Анхель Блэк – Ордо Юниус (страница 4)

– Хватит. Как будто вас интересовали люди, когда вы отказались мне помогать во времена Инкурсии, – подал голос Грейден, который все это время молча следил за двумя Мастерами. – Давайте пока оставим эту тему. Думаю, на сегодня с нас хватит откровений.

Когда история была рассказана, а ответы получены, Грей обернулся через плечо, поднимая глаза на Фергуса. Тот практически уселся на подлокотник, нарушая личное пространство Мастера, но, опять же, к Греху он не чувствовал такого отторжения, как к людям.

Поймав вопрошающий взгляд Мастера, Фергус чуть улыбнулся, сверкнул в полумраке зелеными глазами и ответил:

– Он не врет.

Грейден кивнул и снова посмотрел на Алоизаса. Он пока не доверял северянину и не хотел, чтобы Хайнц мог в любой момент прийти к ним по одному лишь зову бывшего куратора.

– А что, Грехи видят лжецов насквозь? – с издевкой спросил Кейран, не желая униматься.

Грейден тяжело вздохнул, ощущая, как напрягся сбоку Фергус. От его вспыхнувшей злости встали дыбом волоски на затылке, но Мастер продолжал сидеть, сохраняя внешнее спокойствие. Он почувствовал, как Фергус изящно поднялся, забирая свое тепло и запах с собой, весь вытянулся и уже открыл было рот, чтобы начать ругаться. Мастер решил остановить его жестом и сам ответил Кейрану:

– Грехи умеют чувствовать эмоции человека, а также различать, когда люди врут или говорят правду, в силу чего обмануть это существо практически невозможно. Глоссарий Физического мира, страница двести сорок пять, глава двенадцать.

Все резко приковали внимание к Грейдену. Тот подавил в себе неприятную дрожь, расслабленно откинулся на спинку и постучал пальцем по набалдашнику трости.

– Мы изучали это еще на первом году обучения. Поэтому я и сказал Фергусу сосредоточиться на Алоизасе.

– Премного благодарен за столь обширные познания нашего вида, – тут же заулыбался Фергус и изящно склонился, прислонив руку к груди, как настоящий джентльмен.

Кейрана на диване всего перекосило от негодования, он метнулся взглядом от Греха к Грею и обратно, а затем пораженно выдохнул:

– Спелись.

– Вы как вчера родились, Мастер Монтгомери, – фыркнул Грей.

– Я знаю Глоссарий. Но где гарантия, что он не обманывает нас? – Кейран недовольно поморщился, поправляя очки.

Грей глубоко вдохнул и тяжело выдохнул. Он знал, что Кейран все еще враждебно настроен к Фергусу, знал, что в любой непонятной ситуации он первым станет подозревать самое темное существо среди них, но никак не мог придумать, как убедить его в обратном.

Грейден чувствовал Фергуса «своим». Не в плане, что он принадлежал ему, нет. Но их отношения вышли на тот уровень, когда Мастер с уверенностью мог сказать, что доверит ему свою жизнь. Он слишком много видел. Грех всегда бросался наперекор всему его защищать, Грей был не слепой. Мастер не чувствовал от него опасности в отношении себя, но другое дело остальные.

Грей искоса посмотрел на злобно осклабившегося Фергуса, полыхавшего от гнева. Он напоминал сейчас разъяренного, рычащего пса, и только Грей мог успокоить его. Другие в глазах Фергуса явно стояли где-то ниже по значимости и наверняка чувствовали себя рядом с ним неуютно.

– Позвольте, – неожиданно подняла руку Мейбл. Ее щека все еще была припухшей, синяк медленно переходил из багрового в желтушный благодаря огромному слою мази. – Не хочу показаться слишком наглой, джентльмены, но этот Грех спас меня в тюрьме. Поэтому не думаю, что он врет.

– Милая, он нальет в уши меду, только дай ему повод, – фыркнул Кейран, но заметно смягчился.

– О, Монтгомери, если бы я хотел вас всех обмануть, я бы не стал ради этого позволять вонючим мужланам тыкать меня лицом в обоссаный пол, – не выдержал Фергус.

– Фу, это было ужасно. – Мейбл сглотнула подступившую тошноту.

– Хватит. Тема закрыта, – вклинился Грей, постукивая пальцем по трости.

Алоизас выдохнул, расслабился в кресле и снова подал голос:

– Хочу добавить на случай, если у вас еще остались какие-то подозрения…

– Можешь в этом не сомневаться, молодой человек, – вставил Кейран, но северянин предпочел проигнорировать его слова.

– Мой призыв был разовой акцией. – Он задрал рукав рубашки и продемонстрировал чистое предплечье, где еще пару дней назад красовалась метка в виде птичьего черепа. – Больше Хайнца я призвать не смогу.

– У меня есть еще вопрос. – Йель поднял руку, словно находился сейчас на занятиях. Когда все посмотрели на него, он сел ровнее, убрал заколку Кейрана, которую до этого вертел в руках, и продолжил: – Почему ты не призвал Пернатого раньше? Чтобы найти своего брата? Ну и, думаю, ты сразу понял, какое пропащее местечко этот Теневаль, когда попал туда, и можно было не ждать нас столько времени, чтобы выбраться. – Он посмотрел на Алоизаса.

