Ани Закари – Стеклом по венам течет в кровь (страница 3)

— Странно — странно, шептал Роберт.

Двадцатого девятого июня — юбилей Давида, тридцатилетие, да ещё и пятилетие со дня открытия этого заведения. Роберт постарался закончить дела поскорее, чтобы вовремя быть на месте, народу было полно, даже Альберт с сыном.

За счет заведения угощали шампанским, огромный фуршетный стол располагался на заднем дворе возле бассейна. Гости и друзья заняли свои места. Было достаточно весело, играла живая музыка.

Роберт обратил внимание на официантку, подружку Эрика, у неё были заплаканные глаза, Эрик тоже был там, пришёл раньше всех и уже «на веселе». Но игнорировал свою официантку.

Через пару часов стало более шумно, все пили, беседовали, смеялись, собралась основная масса cынков этого небольшого городка. Было так шумно, что сидящие за столом люди, порой не слышали друг друга. Когда Роберт поднял руку, чтобы подозвать официантку, перед ним внезапно появилась Ана.

— Готовы, сделать заказ? — спросила она, глазами уткнувшись в блокнот.

Он удивился, не успев открыть рта, продумывал как начать беседу, чтобы разговорить ее. Но пьяный Эрик завалился к ним за стол и нагло обратился к Ане:

— Почему не смотришь в глаза людям, ты человек что ли….? Я тут всех купить могу, почти купил, кого захотел, очередь твоя, — внезапно подошёл Арон и с улыбкой обратился к Ане, перебив Эрика:

— Где Марина? Ты иди в кабинет.

Ана встревоженная ушла, кивнув головой. На секунду испуганно, взглянув на Роберта. Хоть Арон и вмешался, но до сих пор не внушал никакого доверия Ане, от его присутствия ей становилось жутко. Какой-то холод исходил от него.

— Вас все устраивает, все хорошо? — обратился к ним c издевкой Арон, нарушив планы Эрика по унижению Аны, затем ушёл.

Эрик в недоумении спросил у Роберта, — она тут со всеми кроме меня что ли? Не пойму!

Роберт лишь развёл руками, — кто такая, что знаешь о ней, чего хочешь?

— Для начала, пусть посмотрит в глаза, этого хватит! — недовольно выкрикнул Эрик. Об этом же и подумал Роберт, что за актерская застенчивость, не смотреть в глаза человеку, средневековье…

Вечер стал менее интересным, но стало гораздо спокойнее.

Но Роберт рано радовался. Где-то через час появилась суматоха в центральной части зала. Эрика уже не было за столом, он один цедил виски со льдом. Гарик и Арон были в главном офисе наверху. Давид, подходя к их столу со стороны уборной, сказал, что оттуда доносились крики.

Кто-то побежал в сторону уборной, кто-то, не торопясь, собирался уходить, в зале было темно. Роберт заметил, что из толпы вырывается человек, девушка подбежала поближе, он узнал официантку Марину. На ней была порвана рубашка, она кричала и звала охрану, прикрываясь разорванными кусками рубашки.

— Вот это поворот, — прошептал Роберт.

— Эрик! — встревожено, сказал Давид и направился в сторону уборной за друзьями Эрика.

Вслед за Мариной быстрым шагом, с оцепеневшими ногами шла Ана, на ней был порван воротник и манжеты формы.

Первое, что бросилось в глаза Роберта кровь на ее лице, у неё была треснута нижняя губа, кровь стремительно стекала с подбородка, она так быстро шла, никого не замечала, случайно столкнула официантку с полным подносом, который перевернутся прямо перед ней, она споткнулась и упала коленями и ладонями в разбитые осколки от посуды, которые с хрустом воткнулись в ее кожу. Она упала прямо у столикаРоберта. ​

Все в зале замерли, рассматривали ее, пытаясь понять, что произошло, но никто не помог подняться, не подал ей руки. Роберт несколько секунд смотрел ей в лицо, она выдохнула, медленно, подняла голову и посмотрела ему пристально в глаза. Ее, как спелые вишни глаза были переполнены, холодной тоской и безысходностью, даже его гордыня исчезла на мгновенье.

— Ну нет же, девочка, вставай и иди, вставай и иди. Нашла место падать. Нет, я не встану, — уверял себя Роберт.

Из губы по-прежнему шла кровь, глаза были полны слез, но они не текли. Все ладони и колени в мелких осколках.

Роберт немного подождал, в надежде, что ей кто-то подаст руку, но всем было не этого. Все были выше этого, как и он. Ему не хотелось, никаким образом, с ней связываться, какое-то пренебрежительное отношение вызывала она у него, но никак не жалость и симпатию.

— Чужачка. Уходи, — прожигал он ее лицо. Но все же, медленно поднялся и протянул ей руку, она неспешно подала свою, поднялась и выбежала на улицу. У него в руке остались осколки стекла, он зашагал в сторону уборной, но его остановили крики Гарика, он звал эту девушку:

— Ана! Ана!

— Так вот, как ее зовут. Он решил пойти вслед за ней, посмотреть, как она, но понял, что Гарик панически искал, именно её. И не позволит ему выйти за ней, тогда неторопливо побежал в уборную.

