Ани Марика – ( Не) Любимая жена (страница 10)
- Я куплю тебя сам, дикарка! – пообещал он очень тихо и, выпрямившись, отошёл.
Стёрла ладонью кровь и слюни с губ и отбила руку здоровяка, когда он попытался вытряхнуть меня из кресла. Меня всё же вытащили за подмышки и усадили на траву возле костра. Нам с Тарикой вручили тарелки с жареным мясом и разошлись по периметру осматриваться.
- Ты говорила, продажа женщин незаконна? – прошептала я, вгрызаясь в мягкое мясо. – Когда нас повезут на аукцион, нужно устроить шумиху, кричать и звать на помощь. Возможно, нагааты вмешаются и спасут, как думаешь?
- Можно попробовать, – кивнула Тарика.
До самого вечера мы сидели у опушки каменного леса, разбойники не обращали на нас внимания и ходили по границам, прислушиваясь к шорохам и звукам. Я устала сидеть в одной позе и плюхнулась на спину. Хотелось кричать от несправедливости. Убежать от одних мучителей и попасть к другим. Где же я так согрешила-то? Да, бабушек не переводила через дорогу, кошек не подбирала. Но ведь и дурного не делала!
На закате вернулся главарь на машине. Он кинул в нашу сторону два платья и приказал одеваться. Отказалась и получила обещание, что он меня прилюдно разденет и сам оденет, если я не потороплюсь. Не стала искушать судьбу. Тарика помогла надеть это розовое безумие. Платье было вульгарным: длинное, но с разрезом до самого бедра, на лямочках, и лиф почти ничего не скрывал. Мне стало зябко в этом наряде, помощница накинула на плечи пледик, чтобы я не замёрзла раньше времени. У моей помощницы наряд был более скромный, тоже на лямках, но всё закрыто и скромно. Что за несправедливость!
- Сажай её в машину, коляску сожги, – приказал главарь.
- Нет! – воскликнула я, цепляясь за свой транспорт. Но кресло выдернули из рук и бросили на разгорающийся костёр. А меня подхватили на руки и усадили на скамью авто. Я сцепила зубы, сжала кулаки до кровавых отметин от ногтей. И приказала себе не плакать. Не давать повода. Быть сильной.
Тарику проводили к машине и посадили рядом. Напротив нас сел главарь. Он нажал на какой-то рычажок, со спины выехала крыша, по бокам появились стёкла, и вся эта конструкция закрыла нас. Разбойник усмехнулся и стукнул по потолку, машина пришла в движение.
Как только мы въехали в город, я подняла крик, стучала по матовому стеклу, но эффекта никакого не добилась. На нас никто не обращал внимания, а мужчина напротив лишь паскудно улыбался, наблюдая за нашими манипуляциями.
До места проведения аукциона мы добрались лишь вечером. Тарику забрали два бугая, а главарь подхватил меня на руки.
- Надеюсь, тебе спится хорошо, – прошипела я убийственно, прикрывая грудь от наглых взглядов.
- На мягкой перине и под тёплом одеялом, – мурлыкнул мерзавец. – Скоро сама убедишься в этом.
- Упаси бог! – фыркнула и отвернулась.
Мы зашли в полутёмное прокуренное помещение, зрительный зал отделялся бархатным занавесом, а на сцене выстраивали лот. Девушек было довольно много, около пятнадцати-восемнадцати человек. Они все были одеты красиво, некоторые с предвкушением ждали начало аукциона, некоторые жались друг к другу. Всего было три группы девушек по четыре-пять человек. Тарику отправили к одной из групп, а меня посадили на стол.
Глава 8. Змей, который купил меня.
- У нас всё по плану, почему ты вышел на связь? – сурово спросил я лучшего друга, осматривая периметр клуба, где проводили незаконный аукцион.
- Хотел проверить: в зале ли ты, – усмехнулся он и выглянул из-за сцены.
- Проверил? А теперь не засоряй эфир! – тихо рявкнул я и отключился.
Находиться в этом клоповнике было невозможно, воздух пропитан дешёвым алкоголем, потными телами и страхом. Страхом бедняжек, ждущих свою судьбу. Ещё этот артефакт иллюзий постоянно барахлил, искажая проекцию, приходилось контролировать мимику.
Друг вышел из-за ширмы и занял один из диванов, принадлежащих Барону. Именно его мы в этот вечер ловили. Эта операция длилась почти полгода. Больше четырех месяцев мы внедряли Икера в окружение Барона. Через что только не прошёл мой напарник, но в итоге добился своего – стал одним из наёмников торговца живым товаром. Осталось дождаться всех покупателей и самого Барона. Операция будет закрыта, женщины вернутся к своей семье, если захотят.
- Барон в здании, – ментально доложил один из разведчиков.
Икер развернулся и посмотрел прямо на меня. Через секунду занавес поднялась, перевёл взгляд на сцену и уставился в бездонные зелёные глаза девушки, сидящей на столе. Она смотрела прямо на меня, чуть приоткрыв рот, и держалась за край столешницы.
