Анита Милаева – Избранная любить (страница 42)

— А создавать семью? — удивилась я.

— Они могут это делать, но только со свободными алфинцами, — поведал Джейдн и покачал головой.

Я нахмурилась.

— А такие бывают?

— Редко, но да. Иногда воины теряют и спутницу. Идеальной мамой для ребенка становится дочь другого алфинца. Девочки реже рождаются, чем мальчики.

Наверное, в этом их удача.

— Еще одни жертвы механизма, — тяжело вздохнула я. — Сколько невинных страдает за то, чтобы алфинцы имели магию! Нет возможности ни нормально жить, ни создавать семьи.

— Да. И мне жаль, что я не могу это остановить.

А я очень хотела бы попытаться, только пока не знала как. За эти дни я обязана была что-то придумать. Джейдн прав: невесты мне не поверят. Нужно попытаться спасти хотя бы Кыдану. Этот ее сон во время испытания не выходил из головы.

Милли часто мне повторяла, что в этой жизни ничего не делается просто так. У меня есть то, что отличает от остальных: моя магия. О ней я пока не говорила Джейдну, впрочем, думаю, для него это не имеет значения. А для остальных?

А что если невест выбирали из благородных семей только потому, что они не обладали магией?

Может, потому что девушки с силой могли услышать голос? Кому он принадлежал? Духу умершего алфинца?

Очень хотелось бы познакомиться с ним ближе. Может, он подскажет, как помочь нам выпутаться.

Разорвать договор. Только вспомнила о договоре, и меня осенила догадка. А что если это сам

Алфин вел со мной беседу?

Я косо посмотрела на Джейдна. Пока не стоит делиться с ним домыслами. Он уверен, что это происки отца. Так и могло быть.

— Прости, что навеял на тебя грусть.

— Ну что ты. Спасибо, что я узнала это до церемонии. Я так полагаю, что спутницы узнают об истинном положении вещей после церемонии.

— Иногда после нескольких лет жизни. Они так поглощены новой обстановкой, что не понимают элементарных вещей. Только когда начинают умирать жены воинов, приходит страшное озарение,

— вздохнул Джейдн. — У Лодиона женой оказалась подруга его спутницы. Ей он правду рассказал сразу же после церемонии. Она досматривала девушку до самой ее кончины. Постоянно плакала и не могла смириться с таким положением вещей. Это один из редких случаев, обычно любовницы спокойно переносят такие известия. Гордятся, что рожают детей. Одна из таких дир — моя мама.

Она всецело растворилась в отце, его прихотях и желаниях.

— Сочувствую.

— С детства воспитывала во мне «правильность» выбранного алфинцами пути. И я долго верил в это, воспринимал как должное, пока не стал главнокомандующим. В шестнадцать лет. Наша магия

— это зло. Мы не несем мир, мы сеем хаос.

Он с болью смотрел мне в глаза. Его собственные заволокла черная дымка.

— Человек, имеющий магию, сам решает, как ею распоряжаться, — со знанием дела произнесла я.

— Наша магия стала проклятием. Алчность предков породила еще большее зло Самир пошел на соглашение с богом разрушения, чтобы спасти Фабранию от несправедливого и жестокого захвата чужаками. А сейчас, спустя много лет, его предок стал таким же, как те, кому противостояла первобытная Фабрания.

Коварство человека не имеет границ.

— И тем не менее не мы выбирали родителей. Ты унаследовал магию, но выполняешь договор. Мы то, что у нас здесь, — положила руку на его грудь

Вспомнила, что говорил странный голос. Мне обязательно нужно снова посетить храм. Возможно, там найду нужные ответы. Я должна спасти девушек и… Джейдна.

Если есть хотя бы мизерный шанс заключить соглашение с духом и спасти человека, который мне дорог, я его не упущу. Что если это и есть Алфин?

— Долги нужно отдавать.

— А что происходит с женой алфинца, когда проводится двойная церемония?

Вопрос я боялась задавать, но должна была это услышать. Затаила дыхание.

