Аника Ледес – Отныне мой пульс семь ударов в минуту (страница 41)

— И мне тоже сперва было тяжело принять случившееся. Однако я видела, что в твоем отце не было желания убивать. Ему пришлось. Это была его работа, но хотел он добиться мира и равновесия. Я полностью поддерживала его, и мы смогли добиться желаемого, но не на долгое время. Я не простила убийства, но ценила его заботу и любовь ко мне. Поэтому, — мама взяла меня на руку, — попробуй открыться ему и довериться. Сношение с другой не по его воле — это не его вина.

Мама перевела взгляд с моих глаз на небо и тяжело вздохнула. Я повторила ее действие и собирала выдуманными линиями звезды в фигуры.

— Мам, а много истребителей выжило?

— Не знаю. Мы все разминулись во время переворота.

— И никого знакомого ты не встречала?

— В королевстве Кириоса не видела никого, но здесь встретила одну женщину недавно. Она старше меня на десять лет, и я отчетливо помню ее лицо. Но она прошла мимо, даже не взглянув на меня. Мне кажется, ее забрали в замок.

— Почему?

— Она садилась в королевский экипаж.

— Но я ее там не видела.

— Если она нужна для продолжения королевского рода, тогда ты ее и не увидишь. Ее будут держать под особой защитой.

— Мам, почему вампиров так привлекают Антистаси?

— Женщины нашего рода издревле привлекали вампиров своим запахом. Может Бог нас наградил манящим для вампиров ароматом, чтоб мы могли их истреблять, а может дело в чем-то другом. Но по нашим записям, когда женщины еще не владели оружием, они заманивали вампиров в заранее назначенное место, после чего мужчины с ними расправлялись. Это было опасно, ведь многие не успевали добежать до ловушки. Однажды вампира поймали, когда он пил кровь одной из нас, после чего над ним начали ставить опыты. Так и смогли определить, что наша кровь губит их. Она действует одурманивающе, но вскоре дурман пропадает и вампир слабеет. Тогда же решили проверить, к какому металу и каким химическим компонентам вампиры относятся хуже всего. Серебро обжигало их, малахит не давал залечивать раны, цветы Неакры отравляли, а кровь Антистаси ослабляла. Искусные кузнецы собрали все эти компоненты в одно оружие и отрубили вампиру голову. Никто не ожидал, что оружие окажется смертоносным. Только была одна проблема — найти столько серебра, чтоб создать оружие для каждого.

Я не смела пошевелиться или отвлечься во время маминой истории. Я слушала внимательно, чтоб запомнить каждую деталь.

— Конечно же правительство, увидев такую силу оружия, согласилось выделить средства на снаряжение деревень истребителей. Вскоре родилась я. Женщины с детства обучались бою на мечах, стрельбе из луков, арбалетов и револьверов.

— А что такое — револьвер? — Спросила я.

— Ох, дорогая, ты себе и представить такого не сможешь. Это было огнестрельное оружие.

Моим фантазиям сразу представилось стрелковое оружие, стреляющее огнем, но мама заметила мое замешательство и нарисовала на земле пальцем внешний вид оружия.

— Это барабан. В нем были каморы для патронов. Это рукоять, чтоб держать револьвер. Это курок… — Мама заглянула в мое растерянное лицо и нежно улыбнулась. — Это было очень удобное оружие. Намного точнее стрел и арбалетов. Попасть в сердце было довольно проблематично, но покалечить им вампира, а потом уже нанести смертельный удар мечом оказывалось очень удобно. Поэтому все пользовались мечами, чтоб отрубать головы.

Я не заметила, как к нам подошел Эйдос в своем блестящем наряде.

— Ох, Эйдос, присаживайся к нам. Я рассказываю дочери истории из своей молодости.

— Ирен, ты все еще молода.

Мама издала звук, похожий на хохот, но спорить не стала.

— Астери, ты хочешь остаться или мы поедем?

— Я бы дослушала историю.

— У вас были планы? — Воскликнула мама. — Тогда идите. Расскажу остальное в следующий раз. Хоть завтра приходи.

Я кивнула маме и пообещала, что завтра обязательно к ней приду. На сегодня мне и так нужно было многое запомнить и пересказать Эйдосу, чтоб информация лучше сохранилась у нас обоих.

Мы шли пешком, поскольку лошади нужно было отдохнуть, и Эйдос оставил ее в конюшне. До ближайшего паба нам было около двадцати минут. Я не знала, с чего начать наш разговор и где его можно начинать.

— Как тебе твой первый день в должности командира? — Спросила я, на что Эйдос издал измученный вздох.

— Агриос не особо хотят подчиняться мне, как ты уже знаешь, но все же немного боятся меня из-за королевской крови. Я намного сильнее их, однако если они захотят убить меня, спокойно возьмут числом, — как ни в чем не бывало ответил Эйдос, словно такое происходило с ним каждый день. Я же начала переживать за него.

— И ты думаешь, что они решат убить тебя?