– Потому что я не был уверен, что это сработает, – ответил северянин.

– То есть, когда ты призывал его, ты даже не знал, придет ли он? Мы могли остаться подыхать там под забором, бес его дери! – возмутился Кейран.

– Это была импровизация, ха-ха, – Алоизас виновато посмеялся, снова покрываясь румянцем. – На самом деле я боялся, что Хайнца либо нет в живых, либо он сошел с ума, как все существа после Инкурсии. Вы же видели, что вокруг творится. Где гарантия, что Грехи останутся адекватными в такое время? В одиночку я бы не справился с обезумевшим Грехом, а с вами наши шансы были больше. У нас вместе было три Мастера, Цзунари и Грех – простите, миледи, вы были столь изранены, что мне показалось, у вас не осталось сил, – тут же извинился перед Мейбл Алоизас.

– Всё в порядке, – быстро ответила девушка.

– Нам повезло, что это сработало, – закончил Алоизас.

– Но я все еще не понимаю, почему Хайнц помог. – Фергус заметно успокоился и снова опустился на подлокотник кресла Грея. – Когда он помогал мне, содрал в ответ три шкуры.

– Может, потому, что Алоизас хотя бы выглядел как приличный джентльмен, – не удержался от шпильки Кейран.

– Это чем это я не джентльмен?

– Ну, точно не в этой одежде. Ты только посмотри на эти облегающие брюки и корсет! Это же вульгарщина! – Кейран повернулся к Грею, будто тот был его родитель и должен велеть ему переодеться.

– Вульгарщина – это ваша черепаховая оправа на очках, которая была в моде лет сто назад, – фыркнул Фергус.

– Может, потому, что это очки моей молодости?

– Создатель, теперь понятно, откуда столько песка. – Фергус показательно огляделся вокруг.

– Никакого уважения к старшим! – возмутился Кейран. Его красивое лицо покрылось красными пятнами от гнева и смущения.

– Может, потому, что старше тут я? Или потому, что от вас уважения уж точно не дождешься?

– Ты Грех, почему я должен тебя уважать?

– Потому что можно не говнючиться только из-за того, что я иного рода, а посмотреть дальше своего длинного носа, – плескал ядом Фергус.

– Нормальный у Мастера нос! – возмутился Йель.

– Создатель, не припомню, чтобы я брал билеты в цирк. – Грей закатил глаза, затем оперся на трость и поднялся с кресла. – Я на балкон. Душно.

На небольшом балкончике гул голосов за спиной стал слышен гораздо тише. Грей оперся спиной о кирпичную стену, выдыхая от напряжения. Ему ужасно хотелось уже со всем закончить и вернуться в свою квартиру в столице, где не будет каждый день толпы людей, перекрикивающих друг друга. А еще ему ужасно хотелось поговорить с Фергусом с глазу на глаз и спросить о его странном поведении, но с тех пор, как они выбрались, вокруг них постоянно кто-то был.

Грей подумал о том, как комфортно было им вдвоем, и тут же вспыхнул от этой мысли, злясь на самого себя.

– Не думала, что они могут так цапаться. – Голос Мейбл не удивил его, он слышал ее шаги.

– Они и до этого устраивали бесплатные шоу, – хмыкнул Грей.

– Не возражаете? – Девушка указала на место рядом с Греем.

Мастер молча кивнул в ответ, и ведьма расслабилась, облокотившись на чугунные перила.

– Хочу, чтобы вы знали. Алоизас помогал ребятам как мог, когда нас разделили. Так что не думаю, что он плохой человек, – тихо сказала Мейбл.

– Не сочтите за грубость, мисс, но не всегда добрые поступки бескорыстны. Джейкоб тоже казался хорошим.

– Джейкоб не казался мне хорошим, – поморщилась Мейбл. – Просто… Я не знала, что еще делать, оказавшись в чужой стране. И я не думала, что в мире может существовать нечто подобное Теневалю.

– До Запретных земель не доходила Инкурсия? – Грей чуть повернул голову в ее сторону. Мейбл нервно покусала губы и уставилась вниз, на проезжающий дилижанс. Теплый ветер растрепал ее каштановые пряди, и Грею что-то неуловимо показалось в ней знакомым, до колючей боли между ребрами.

– Доходила. Только это было не так, как в Равталии или Гелид-Монте. Мы не видели Их. Ведьмы и Охотники чувствовали, как погибает природа и покидают мир Божества. Будто энергия жизни утекает в землю, как вода в решете. – Мейбл грустно улыбнулась.

– Что же заставило вас с братом бежать из более-менее безопасного места? – Грей искренне удивился.

– Потому что люди оказались пострашнее Их, – тихо посмеялась Мейбл, а затем осеклась. – В Фордене есть поверье, что раз в сотню лет рождается женщина, которая может выносить проклятого ребенка. Я вообще-то не собиралась становиться матерью, но…

Мейбл задрала рукав рубашки, расстегнув манжету, и показала Грею россыпь родинок на тонкой бледной коже. Они терялись среди царапин и гематом, но Грейден все равно смог понять, что соединялись эти родинки едва заметными, словно прорисованными, линиями в шестиконечную звезду.