Anisa Klaar – Разукрась воспоминаниями (страница 12)

Когда я шла вдоль витрин, то случайно задела кого-то локтем. Я была очень удивлена, когда увидела, кто это был. Алекс?

– Вечная хмурая? – спросил он, выглядя не менее удивленным.

– Какая еще вечно хмурая? – закатила я глаза.

– Это твое новое прозвище от меня, – сказал он, имитировав моё закатывание глаз. Я хотела было толкнуть его, но осилила это желание и решила вообще игнорировать его. – Думаешь, слишком длинное?

– Не длиннее, чем твой язык, – равнодушно ответила я и, подождав минуту, пока он изображал возмущенный вздох, притронувшись к сердцу, продолжила: – Будь любезен, замолчи.

Он задумчиво почесал подбородок, не сводя своего внимательного взгляда, будто пытаясь придумать лучшую колкость, чем у меня.

– Не нашел ничего ответить? – спросила я, глядя только на комиксы, вернее, пыталась сделать вид, что беседа с ним мне неинтересна.

– Я пошутил бы очень некультурно, если бы сказал, что у меня на уме.

– Ты и так всегда шутишь некультурно, – довольно улыбнулась я и мысленно порадовалась, что у меня невероятный талант к колкостям.

– До тебя мне далеко, Адди.

– Адди? – в шоке обернулась я на него.

– Сокращенно от твоего имени, – подмигнул он и удалился прочь.

Я покачала головой, чтобы избавить от его слов в голове, поскольку не хотела лишний раз думать о нём.

Через пять минут мучений я так и не нашла комикс, который так долго искала. Я уже начала злиться, хоть и старалась избавиться от адреналина в крови, готового разрушить это место, лишь бы найти то, что я искала.

– Ты что-то ищешь? – спросил Алекс, снова появившись из ниоткуда. Точнее, из-за моей спины.

Я недовольно уставилась на него и категорично сложила руки на груди. Рядом проходили покупатели, тоже что-то искали, но людей, работающих в магазине, как назло не было.

– Ищешь комикс про Барби? – насмехаясь, спросил он. – Он в другом разделе.

– Ты, наверное, хорошо знаешь, где именно, – сдержалась я, чтобы не послать его на три хороших слова. – Я ищу Человека-паука.

– Какая часть? – спросил он и быстро развернулся, стремительно направляясь куда-то.

– Через вселенные, – коротко ответила я, решив, что стоит догнать его.

– Понял, – сказал он, отсалютовав мне через плечо.

– Если ты решил, что будет смешно привести меня в раздел барби… – не докончила я, как меня прервали:

– Я думал, ты умнее, чем кажешься, – сказал Алекс притворно разочаровавшись, с нотками его обычных тупых шуток.

При этом он остановился, а я последовала его примеру, не переставая испепелять его спину. Подняв голову, я заметила, что мы находимся у выхода. Он издевается?

– Ты решил «намекнуть», чтобы я ушла? – недоумевала я.

Он весело покачал головой, будто смеясь надо мной, а мне хотелось побыстрее избавить себя от его присутствия. Я не выдержу его усмехающегося поведения ни секунды. Затем Алекс указал рукой на популярные комиксы, и среди них я заметила тот самый комикс«Человек-паук: через вселенные».

Я растерялась, но больше всего мне не хотелось благодарить его и признавать свою тупость, даже если он помог мне.

– Это хиты продаж, поэтому они здесь, – улыбнулся он. – Я думал, ты заметишь при входе.

– Откуда мне было знать? – грубо буркнула я, хмуро оглядывая его.

На нём была широкая разноцветная футболка, как будто ее окунули в краски, лицо довольное, словно он выиграл соревнование в баскетболе. Откинув свои блондинистые волосы, чтобы сделать более эффектным его следующие слова, он ушел:

– Не за что, Адди.

***

«Адди», «Адди», «Адди» – проносятся у меня в голове, до тех пор пока Ясмина не наорала прямо в ухо, что пора идти на уроки.

До начала занятий мы сидели на скамейке, прохлаждаясь под тенью большого дерева, и обсуждали наш план. Если все пройдет хорошо, к тому же быстро, то мы можем снова получить наше помещение для кружка рисования. Надеюсь, Алекс не подведет нас.

– Лина! –  снова крикнула Ясмина.

– Что? –  раздраженно ответила я, с трудом вырываясь из размышлений.

– Никого во дворе нет, опоздаем же, мы уже должны быть на уроке.

Я коротко кивнула, пока она возмущенно наблюдала за моими неспешными движениями. Мы с ней поменялись ролями? Это я всегда гоняю Ясмину на уроки, а сейчас это делает она. Сегодня какой-то нелогичный день. То «Адди» от Алекса, то «мы опоздаем» от Ясмины.

– Какой у тебя урок? –  спросила я, ускоряя шаг.

– Труд,  – заныла она.  – Будем делать стулья или кормушки для бедных птиц.

