Анита Мур – Лисья невеста (страница 3)
— Новенькая? — басом осведомилась дородная женщина, отвлекаясь от теста и окидывая меня строгим взглядом. — Подойди.
Матушка прощально ткнула меня в спину, я чуть не растянулась на полу. Довольно чисто выметенном, кстати.
Странно, что при такой общей чистоте к еде относятся так себе, без уважения.
Краем глаза отметила, как разделав сырое мясо, одна из работниц просто протерла нож тряпкой и принялась за кабачки.
Бррр.
— Я Инги Гао, старшая служанка господина Хайна, — с достоинством представилась повариха, вытирая руки о то же полотенце, которым только что гоняла птицу. — Ты, должно быть, Ронни.
— Не молчи, ну! — прошипела матушка из-за спины.
А у меня от стресса, как назло, напрочь отнялся язык. Только и смогла, что кивнуть.
— Она у вас немая, что ли? — с осуждением глянула поверх моей головы госпожа Гао. — Вы об этом не упоминали. Как она работать-то будет, если двух слов связать не может?
— О брате подумай, тварь! — едва слышно выдохнула любящая родительница мне в шею.
Прерывисто вздохнув, я взяла себя в руки.
Какой бы стервой госпожа Яо ни была, а сын ее ни в чем не виноват. У парня действительно единственный шанс выбраться из клоаки бедности — учеба в школе Золотого Лиса.
И у меня тоже.
Чем быстрее Гун продвинется в самосовершенствовании на высшую ступень, тем быстрее я освобожусь.
Тут парнишке повезло.
Лучший фитнес-тренер округа к его услугам!
Из того, что хранило сознание Ронни, я ясно видела, что не последнюю роль в развитии играют физические упражнения. В здоровом теле здоровый дух и наоборот, замкнутый круг. Или, если учитывать переходы по уровням, скорее своеобразная спираль.
А уж в чем я разбираюсь, так это в том, как привести в порядок мышцы. С подростками, правда, не работала, но в конце концов я с детства в спорте. Вспомню, как оно было лет сорок назад…
— Простите, госпожа Гао. Я растерялась. Впервые в такой большой и красивой кухне! — пропела самым умильным голосом. — Да, я Ронни Яо. Буду счастлива помогать вам!
Тетка фыркнула, но я заметила, что ее пухлые щеки порозовели от удовольствия. Мелкая лесть не прошла мимо.
Старшая служанка — значит, на этой кухне выше нее власти нет. А то и во всем доме господина Хайна. Стоит втереться к ней в доверие, а если выйдет, то и в помощницы действительно пролезть.
Статус в этом мире самое главное. Нет статуса — нет почестей.
Хотя почести мне без надобности. А вот дополнительную еду и свободу передвижения по школе неплохо бы приобрести!
Иллюзий я не питала. Новеньких всегда ставят на самую черную работу.
Но на то я и мастер спорта, чтобы не бояться временных трудностей!
— Похвальное рвение! — поджав губы, госпожа Гао напустила на себя строгий вид и скомандовала: — Иди промой рис! Да смотри, чтоб ни одной рисинки не потерялось.
Я проследила взглядом за указующим перстом до деревянной лохани и внушительного мешка.
Ну, приехали.
Спасибо хоть золотое руно из этого спрясть не потребовали!
— Хорошо, госпожа Гао, — вместо рвущихся наружу нецензурных междометий и глаголов выдала я.
Но не побежала исполнять указание в ту же секунду, а сначала внимательно изучила кухню. Матушка тем временем испарилась, из чего я сделала вывод, что на этом все. Проводы закончились. Дочку сдали, можно и за сыном понаблюдать на построении.
Прощания, объятия и слезы — это не про нас. Трогательно — не могу.
Интересно, тут так положено, бросать ребенка и уходить не оглядываясь, или только мне повезло? Ни мешка с запасной одеждой, ни каких-либо личных вещей мне не оставили. Похоже, дальше пойду в чем есть. Может, конечно, утонуло, пока я барахталась в реке, но что-то мне подсказывает — изначально ничего не полагалось.
Но о запасном белье и прочем позабочусь потом. Вон, все девушки в одинаковой одежде. Мне, наверное, тоже что-то такое причитается.
Странно, кстати, что сразу не выдали, перед тем как к работе допускать.