Когда вошел, сразу заметил на полу рваные куски одежды и капли крови. К тому времени Арон уже был там, схватив Эрика за плечи трясего и что-то говорил, как ему показалось, угрожал, но Эрик был не в себе. У самого Эрика было расцарапано лицо, шея и даже шла кровь из носу. Не впервой за Эриком были замечены, такие выходки по отношению к женщинам, но, чтобы в престижном клубе? Роберт предпочитал добиваться женщин иным путем.

Была такая суматоха, все кричали и снося друг друга с ног бежали к выходу. Роберт понял, очевидно, там делать больше нечего. Он выбежал на улицу, к тому времени уже была глубокая ночь, около трех часов, хоть было и лето, но холодный ветерок ударил в лицо.

Он осмотрелся, её нигде не было, побежал вниз по улице, посмотрел по переулкам, было малолюдно, только гости разъезжались на своих машинах.

Затем решил осмотреть внутренний двор заведения, как ни странно, Ана оказалась там. Там были высокие клумбы с цветами, она, сжавшись сидела на одной из них.

— Подойти или не подойти, — стоял он около минуты и все-таки неуверенно тронулся с места.

Ана смотрела, вперёд, будто ничего не видела, ладонями растирала колени, пытаясь снять напряжение, тело тряслось, губы дрожали.

— Куда ты смотришь, — размышлял он и даже взглянул в ту сторону, куда она уверенно смотрела, но там была лишь тротуарная плитка.

Немного постояв, подсел к ней, не знал, чем помочь, он даже опустился на колени, чтобы его взгляд приблизился максимально к ней. Она резко повернулась и посмотрела в его глаза. Роберт, не отрываясь следил за её cостоянием, глядя в темные мутные глаза. Ана сжала губы, будто сдерживала в себе боль, но глаза передали незнакомому человеку все ее состояние. Она окровавленными руками схватила его ладонь, крепко сжала и задержала дыхание.

— Вот только не это. Сейчас зарыдает. Еле держится, — раздумывал он.

Прошло ещё несколько секунд, медленными каплями пошёл дождь, тёплый июньский. Из ссадин в коленях по ногам мгновенно потекла кровь, словно акварель раскрасила ее ноги, но тёплый дождь все смыл. Они так просидели, от силы, минут шесть или семь, он даже не заметил сколько времени прошло.

— Ты Анна, Аня? — cпросил тихо он.

— Одна «н», я — просто Ана, — прошептала она, вдруг, издалека послышались крики, это был Арон, он подбежал, крикнув: ​

— Папа всё знает, поехали сегодня к нам.

— Вот это да. Арон тут каким боком нарисовался? — расстроился Роберт.

Арон торопливо снял пиджак и накрывплечи, приобнял Ану. Она съежившись, отодвинулась, встала зажалась еще больше, словно мерзнет, медленным шагом ушла в сторону дороги. Не сказав ничего, глаза у неё были, как чёрное стекло, через них даже не проходил свет прожекторов.

Роберт был удивлен встревожен, по дорогедомой. Думал, что же могло произойти? CЭриком не был особо знаком, так пересекались пару раз в общих компаниях. И с чего бы он лез к этой Ане, если там Марина все позволяет, небось сама полезла, вот и получила… У него перед глазами постоянно всплывало её лицо, полное страха и ужаса, этой ночью он не спал, не только он, многие… ​

Утро было туманным и сырым, всю ночь шел дождь. Роберт сидел с головной болью и был молчалив, впрочем, за столом во время завтрака молчали все. Тётка Ирена встревоженная, лишь вдыхала и выдыхала. И по окончанию завтрака предложила Роберту вечером поехать в гости, забрать дочь её друга к ним домой, погостить. Он отказался и поехал заведение, где проходил вчера вечер. Сам незная, чего он хотел там узнать или увидеть, но её там не оказалось ещё два дня, даже администратор Гарик не знал места еенахождения.

Давид узнал по своим каналам, что Гарик тоже не в курсе, где она, вообще, где живёт, он только знает, что она остановилась у дальнихродственников. Это его привело в замешательство, как она может быть девушкой Гарика или ещё, чьей-то и никто не знает, где она живёт. Альберт не давал никаких комментариев, Арон тоже в заведении не появлялся.

Конец июня оказался очень жарким, давно не было таких удушающих дней. Прошло ещё пять дней, каким-то образом тётке удалось убедить Роберта поехать домой к ее другу ипригласить их дочь, хотя бы на прогулку. ​​

Около шести вечера он, нехотя, доехал до их дома. Поприветствовал всех: маму, Cару, Якова. Эмма поднялась наверх за Лизой, Яков позвалкухарку, чтобы та принесла кофе и сладости.

Несколько раз окрикнув, они поняли, что она не услышала. Роберт предложил сам сходить на кухню, позвать её, заодно выпить воды. Он не очень комфортно себя чувствовал у них дома, несмотря на частые визиты. Вошёл на кухню, гдебыл потушен свет, горела только лампа над столешницей. Так как кухня была большой и просторной, он не сразу заметил девушку, которую не увидел изначально. Подумал, что этоодна из подруг Лизы, которых он более-менее знал, медленно подкрался к ней, она была так увлечена чем-то, даже не заметила присутствия человека.