Ани Марика – Измена. Я ее не брошу (страница 11)

Мужчины замолкают, повисает напряженная пауза. Саид опускается на корточки, за подбородок поднимает голову, в глаза смотрит.

— Ты так быстро ворвался, торопил, я не успела сказать, — проглатываю окончания, губы сухие облизываю. — Я потеряла ребенка.

Нет, не плачу. Слёз нет. Опустошённая полностью. В чёрные глаза мужчины смотрю пристально.

Саид гладит большим пальцем по щеке, сводит хмуро брови на переносице. Злится. Незнакомец же матерится грозно. Разворачивается и зовёт медперсонал.

Как только он пропадает из виду, Саид на руки подхватывает и подводит к окну. Судорожно цепляюсь за плечи, не зная, что он задумал. Распахнув одну створку, мужчина помогает мне спуститься, благо первый этаж. Следом прыгает сам и вновь поднимает.

— Ты соврала? — спрашивает тихо, быстрым шагом двигаясь в сторону парковки. Молчу. Не доверяю. Он ведь может передумать. — Лучше бы это было правдой, малышка. Твоя жизнь намного облегчилась бы.

— Зачем вам мой ребенок?

— Он Асланов, — отвечает Саид и жмёт на пульт, дистанционно заводя машину.

— Я все равно не понимаю.

— Мой отец долгие годы жаждет получить империю Асланова в свои руки. С Дамиром у него не получилось это сделать. Даже женив его на Динаре, отец не смог добиться своего. После смерти Дамира все его активы перейдут к наследнику.

— Но ведь Динара беременна. И она его жена. А ты ее брат… Вы… — опять проглатываю буквы и немею. Дурацкий мозг подводит, когда сильно волнуюсь и нервничаю.

Мы подходим к чёрному внедорожнику. Закусываю губу, чувствуя очередное дежавю. Поднимаю голову, сталкиваясь с чёрными как ночь глазами Саида, и вспоминаю последнее событие, отправившее меня в кому. Его. Того, кто сидел в похожем на этот джипе, что ехал на скорости целенаправленно на меня.

— Ты… Ты был в той машине! — задыхаюсь от накативших воспоминаний и ужаса. — Ты сидел рядом с Динарой и не остановил… Пусти меня! Отпусти! Вы хотели избавиться от меня и от ещё одного наследника, так? Чтобы чёртовы деньги достались твоей сестре и её ребенку⁈

— Не истери! — рявкает Саид, слегка встряхнув, и сажает на переднее сидение. — Я исправлю то, что сделала Динара.

— Вернешь мне память, здоровье, целые кости и не поврежденный мозг? Я ведь ушла от него. Я ведь не претендовала и отступила, как только узнала! И про ребенка не знала, но даже сейчас не претендую на эти деньги и активы. Мне ничего не нужно от него… от вас! За что вы так? — бессвязная речь превращается в рыдания.

Я отворачиваюсь от Саида, скукоживаюсь вся в этом кресле. Мужчина ничего не говорит, молча пристёгивает ремень безопасности, и мы в спешке уезжаем из очередной клиники. Вливаемся в поток машин на широкой магистрали.

Первую остановку делаем на заправке. Саид уходит в магазин, пока нам заправляют полный бак. Возвращается с водой и булочками.

— Ешь. Лекарства пора принимать. Будешь капризничать — насильно заставлю! — предупреждает, когда я обиженно отворачиваюсь от него.

Приходится нехотя подчиниться.

После скудного завтрака получаю порцию пилюль и один укол в плечо. Нужно в ягодичную мышцу, вообще-то. Но оголяться перед этим типом нет никакого желания.

Заправившись, перекусив и облегчившись, мы снова едем. Судя по всему, выезжаем из города и страны. Телефон Саида вибрирует не переставая, в какой-то момент он его даже выбрасывает в окно. Я не понимаю его мотивов. Не понимаю, зачем мы поженились. Вообще ничего не понимаю. А мужчина не торопиться отвечать.

— Скажи хотя бы, куда мы едем, — вздыхаю, подтягиваясь сидя. Всё тело затекло уже. В дороге пролетело часов пять, если не больше.

— В безопасное место, — бурчит Саид, кидая предупреждающе-суровые взгляды.

— И ты меня будешь там держать, пока я не рожу?

— Так всё-таки никакого выкидыша не было? — хмыкает бугай, а после резко тормозит, отчего я дергаюсь вперёд, благо ремень безопасности не даёт вписаться лбом в торпедку. Саид ко мне разворачивается, за фиксатор держит, нависает, грозно полыхая чёрными очами. — Если ты только подумаешь о том, чтобы избавиться от ребенка, я тебя сам задушу. Вот этими вот руками шейку сверну, поняла⁈

— Я и не думала об этом, — лепечу, облизнув губы.

Саид буравит ещё минуту своим фирменным злым взглядом, кивает сам себе и заводит машину. Решаю больше не лезть к нему с разговорами. Подгибаю под себя ноги, лбом прижимаюсь к стеклу, рассматривая пейзаж. И постепенно засыпаю.

Поздней ночью просыпаюсь от лёгкой встряски. Это Саид меня на руки опять берет.

— Мы приехали? — хриплю, сонно моргая и вертя головой. Только из-за кромешной темени ничего не разглядеть.

— Приехали, стой здесь и жди, — бурчит Саид, опускает на землю и забирает из багажника вещи.

