Ани Марика – Нежеланная, или Дар Небес (страница 2)

Учиться и обустраиваться мне пришлось самой. Было сложно. Долгое время я притворялась глухонемой, так как не понимала местных. Ночевала на улице, так как не могла заработать на комнату. Но в моей жизни появилась бабушка Афруза. Возможно, её отправила ко мне Богиня, не знаю, но я ей безмерно благодарна. Дом старушки был на отшибе, весь кособокий и заваленный хламом. Я всегда проходила мимо него в сторону леса, где в последнее время ночевала. Так как в городе патрулировали констебли и всегда прогоняли меня. В одну из безлунных ночей, закончив работу подавальщицей в местном постоялом дворе, я как раз брела в лес. За мной увязались пьяные мужчины, завсегдатаи постоялого двора. Они долго наблюдали за мной и решили, что я лёгкая добыча. Я такой и была. Вот только меня уберегла Афруза. Она выскочила на крыльцо и, громко покрикивая, погнала домой.

Афруза не была доброй и милой старушкой. О нет. Она была требовательна, часто брюзжала и кричала, ненавидела гостей и очень редко куда-то выходила. Но именно она научила меня иномирному языку, читать, писать, вложила в мою блондинистую головушку знания, дала мне кров и одежду. В ответ я старалась стать для неё незаменимой помощницей, делала всю черновую работу по дому, продолжая работать подавальщицей, в свободное время писала книгу.

Книги стали для меня некой отдушиной. В них я пряталась от сурового и незнакомого мира. Уходила с головой в радужные истории, где живёт любовь, где благородные мужчины совершают подвиги ради завоевания сердца дамы. В этом нелёгком деле мне помогал артефакт Афрузы — самопишущее перо. Женщина высмеивала мои начинания, считая, что я занимаюсь ерундой, вместо того чтобы найти нормальную работу или, на худой конец, пойти учиться. Но, главное, не препятствовала. Через год я дописала черновик первой книги и торжественно вручила старушке. Афруза почитала мои каракули, раскритиковала их, напрочь загнав моё желание творить в глубокую депрессию. В тот день она уехала куда-то до самого вечера. Вернулась поздно и вручила мне мешочек с деньгами. На мой вопрос: что это такое? Сказала, что продала мою рукопись одной знакомой и это гонорар. Честно говоря, я не ожидала, что ещё кто-то будет читать мои книги. Но, как оказалось, не только мне не хватает любви светлой и доброй.

Афруза умерла три года назад. А я вновь оказалась на улице, так как в столицу вернулся сын старушки и распродал всё имущество хозяйки. К тому моменту я уволилась из постоялого двора и написала ещё четыре книги. Которые тут же выкупила знакомая старушки, вручив мне гонорары побольше.

На накопленные сбережения я арендовала цветочную лавку с жилым помещением над магазином. И занялась новым бизнесом — цветами. Меня не раз обманывали, кидали на деньги, привозили засохшие или гниющие цветы. Даже приходили местные бандиты, и я вспомнила истории про братков из девяностых, что крышевали мелких бизнесменов за отдельную плату.

Я была в жутко подавленном состоянии, у меня опустились руки. Потратила весь свой гонорар, чтобы наладить цветочный бизнес, и подходил месяц для оплаты аренды. Возможно, я бы так и не смогла воплотить свои задумки в жизнь. Так как одной начинать всё с нуля оказалось непосильной ношей. Но появилась знакомая Афрузы — Мирабелла. Она отыскала меня через полгода после смерти старушки, хорошенько встряхнула и погнала писать очередной шедевр про любовь и принцев. А чтобы я не отлынивала, переехала в соседнюю комнату и решала вопросы с поставщиками.

Миру, как и Афрузу, я считаю посланницами Богини Наит. И благодарю её за этих двух совершенно разных женщин. За прошедшие три года самостоятельной жизни я полностью выкупила цветочную лавку с жилыми помещениями. Точнее сказать, я совладелец, так как Мира — мой партнёр. Она тоже внесла большой вклад в наш бизнес.

Колокольчик на двери приветливо звякнул, ознаменовав приход новых покупателей. Я встрепенулась и нацепила на лицо доброжелательную улыбку. В помещение зашли двое хмурых мужчин, смутно знакомых. Возможно, приходили раньше, вот и запомнились.

— Я тебе говорю, это не поможет, — ворчал один из них, осматривая цветы на витрине.

— Хватит спорить, Радгар, — отвечал второй и, заметив меня, подошёл ближе.

— Вам что-то подсказать?

— Нам нужен мирт, — буркнул он и прищурился, сканируя меня колючим взглядом.

— Белый, жёлтый, красный, чёрный, — тут же показала на розы с длинными стеблями. В этом мире было много земных цветов, вот только названия отличались.

— Скажите, лира, а правда, что мирт считается цветком Наит? — спросил он, продолжая буравить взглядом.

— Да, так говорят, — поёжилась я.