— Ее душу съедает пожиратель. Для этого и проводится тур на определение жены для воина.

Алфинцы ненадолго отпускают всю свою магию. Грубо говоря, их души вместе с магией покидают тела. Они не умирают, это что-то вроде сна. Пожиратель ищет привлекающую его душу и подает сигнал мозгу алфинца. Тот ищет для себя подходящую замену. Чем ближе возраст воина к тридцати двум, тем охотнее пожиратель ищет новое тело, — рассказывал Джейдн.

А я передергивала плечами каждый раз, представляя весь процесс отбора и вспоминая свои ощущения от вида этих рож. Пожиратели не выглядели безобидно.

— А в чем отличие двойной церемонии?

— В воду, через которую проходит невеста, добавляют кровь алфинца. Император читает запретное заклинание, и пожиратель переносится в другое тело, оставляя при этом магию предыдущему хозяину. Если церемония удалась, вода окрашивается в красный цвет, а наряд невесты — в черный.

На руках жены сразу же появляются ранки, похожие на ожоги. Никто не знает, почему так.

Возможно, эта часть тела для пожирателя самая лакомая. И с того момента девушка обречена.

Она начинает умирать. Сначала чувствует легкое недомогание, со временем не имеет сил даже встать, чувствуя боль и слабость во всем теле. В конце ее ждет агония.

На моих глазах снова выступили слезы. Отчаяние и злость сковывали тело. Каждое его слово болью отдавалось в сердце. Столько лет, сколько невинных и наивных душ погублено! Будьте же вы прокляты, придумавшие такое!

— Если алфинец разделит с ней ложе после церемонии, — продолжал он, — девушка умрет быстрее. Чаще так и делают. Многие умирают, так и не поняв всей правды. С чувством вины в сердце, что не смогли стать алфинцам хорошими женами.

Я беззвучно зарыдала. Джейдн прекратил рассказ и привлек меня к себе. Он нежно гладил по спине, целовал в макушку и висок.

— Я не мог допустить, чтобы тебя постигла такая участь, — тихо произнес мужчина, но я услышала.

Мне казалось, мы простояли так вечность. Я плакала, а Джейдн нашептывал успокаивающие слова и нежно гладил мои волосы. С ним мне было уютно и легко.

Рядом с ним моя магия успокаивалась. Алфинец действовал на нее как-то притягательно.

— Прости, что не смог сделать так, чтобы ты избежала отбора.

— Тогда я не согласилась бы стать твоей женой, — я вытерла слезы.

— Пусть я не могу изменить жизнь многих, но рад, что спасу твою. После церемонии я буду настаивать, чтобы мы жили далеко отсюда. Хотя бы последний год.

Я снова заплакала. Он умрет мучительной смертью, расплачиваясь за договор, своего предка.

Джейдн обнял меня и тихо засмеялся.

— Никогда и подумать не мог, что ты такая плакса.

Я шмыгнула носом.

— Постарайся вести себя, как обычно. Хотя я понимаю, что это сложно. В дни перед церемонией отец устроит индивидуальную проверку для воинов и невест, после нее девушки будут очень ставшими. Не знаю, в какой форме все будет происходить, но не переживай когда кому-то станет нехорошо.

— Проверку?

— Последний тур провалился. Многие так и не определились с девушкой на роль жены. Почему-то все пожиратели отправились к тебе. Судя по выражению лица моего отца, он был готов к такому исходу, что еще раз доказывает его причастие к этому. Он что-то задумал. Будь осторожна, так просто император от своих затей не отступает.

— А какая будет проверка? — насторожилась я.

— Не знаю. Отец придумает что-то обыденное, чтобы не привлекать внимания Невеста, которая его пройдет, будет хотеть сладкого и спать. Это забирает много сил.

Я тяжело вздохнула.

— Я ненадолго отлучусь, а ты отдохни.

Он нежно поцеловал меня в висок. Кивнула, соглашаясь. Только в мои планы не входило спать.

Нужно наведаться в храм. Там я услышала голос впервые.

Возможно, удастся поговорить с ним.