С любопытством вытягиваю шею, вроде бы убегали с одной наплечной сумкой, а тут мужчина вытаскивает несколько коробок, пакетов. Подхожу ближе и заглядываю в один из них. Хирургические и медицинские инструменты, одноразовый расходный материал, какие-то лекарства. Страшно становится. Это ведь не для меня? Правда?

— Я тебе что велел! — рявкает бугай, резковато перехватывая пакет.

— Зачем тебе это всё? — вскидываю голову, насколько фиксатор позволяет.

— Попросили привезти. Двигай давай ножками, — приказывает, подбородком указывая направление.

Поджимаю губы и, развернувшись, иду. Стараюсь смотреть под ноги и не споткнуться. А то ж Саид точно разозлится и прибьёт самолично такую хлопотную жену.

Мы добираемся до домика, спрятанного на окраине деревни. Замедляюсь, так как замечаю свет в окнах. Правда, Саид не даёт отстать, пихает в спину, заставляя подняться по кривым ступеням, и стучит ногой.

Дверь со скрипом распахивается. Яркий свет из прихожей бьёт по глазам, ослепляя. Жмурюсь, немного пячусь, упираясь в широкую грудь Саида, так как открывший очень близко стоит. Голову задираю и, покачнувшись, оседаю.

Глава 15

Дамир

Она девочка-беда. Девочка-проблема. Девочка, которую я не должен был пачкать своей тьмой. Не должен был вовлекать в свой мир. Но, окунувшись единожды в её яркие, жизнерадостные, вкусные эмоции, подсел окончательно. С каждым разом мне было мало её. Я словно одержимый приходил за дозой. Насыщался ею, напитывался. И казалось, она очищает меня, согревает, жизнь вдыхает.

Ни с одной женщиной, ни с одной любовницей я не жил вместе. Да, снимал или покупал квартиры для них. Но максимум оставался на ночь. С Никой же всё было по-другому. Она на скорости влетела в меня, впечаталась. На максимум выкрутила всю душу, наизнанку всего меня перевернула, въелась под кожу, слилась с ДНК.

Стала той, ради кого я спешил домой. Той, кого я баловал. И той, ради кого готов променять весь мир вместе со свободой.

— Дамир, — шепчет бледная блондинка с глубокими синяками под глазами, фиксатором на шее, в безликой одежде.

Будто в размерах уменьшается. Душу разъедает своим потухшим, испуганным взглядом. Покачнувшись, оседает, успеваю подхватить обмякшую малышку. К груди прижимаю и перевожу взгляд на Саида.

— На умирающего ты не похож, — мрачно цедит он.

Оставляю его реплику без внимания. Несу свою ношу в комнату. Тяжело даются эти несколько метров. Осторожно укладываю на скрипучий диван и устало падаю на соседнее кресло.

— Хвоста не было? — спрашиваю, срывая рубашку, причиняющую дискомфорт и боль.

— Нет, — Саид раскладывает на журнальный столик медицинские приблуды. — Кто тебя штопать будет?

— Сейчас Ренат привезет хирурга, — морщусь, трогая раскрывшуюся рану на боку.

— Не хило тебя зацепило, — присвистывает шурин, осматривая. — Но лучше прикройся. Ника больно уж впечатлительная.

Высказав своё ценное мнение, Саид уходит во двор курить и встречать Рената с врачом. А я теряю связь с реальностью, прикипев взглядом к бледной, хрупкой моей Нике.

Кое-как остановив очередное кровотечение и заклеив раны пластырем, набрасываю на себя рубашку и сажусь рядом. По волосам глажу, любуюсь. Больше двух месяцев прошло, и я её всё-таки нашёл.

Ника просыпается слишком резко. Вздрагивает, таращится широко распахнутыми глазами и, дёрнувшись, отсаживается.

— Здравствуй, Вероника, — стараюсь подавить непрошенную злость на всех, кто довёл её до такого состояния.

— Возвращайся к беременной жене, — у Ники голос дрожит, язык заплетается и буквы теряются. Явные проблемы с дикцией.

Дьявол! Ничего не осталось от девчонки, которая дарила нежность и ласку. Короткими поцелуями будила по утрам. Жмурилась, прижимаясь щекой к ладони. Завтраки вкусные готовила в одном белье и танцевала под заводную музыку. Крутилась по дому, уют создавая, и мордашки на запотевших окнах да зеркалах рисовала. И меня убивает осознание, что я причастен к этому.

— Ты обещала ждать меня, — каждое слово горло царапает. — Всегда, Беда.

В зеленых глазах вспыхивает злость. Хоть какая-то новая эмоция. Она открывает рот и тут же закрывает. Это какая-то психологическая проблема или последствия аварии? Но я вижу, что ей говорить тяжело.

— Молчи, просто молчи, — требую, сам к ней двигаясь, запирая. Она кулаками упирается в грудь. Дышит злобно, словно загнанный зверёк. По глазам вижу, хочет высказаться. И сама злится, что не может.

Притягиваю за руки и обнимаю, впечатывая в себя. Ника сразу же трепыхается, корпусом дёргает, бьёт, отталкивает и корябает. Раны задевает так, что рубашка опять пропитывается очередным кровотечением. Сколько во мне этой крови? Почти всю потерял, пока добирался до сюда. Но плевать, я держу её крепко. Не отпущу. Она моя. Она для меня.