Аниса Август – Не та сказка (страница 6)

— Правда? — в его голосе прозвучала искренняя радость, или очень хорошая имитация. — Я так рад, что ты передумала. Это действительно важно. Особенно сейчас, когда столько всего происходит.

«Особенно сейчас», — мысленно повторила Лана, запоминая эту фразу. Она кивнула, стараясь выглядеть спокойной.

— Да. Думаю, на следующей неделе схожу. Надо же всё сделать правильно.

— Хочешь, я пойду с тобой? — предложил он. — Помогу разобраться, чтобы тебя никто не обманул.

— Нет-нет, — поспешно отказалась она. — Это я сама. Просто… хочу сделать это для нас. Чтобы ты знал — я серьёзно отношусь к нашему будущему.

Он подошёл, обнял её, прижал к себе, и Лана замерла, стараясь не выдать, как сильно колотится её сердце. В эту секунду она ненавидела себя за то, что приходится лгать, но ещё больше — за то, что не может доверять человеку, которого любила.

Когда Костик ушёл в душ, Лана тихо достала из сумки флешку с последними записями и спрятала её в потайной карман своей дорожной сумки — туда, где он точно не станет искать. На случай, если что-то пойдёт не так.

А потом она нарочно оставила ящик стола чуть приоткрытым — ровно настолько, чтобы это выглядело как небрежность, а не как ловушка.

Следующие два дня тянулись мучительно медленно. Лана старалась вести себя как обычно: готовила, смеялась над его шутками, обсуждала свадебные детали, будто ничего не изменилось. Но каждый раз, когда Костик задерживался взглядом на её столе или как будто невзначай подходил к ящику, у неё внутри всё сжималось.

Камеры продолжали работать. Лана проверяла записи по вечерам, сидя у Марины на кухне, пока подруга молча сидела рядом, держа в руках чашку остывшего чая. Пока что — ничего. Только рутина. Только видимость нормальной жизни.

Но на третий день всё изменилось.

Лана вернулась домой раньше обычного. Костика не должно было быть до вечера — он предупредил, что задержится на совещании. Но его куртка висела на вешалке, а из квартиры доносился какой-то тихий шорох.

Сердце Ланы рухнуло куда-то вниз. Она медленно поставила сумку, прислушалась. Шорох доносился из кабинета.

Она не стала входить. Вместо этого достала телефон, набрала Марину.

— Он дома, — прошептала она, стараясь, чтобы голос не дрожал. — В кабинете. Я думаю, он ищет документы.

— Не заходи туда, — тут же ответила Марина. — Стой там, где безопасно. Я звоню Сергею — он знает, что делать. И вызываю полицию, на всякий случай. Просто чтобы были рядом.

— Но у меня нет доказательств…

— У тебя есть камеры, — жёстко сказала Марина. — И план. Помни план. Не геройствуй. Просто жди.

Лана кивнула, хотя подруга её не видела. Она прислонилась к стене, чувствуя, как холодный ужас ползёт по спине. Из кабинета донёсся тихий звук — будто кто-то быстро задвинул ящик. Потом шаги.

Дверь распахнулась, и на пороге появился Костик. В руках у него была папка, которую Лана точно не оставляла на виду. Его лицо на секунду исказилось — не то испугом, не то раздражением, — но он тут же натянул привычную улыбку.

— Лана? Ты рано… Я не ждал.

— Я… забыла кое-что, — она старалась говорить спокойно, но голос предательски дрогнул. — А ты что делаешь?

— Да вот, искал ручку, — он небрежно махнул папкой, будто это было самое обычное дело. — Ты же знаешь, у тебя всегда всё так аккуратно разложено…

Он сделал шаг вперёд, но Лана не сдвинулась с места. Она смотрела ему прямо в глаза — впервые за долгое время без страха, без желания отвести взгляд.

— Положи папку на стол, Костик, — тихо, но твёрдо сказала она.

Он замер. Улыбка сползла с его лица, и на мгновение перед ней предстал совсем другой человек — напряжённый, настороженный, чужой.

— Что? Зачем? Там ничего важного…

— Положи, — повторила она. — Или я вызову полицию прямо сейчас.

Он смотрел на неё, будто пытаясь понять, насколько серьёзно она настроена. И, видимо, понял: она не шутит.

Медленно, не сводя с неё глаз, он положил папку на столик в прихожей. Лана не сводила с него взгляда, достала телефон и нажала кнопку записи видео.

— Объясни, что это за документы, Костик. И зачем ты их взял.

Он вздохнул, провёл рукой по лицу, будто сбрасывая маску. И вдруг улыбнулся — но теперь эта улыбка была совсем другой: горькой, усталой, почти извиняющейся.

— Ты всё знала, да? — тихо спросил он. — Всё это время?

