все же?

– Ты слышал, что я сказал? У нас итак по первой недобор, еще вам, мужланам девственницу отдавать? Успеете еще поразвлечься. А пока в первую!

Мужик недовольно что-то буркнул и, схватив меня за локоть. велел:

– Давай, топай!

И мне пришлось идти туда, куда он меня тащил.

Глава 5

Меня долго тащили по каким-то извилистым коридорам станции, на которой мы находились, а потом впихнули в небольшую комнатку, вдоль стен которой шло множество встроенных металлических ящичков. Посреди комнаты за столом перед экраном монитора сидел довольно молодой парень.

Мой сопровождающий подпихнул меня к нему, а сам нажал какую-то кнопку на своем коммуникаторе и голосовой помощник выдал:

– Номер 1091, Мари Листэн.

Парень встал со своего места, подошел к одному из ящичков в стене, нажал там на что-то и ящик выдвинулся. Хозяин кабинета достал из ящика два браслета и ошейник. Поднес к ним сканер, который взял со своего стола, что-то пикнуло, мигнуло.

Молодой человек подошел ко мне и велел мне вытянуть вперед руки. Пришлось повиноваться, потому что в бок больно упиралось что-то твердое в руках охранника. Кажется, это была электрическая дубинка. На моих руках тут же оказались браслеты. Повторное считывание сканером и браслеты плотно защелкнулись, на них мигнул зеленый огонек.

После этого мне на шею таким же образом был надет ошейник. В небольшое зеркало на стене я увидела, как на ошейнике загорелось число 1091.

Дверь в кабинет тихо отъехала в сторону и на пороге появился еще один бандит.

– О, новенькая! – довольно воскликнул он.

Мужчина подошел ближе и внимательно оглядел меня с ног до головы. Потом содрал с меня остатки сорочки, оставив в одном белье.

– А хорошенькая! – довольно заявил он и больно ущипнул за сосок через ткань бюстье.

– Первая группа! – хмуро буркнул мой конвоир.

– Да ладно тебе, есть ведь масса других способов! – ответил только вошедшкий. – У нее вон какой миленький ротик!

Мужчина взял в руку электрическую дубинку, которая висела у него на поясе, и поднес ее к моему рту.

– Рот открой! – велел он.

Мне пришлось повиноваться и приоткрыть рот, в который тут же ткнулся конец дубинки. Мужчина приблизился ко мне, провел пальцем по моей щеке, а потом словно принюхался и лизнул мою щеку.

– Вкусная! – сообщил он и ткнул дубинку, погрузив ее глубже в мой рот.

Я нервно дернулась, а мой охранник сказал:

– Кончай, Люк! Потом еще поиграешься, сейчас дел невпроворот.

Бандит неохотно вынул дубинку у меня изо рта и отодвинулся.

– Мы еще поиграем, детка! – пообещал он, проникновенно глядя в мои глаза.

И мне стало страшно от понимания того, что этот тип явно намерен со мной сделать что-то неприятное.