Конферансье начал приветственную часть этого вечера, я практически его не слушал, смотрел на девушку.
- Клуб забит, двери заблокированы. Ждём команды, - отрапортовал один из оперативников.
Девушка нарушила зрительный контакт и посмотрела на женщину, которую вывели первой. Она всем корпусом подалась к ней и закусила губу. Опять посмотрела в зал, её взгляд забегал по существам и остановился на Икере.
Конферансье вернул женщину и вывел вторую участницу. Девушка слегка расслабилась и больше не реагировала на слова ведущего. Продолжала осматривать публику и иногда возвращалась взглядом ко мне.
Мужчина озвучил всех, кроме неё. Он медленно подошёл к её столу, поправил её волосы, оголяя плечо, девушка дёрнулась, зло смотря на конферансье.
- И, наконец, последний лот – леди из Фестельхейма. Всем прекрасна, один в ней недостаток – бесплодна. Но и сбежать от вас, господа, эта леди не сможет. Ниже пояса парализована.
Пока ведущий озвучивал её данные, девушка злилась, тяжело дышала, но ни разу не опустила глаза.
- Начальная цена – двести тысяч сентим.
Конферансье начал с неё и отошёл к трибуне. Желающих оказалось слишком много, в их числе был и Икер, чем неимоверно злил меня. Цифра поднялась до шестисот тысяч. Не выдержав, я поднялся и громогласно рявкнул:
- Один миллион сентим!
Зал замолк, в мою сторону повернулся Барон и ощерился. Обрадованный ведущий готов был стукнуть молотком, но ставку перебили.
- Полтора миллиона сентим, – лениво протянул Икер, хозяин мероприятия хлопнул моего лучшего работника по плечам и что-то зашептал.
- Три миллиона! – грубо поставил точку, смотря прямо в глаза Барону. Он повернулся к сцене, осмотрел сидящую девушку и кивнул.
- Продано! – воскликнул конферансье.
На сцену вышли двое мужчин, подхватили за подмышки сидящую и притащили к моему столику. Расплатившись, взял на руки парализованную и двинулся на выход. Девушка смирно лежала, лишь прикрывала грудь и злобно смотрела. Посадил её в машину и вновь скрылся в стенах клуба. Нам нужно было дожать всех покупателей Барона. Половина из присутствующих были подставные или наёмные работники. Чтобы поймать всех, нужно отследить их денежные операции, а для этого нужно дождаться окончание аукциона.
Примерно через полтора часа это мероприятие подошло к концу. Мои Тени установили все счета, откуда поступили деньги на покупку женщин, и я дал добро на захват.
Икер сорвал с шеи артефакт и молниеносно вырезал всю охрану Барона, прижимая продавца к дивану и заковывая в кандалы. Я не стал снимать личину, не хотел, чтобы моё имя было связано с торговлей женщин. Если перед отцом-императором можно было отчитаться, то матушка-императрица не простит того, что я участвовал в незаконной торговле.
В ходе операции пришлось заляпать кровью костюмчик и повредить артефакт. Из-за этого моё лицо перекосило в разные стороны, и я выглядел довольно устрашающе даже для самого себя.
Закончив со всем, отдал приказ сворачиваться, оставив Икера заниматься с похищенными, и вышел из клуба. Девушка, увидев меня, слегка побледнела, но ни один мускул не дёрнулся на её лице.
- Слушай, отдай мне строптивицу? – ко мне подскочил Икер.
Развернулся, закрывая обзор, и притянул за грудки.
- Это женщина, Икер. Её похитили, привели сюда и продали как вещь!
- Что скажет твоя мама, узнай она, что у тебя живёт невольница? Она откажется от тебя и вышлет из империи! – надавил Икер. – Или ты планируешь её отпустить? Тогда лучше сразу убивай, пока нечистые на руку не пленили снова. Она не выживет одна. Я же дам ей защиту. Слово чести, никакого принуждения.
- Если она согласится уйти с тобой, отпущу, – нехотя согласился я.
- Утром приду, приоденусь под стать герцогине, – хмыкнул Икер и ретировался.
Покосился на сидящую в машине девушку. Неужели герцогиня? Её же искать начнут. Нужно попросить советника отца связаться с Фестельхеймом. Всю дорогу до дома девушка была молчалива, смотрела только вперед и не издала ни звука. Возле дома открыл дверь машины, опять подхватил на руки и зашёл в свой замок. Из необычного: мне нравилось нести её на руках, ощущать её грудное дыхание, чувствовать тяжёлый изучающий взгляд и лёгкую дрожь.
Вышедший на встречу слуга объявил о накрытом столе. Приказал добавить приборы и последовал за ним. В гостиной усадил за стол свою ношу. Она на руках подтянулась и схватилась за столовый нож.
- Меня зовут Арно, – представился и, забыв о мороке, улыбнулся.
Девушка сцепила зубы и сжала сильнее нож. Сорвал с шеи амулет, снимая личину, брови моей гостьи взметнулись ко лбу. Она пробежалась по мне заинтересованным взглядом и остановилась на хвосте. Наша конечность пугает многих человечек, но не её.