— Достаточно, — ответила она. — Расскажи. Прямо сейчас. Без лжи.

Он сел на край пуфа, опустил голову.

— Это не то, что ты думаешь… — начал он, но Лана покачала головой.

— Никаких оправданий. Только факты.

Он помолчал ещё секунду, потом поднял глаза.

— Страховка… да, я оформил её на тебя. Но не для того, чтобы… — он запнулся. — У меня долги. Огромные. Меня загнали в угол. Я думал, что если… если с тобой что-то случится… страховка покроет долги. Я не хотел ничего плохого, я просто не знал, что делать!

Лана почувствовала, как земля уходит из-под ног. Она оперлась о стену, чтобы не упасть.

— А завещание?

— Его нет, — быстро сказал он. — Клянусь. Я просто хотел, чтобы ты сходила к нотариусу, думал, может, ты сама что-то оставишь мне… Но ничего не подделывал. Честное слово.

— А документы из ящика?

Он опустил голову.

— Я искал… что-то ценное. Думал, может, у тебя есть деньги, или что-то, что можно использовать… Я запутался. Я не хотел тебя ранить, просто… мне было некуда деваться.

Лана слушала его, и слова падали на неё тяжёлыми камнями. Не злодей из триллера, а просто человек, который загнал себя в ловушку и пытался из неё выбраться любой ценой. Но от этого не становилось легче.

В этот момент в дверь позвонили. Лана вздрогнула, но потом вспомнила: Марина должна была предупредить, что рядом будет дежурить знакомый полицейский — на случай, если понадобится помощь.

Она открыла дверь. На пороге стоял мужчина в форме и Марина, бледная, но решительная.

— Всё в порядке? — спросил полицейский, быстро оценивая ситуацию.

— Теперь да, — Лана посмотрела на Костика, который сидел, опустив голову, и вдруг почувствовала странную пустоту внутри. — Но мне нужны доказательства. Всё, что он делал. Записи, документы…

Полицейский кивнул, достал блокнот.

— Расскажите всё по порядку. И покажите, что у вас есть.

Марина вошла, обняла Лану за плечи, и та наконец позволила себе выдохнуть.

— У меня есть записи, — сказала она, доставая флешку. — И документы, которые он пытался забрать. Этого хватит?

— Этого хватит, чтобы начать разбирательство, — спокойно ответил полицейский. — Остальное выясним.

Пока он беседовал с Костиком, записывал его показания, Лана стояла у окна и смотрела, как за стеклом медленно темнеет небо. Марина молча держала её за руку, не отпуская ни на секунду.

Теперь у неё были доказательства. Неоспоримые. Но вместо торжества или облегчения она чувствовала только усталость — и горечь от того, что любовь, в которую она так верила, оказалась построена на страхе и отчаянии.

Правда оказалась не такой, какой она её себе представляла. Но теперь она знала её. И могла двигаться дальше.

Глава 5

Лана шла по знакомой улице, и всё казалось чужим. Дома стояли те же, вывески светились привычно, старушка у подъезда всё так же кормила голубей. Но для Ланы этот мир будто съёжился, стал плоским, как декорация. Ещё недавно она мечтала вернуться сюда — в тепло квартиры, в запах свежего хлеба из булочной, в тишину вечеров, когда можно просто сидеть и смотреть в окно, ни о чём не думая. А теперь даже эти простые вещи казались ей чужими.

В кармане куртки лежал протокол — копия того самого документа, который ей выдали в участке. Лана достала его, посмотрела на ровные строчки и вдруг почувствовала, как её пальцы дрожат. Она торопливо спрятала документ обратно, будто кто-то мог его увидеть и спросить: «Что это у тебя?»

Ей хотелось кому-нибудь рассказать. Просто сесть напротив кого-то, кто знает её с детства, и выговорить всё: про обман Костика, который улыбался ей, а сам всё это время плел интриги, чтобы добраться до денег. Хотелось, чтобы кто-то обнял её и сказал: «Ты молодец, ты всё сделала правильно».

Но обнять было некому.

Настоящих друзей у Ланы никогда не было, Марина была исключением. Но Лана чувствовала себя неуютно , что и так много времени у нее заняла. Марина в спешном порядке уехала в рабочую командировку, которую отложила из-за решения вопросов Ланы. И вот теперь, когда ей больше всего на свете хотелось, чтобы кто-то просто посидел рядом и подержал её за руку, оказалось, что рядом никого нет.

Лана стояла посреди комнаты, которую ещё недавно считала почти своим убежищем. В воздухе всё ещё витал запах корицы и старой бумаги — Костик любил заваривать пряный чай и вечно разбрасывал книги где попало. Теперь эти детали царапали, как осколки стекла.