За пять лет никто никогда не вспоминал эту Богиню. Ну кроме меня, конечно же. Весь мир, и мужчины, в частности, забыли и высмеивали её. Поэтому было странно слышать имя Богини из уст этих аристократов.

— А какой именно мирт вы посоветуете? — вклинился второй, отлепившись от витрины.

— Смотря с каким посылом вы делаете дар. Если возлюбленной — красный или белый. Если другу, то жёлтый. Если почившему, то чёрный.

— Бери всё, Орэт, и едем. Путь не близкий, — прервал меня этот второй и небрежно махнул рукой. — Упакуйте всё.

— Как скажете, но это будет стоить…

— Не важно, сколько будет стоить. Поторопитесь! — отрывисто бросил второй.

Закатив глаза, подхватила упаковочную обёртку и ленточки, но меня вновь остановили. Мужчинам ничего не надо, только цветы. Аристократы вышли из лавки и ждали меня возле небольшого закрытого экипажа. Ну и ладно. Сноровисто вынула из больших ваз розы, разбила на несколько букетов, перевязала бечёвкой. Они показали, куда уложить цветы. И хоть бы один помог донести охапки роз. Нет же, руки отвалятся элементарно помочь, лучше будут стоять и курить свои длинные трубки. Ах да, ещё и обсуждать, какая я медлительная.

Закончив перетаскивать цветы в карету, вытерла мокрые руки об фартучек и повернулась к господам. Один из них вынул мешочек с монетами и бросил мне. Даже не успела пересчитать, как они быстро скрылись в экипаже и укатили.

Глава 2

Благодаря двум высокомерным хлыщам решила закрыть лавку чуть раньше. Они сделали дневную выручку, и я немного перевыполнила сегодняшний план. Поэтому с чистой совестью закрыла лавку и заперлась у себя, чтобы добавить немного глав к новой книге. В этом мире мне очень не хватает компьютера или хотя бы пишущей машинки. Так как приходится всё писать пером на бумаге. Но, как я уже сказала, мне помогает самопишущий артефакт Афрузы. Сначала я пишу обычным пером на черновиках, зачёркиваю, добавляю или удаляю, а после зачитываю написанное и артефактом вношу в новую рукопись. Всё равно слишком долгий процесс, и я мечтаю, что когда-нибудь учёные-артефакторы изобретут хоть что-то похожее на пишущую машинку.

До самого вечера я, не отрывая головы, писала, даже добавила в сюжет двух сегодняшних снобов. И совершенно забыла о предстоящем походе. Опомнилась, когда ко мне вломилась Мира.

— Я так и знала! — рявкнула женщина, испугав до икоты. — Это, конечно, похвально. Почитаю, как только отправлю тебя на бал.

— Ба-а-л, — простонала я, вспомнив.

— Вот-вот, — поддакнула женщина и унеслась в свою комнату. Правда, потом вернулась, вырвала из рук перо и опять унеслась. Эта дама знает меня слишком хорошо.

Соскочив с насиженного места, побежала за ней. В моём гардеробе не было красивых выходных платьев. Так как я, кроме ярмарок по большим праздникам, никуда не ходила. Некогда мне было развлекаться. Крутиться приходилось как белка в колесе, чтобы не оказаться на задворках нашего королевства без гроша за душой.

— Вот этот цвет подходит к твоим глазам, — вырвала меня из собственных мыслей Мира, протягивая вешалку с насыщенно-голубым платьем.

— Какая красота! — восхитилась я, трогая атласную ткань.

— Примерь, пока туфли найду.

Я унеслась к себе и, быстро скинув своё платье, влезла в новое. Вырез был слишком глубокий, такое не носила лет пять минимум. Но чашечки плотно обхватили и приподняли небольшую грудь. А к низу юбка струилась волнами. Мира зашла ко мне и прижала к груди белые туфли на высоком каблуке.

— Наталья, ты прекрасна! — торжественно заявила женщина и протянула мне обувку.

— Благодаря моей фее-крёстной, — смущённо хихикнула я и быстро вдела ножки в туфли. Каблуки тоже не носила очень давно и, кажется, разучилась ходить на них.

— У меня есть серьги и кулон. Сейчас, — Мира опять сбежала, а я присела на пуфик, разглядывая себя.

С внешностью мне действительно повезло. Я была натуральной блондинкой, светлокожей и миниатюрной. Первое время меня даже принимали за подростка. У меня большие серо-зелёные глаза, прямой небольшой нос, высокий лоб, пухлые губы и округлый подбородок. Густые и волнистые волосы — моя гордость. Раньше, ещё до попадания, у меня было плохое зрение, и я носила очки. Мода у нас на Земле была: круглые большие очки на пол-лица. Вот и я в таких ходила, сиреневых ещё, чтобы от моды не отставать. Но то ли это бонус от попадания, то ли Богиня постаралась, но со временем зрение улучшилось, и очки мне стали не нужны.

— Примерь-ка, — ко мне вернулась подруга и протянула драгоценный комплект.

— Ты и вправду моя фея-крёстная! — выдохнула я, надевая серёжки-капельки с белым драгоценным камнем.