– Класс. У меня химия,  – внутренне застонала я от досады.

Первый урок – химия, чтобы добить бедных учеников, которые едва соображают, какой сегодня день недели. Чтобы убедиться в этом, я перед уходом спросила Ясмину, какой сегодня день недели, она задумалась и не смогла ответить, как и я сама.

***

С самого утра я поняла, что меня ждет отстойный день. Ничего не поделать. Буду терпеть.

На химии все ученики должны надевать специальную защитную одежду: резиновые перчатки, защитные очки, белые халаты. Теперь мы больше похожи на кучку сумасшедших ученых, сбежавших из психиатрической больницы.

Со мной в паре задумчивый и тихий Маркус и едва знакомая Сэм со своим наплевательским выражением лица. Она мне очевидно не нравится, бесит своей эгоистичностью и высокомерием, поскольку иногда я замечаю ее взгляды в свою сторону, после чего непременно хмурюсь.

Теперь я вспомнила Алекса. Придурок, который посмел назвать меня «Адди». Если повторит снова, придется найти его главный страх или секрет, чтобы закрыть его рот, даже если мы сейчас в одной команде.

– …При добавлении к раствору нитрата свинца раствора иодида калия выпадает ярко-желтый осадок труднорастворимой соли иодида свинца, – проговаривала учительница, ходя по кабинету, пока мы сидели перед партами, пытаясь разобраться в пробирках.

Легко. Нужно соединить раствор свинца и раствор иодида калия, чтобы получить ярко-желтый осадок.

– Позвольте показать вам, как меняется жидкость под воздействием высоких температур.

Учительница вежливо попросила у Маркуса пробирку с желтой жидкостью и, включив спиртовку, которая находилась на парте, поднесла к горящему огню. Осторожно потряхивая колбой перед огнем, мы все внимательно наблюдали, как меняется желтый цвет жидкости на прозрачно белый.

В классе все ученики стали радостно хлопать в ладони, словно учительница совершила невообразимое. Однако, соглашусь, выглядело эффектно, учитывая, с каким мастерством и самоуверенностью происходили эти действия.

Но урок химии быстро завершился, а мне не потребовался огнетушитель, чтобы я не сожгла всю школу. Однажды такое чуть не произошло. Но не будем о плохом, особенно когда день начался с «Адди».

Второй урок – история. Скучный урок, но преимущество в том, что там можно и заснуть, если занять последние ряды. Да. Как я уже упоминала сто раз, у меня сегодня день «Адди», то есть плохой день, поэтому я заняла место на первой парте. Класс.

Главное – не уснуть перед учителем и не заслужить поход к директрисе, особенно когда я итак наказанная. Из знакомых физиономий в классе были Тони и Сьюзи. На последнюю я старалась не обращать внимание. Это получилось гораздо лучше, чем я себе представляла. Однако Тони глазел в мою сторону и определенно действовал мне на нервы.

– Почему ученые не признавали френологию, считая ее псевдонаукой? Разве Франц Галль не защитил свои убеждения? – продолжил тему учитель, который едва ходит, опираясь на палку. – Само по себе концепция возникла на рубеже XVIII–XIX веков благодаря медику и анатому из Вены Францу Йозефу Галлю. Он выдвинул предположение, что форма головы может повторять форму мозга: если на поверхности черепа есть выпуклость, значит, такая же имеется и на мозге. И наоборот: черепная впадина дублирует углубление на поверхности серого вещества.

– Да, я видел в фильме про это, – откликнулся какой-то ученик из последних парт.

– В каком, позвольте узнать, молодой человек? – задумчиво поправил свои очки старец.

– «Джанго освобожденный», там еще Ди Каприо играл, – ответил какой-то парень.

Дальше все начали обсуждать фильм и актеров, которые сыграли на все сто, а учитель тем временем повторял тему.

– Пик популярности френологии пришёлся на 1820–1840-е годы…

«Как же скучно, надо что-то делать», – сказала бы Ясмина. Но я просто решила дослушать старца-учителя или не обращать внимания на гляделки, который устроил Тони. Если и он начнет называть меня «Адди», я свихнусь. Добровольно.

Глава 8. Всё это игра.

Урок труда прошел хорошо. На самом деле нет. Я прищемила палец между двумя деревяшками, и образовался кровоподтек. Было больно, поэтому от меня отстал учитель и сказал, чтобы я отдыхала. Я так и сделала. К тому же решила написать Лине, но она была не в сети.

Через десять минут от скуки у меня появилась гениальная идея. И я не преувеличиваю. Я решила создать группу в мессенджерах с Линой и Алексом, чтобы сплотить нашу «дружную» команду. Аделина считает его грубым и тупым парнем, как, собственно говоря, и я, но таким образом мы не добьемся своей цели, потому что должны найти общий язык, чтобы мы стали одной командой. Кажется, сегодня я стала Линой, более ответственной и серьезной, а она сама, наоборот, утром казалась рассеянной, будто мы поменялись местами.