Тоже проверка?
— Простите, а…
Мой вопрос повис в воздухе. Госпожа Гао вернулась к тесту, всей спиной демонстрируя, что ее лучше не тревожить.
Ну что ж. Будем справляться своими силами.
Для начала я нашла стопку аккуратно сложенных тряпок. Не знаю уж, для вытирания стола или посуды, главное чистые. Одну сразу повязала на голову, чтобы не насыпать волос в еду. Вторую выбирала долго. Нужна была достаточно ветхая, чтобы истончилась, но еще не начала рваться. Нашла.
Мыть рис в лохани я, разумеется, не собиралась.
Не обращая внимания на вялые возражения одной из работниц, вытащила с полки крупный горшок. Не слишком большой, чтобы я могла его поднять тощими ручонками, но и не маленький, а то мешок никогда не закончится.
Можно было бы и котел прихватить, но я побоялась, что надорвусь с непривычки: бронза, она куда тяжелее глины.
Насыпав рис почти по горлышко, я поволокла горшок во двор. Там еще раньше приметила колодец. Ведро на краю меня явно дожидалось.
А вот посторонний мужик, жадно из него пивший, тут точно был лишним.
— Эй, тут не постоялый двор! — заявила я, крепче прижимая к себе горшок. В случае чего за оружие сойдет. — Ждите построения учеников вместе со всеми, ишь, разгулялись!
Незнакомец поднял на меня хищные золотисто-карие глаза и смерил презрительным взглядом с головы до ног, выразительно задержавшись на босых ступнях.
Мол, что это за дешевая низкородная блоха тут выступает?
Глава 3
Сама не знаю, что на меня нашло. Обычно я сдержанная и скромная, особенно в первый день на рабочем месте вообще надо быть ниже травы. Но вот понесло по кочкам!
— Вон как поразлил, чужого не жалко? — ворчливо заявила я, ставя горшок у колодца.
Пил незваный гость действительно неаккуратно, часть жидкости попала на поношенную одежду, но куда больше впиталось в землю у колодца.
О ценности пресной воды я знала из мелькающих невпопад воспоминаний Ронни. Источники так высоко в горах — редкость. И напор обычно так себе. Это магам хорошо — они вызвали тучку, где им надо, или вовсе призвали из воздуха полную пиалу. Сконденсировали, как назвала бы это я по-научному. А обычным людям приходится экономить. Не знаю, как у них тут в школе устроено, осмотреться не успела, а моему нынешнему телу частенько приходилось на себе таскать полные ведра от колодца к дому в поселке, чтобы просто обед приготовить. А в засушливые годы — так и напиться всей семье, понемножку, по чашке — на весь день. И сидеть жевать потом волокнистые стебли бамбука, чтобы перебить жажду.
И пролитая беспечно на землю драгоценная влага заставила не меня — Ронни — вскинуться в возмущении.
— Ежели вас жажда замучила, так в кухню пожалуйте. Не обидим поди! — продолжала я тем временем почти помимо воли. Откуда только деревенский говор взялся! — И уважьте уж, после этого вернитесь на площадь, здесь подсобные помещения. Слуги могут растеряться и испугаться посторонних.
Ну, это я загнула. Если б кто и испугался при встрече с госпожой Гао, так точно не она сама.
Незваный гость тоже скептически приподнял выразительную темную бровь.
Наверное, все-таки не совсем посторонний и с грозной поварихой знаком.
Но от колодца отошел. Недалеко. Пронаблюдал, как я выливаю недопитые остатки из ведра в горшок, шебуршу руками в рисе, а после накрываю тряпочкой, чтобы слить белесый налет.
— Занятно ты его моешь. Новенькая? — поинтересовался мужчина.
— Да, — лаконично отозвалась я, намекая, что разговор пора сворачивать и каждому из нас заняться делами.
Своими. Желательно подальше друг от друга.
Но незнакомец намеку не внял. Стоял и смотрел, как я промываю раз за разом мелкие зерна, пыхтя закидываю ведро в колодец, выкручиваю ворот, чтобы вытащить тяжеленную бадью — между прочим, глубоко вода, пока вытащишь, семь потов сойдет!
Наконец чистоту риса я признала удовлетворительной и, подхватив потяжелевший горшок, потащила в сторону кухни.
Остановилась. Обернулась.