— Шанс маленький, но есть. Ничего отрицать не могу. Товарищей я пока не нашел, чтоб заручиться хоть какой-то поддержкой. Я при первой же возможности найду к ним подход. До этого я выступал против их армии и убивал их воинов. Они этого не забудут, как и я не забуду тела вампиров, павших от их рук.

— Будь осторожен.

— У меня отдельная комната. Они в нее пробраться не смогут. На окнах серебрянные прутья, а дверь на надежном замке. Так что во сне я точно в безопасности. — Эйдос нежно сжал мою ладонь в подтверждение своих слов. Я оторвала взгляд от дороги и посмотрела на наши сплетенные пальцы. Мое тело сразу же наполнилось разливающимся от руки теплом.

— Нам нужно будет уединиться в тихом месте, чтоб никто не мог подслушать или заметить того, что мы просто сидим и молчим.

— Я понял. В пабе есть место для ночлега. В основном там останавливаются те, кто не в силах добраться до дома после выпивки. Но прежде я хочу пообщаться с тобой о другом, — бывший принц открыл передо мной дверь в шумное заведение и провел через толпу к единственному свободному столику, а сам отправился в бар. Я окинула взглядом окружающих меня людей и вампиров, удивляясь их общению. Мужчины-люди заигрывали с малочисленными женщинами-вампирами, а вот женщин-людей было довольно много и они жаждали внимания мужчин-вампиров. Молодые девушки были одеты довольно откровенно, демонстрируя стройные ноги и грудь через глубокое декольте. Я не совсем понимала, зачем им это нужно, но решила не лезть не в свое дело. Вернув внимание на бар, я заметила, как некоторые девушки уже старались соблазнить Эйдоса, но он забрал какие-то напитки и сразу же вернулся ко мне, не обращая на девушек ни малейшего внимания. Они с недовольным выражением лица отвернулись и, увидев новых посетителей, их лица засияли вновь.

— Почему люди так жаждут внимания вампиров?

— Монеты, на которые можно купить специи, редкие продукты, украшения, вкусные напитки и еду, на постоянной основе платят вампирам, а люди только обменивают урожай на скот и одежду. Некоторые люди получают деньги, хотя платят им гроши.

— А за что им платят?

— Они берут работу на котельнях, на станциях очистки воды, на валке леса, чинят трубы и еще многое другое. Некоторые даже добывают ископаемые в шахтах.

— Я даже о существовании всего этого не слышала.

— Ты заметила, что у твоей мамы кухонная плита на печи, а в замке на газу? Газ поставляют только вампирам. Горячая вода ежедневная для вампиров королевской семьи, графов и их слуг; через день для рабочего класса вампиров и раз в неделю для людей. Но многие греют воду на огне. Ты еще очень многого не знаешь, Астери. У нас с тобой много времени. Буду тебе по-немного рассказывать, — нежная улыбка осветила лицо Эйдоса, и он сделал глоток из кружки.

— Что это такое? — Спросила я, разглядывая пенистую поверхность напитка.

— Это пиво из кровавых плодов.

Я сделала маленький глоток, и язык сразу же защипало от яркого вкуса. Я никогда не пробовала ничего подобного. Кисло-сладкая, слегка горькая жидкость с покалывающим язык послевкусием.

— Это так необычно, — удивленно воскликнула я, что некоторые посетители недовольно уставились на меня. Я сразу же сбавила свой восхищенный тон. — А откуда ты все знаешь про жизнь всех людей и вампиров?

— Переворот ведь происходил при моей жизни.

— Извини, все не могу свыкнуться с мыслью, что тебе немного за двадцать.

— Самую малость, — усмехнулся Эйдос. — Всего на двести восемьдесят лет.

— Расскажи, какой был мир двести восемьдесят лет назад, — слишком по-детски попросила я, но мне действительно было очень интересно.

— Тогда мир только развивался. Повсюду царили войны за территории. Однако люди, довольствуясь миру с вампирами, посылали на войны именно их. Я в те времена был еще юнцом, причем очень нравился зажиточной особе, которая не давала мне воевать. Я служил ей, сопровождал на балы и деловые встречи, был ее защитником. Вскоре я влюбился в ее дочь, что ей совершенно не понравилось. Она сослала меня, едва узнав о нашей связи… — Начал Эйдос, но я его перебила. Мне было безумно интересно узнавать о его жизни, но не о любви к женщинам. Это было глупо, но такие слова ранили мое сердце.

— Эйдос, я хотела бы узнать, чем ты занимался, а не о твоих связях…

— Ох, прости. Просто я не придаю такому особого значения, — неловко пробормотал он. — Я влюблялся много раз, ведь жизнь моя вовсе не коротка. Однако я понимал, что срок людей короток. Юные девушки увядают на глазах. Какой-то период жизни я решил для себя, что проведу жизнь только с вампиром, — словно не понимая, что вовсе не выполняет мою просьбу, продолжил рассказ Эйдос. — Но с ними всегда становилось скучно спустя пять-десять лет.