Анхель Блэк – Ордо Юниус (страница 19)
– Ладно, – сдалась Шерил, обхватив собственные локти. – И как мы туда попадем?
– Вот так. – Джек подошел к дереву, растущему очень близко к забору. Оно кривилось в сторону дворца, и его ветвистый ствол нависал прямо над острыми пиками забора.
Невольно Шерил подумала о том, что, если упасть на эти пики сверху, можно покалечиться.
– Справишься, трусишка Ривс? – насмешливо выгнул бровь Джек.
– Смотри и учись, – фыркнула Шерил. – Отойдите оба, я все-таки леди в юбке.
«Которая сейчас полезет через забор», – усмехнулся Эден. Они послушно отошли так, чтобы Шерил могла свободно лезть и не бояться ничего продемонстрировать.
Девушка еще раз огляделась: в этой части парка не было ни души, все старательно обходили это место стороной, так что можно было не опасаться быть замеченной.
Но она все равно ощущала себя преступницей, казалось, что весь город уже знает о ее поступке.
Шерил закатала рукава хлопковой рубашки, схватилась за нижние ветви и ловко подтянулась.
Монтгомери похвалил их физическую подготовку, когда только начинал обучение. Сказал, что они не такие нежные хлебные мякиши, как он думал. Шерил про себя фыркнула, ловко перелезая с ветки на ветку: их жизнь с братом никогда не была спокойной. Сначала они прятались на дереве во дворе в первом приюте, потом убегали из того кошмара, куда их определили во времена Инкурсии. Они с самого детства сражались сами за себя, поэтому никак не могли быть «мякишами».
Шерил свесилась с ветвей с другой стороны, немного повисла, опускаясь медленно вниз, и затем спрыгнула. На ладонях остались буро-зеленые следы от листьев и ветвей, пряно пахнущих корой и зеленью.
– Видел? – самодовольно усмехнулась Шерил, подбоченившись.
Эден беззвучно засмеялся, ладонью поднял Джеку подбородок, захлопывая рот, а потом демонстративно пошел к дереву.
«Небось думал, что мы оба по деревьям в жизни не лазали», – прожестикулировав, он удобно зацепился за ветви и в несколько сильных движений забрался наверх. Эден не обладал мощной мускулатурой, как Джек, но он был крепким, жилистым и подтянутым. И всегда наслаждался тем, что из-за одежды большего размера и свободного кроя его заведомо считали задохликом, а потом получали тумаки от «глухонемого рохли».
Эден Ривс никому не давал обижать свою сестру.
– Ты там остаешься ворон считать, Салливан? – Шерил обхватила брата за шею одной рукой, повисла на нем и издевательски улыбнулась.
Джек весь покраснел, насупился:
– А ныли-то всю дорогу, как паиньки! Вот так бы сразу!
Сердито сопя, он тоже полез на дерево, и его болтающиеся подтяжки опасно хлестнули по пикам.
«Осторожнее, а то мотню порвешь», – сообщил Эден.
Шерил озвучила это Джеку и расхохоталась, зажав рот кулаком.
– Не порву!
Он ловко спрыгнул на землю, отряхнул руки и гордо вздернул подбородок.
Когда они втроем повернулись лицом ко дворцу, а спиной к ограде, веселье кончилось.
Дворец императора возвышался перед ними, словно огромное чудовище. Его слепые, кое-где выбитые окна таращились на них в немом вопросе; со стороны заброшенного сада пронесся ветер и обдал их многолетней пылью.
Шерил почувствовала в нем запах заплесневелых стен, как будто перед ними стоял склеп.
– Пошли? – тихо спросил Джек.
– Пошли. – Шерил взяла Эдена за руку, и они двинулись вперед.
Стояла непривычная тишина. Шерил понимала умом, что рядом с дворцом никто не желал ни жить, ни просто находиться, но ей все равно было жутко. Как будто все звуки резко исчезли.
Она невольно украдкой посмотрела на Эдена – тот жил в такой тишине всю жизнь.
– Что-то даже птицы не поют, – тихо произнес Джек.
– Может, чувствуют здесь барьер, – ответила Шерил, оглядываясь. Под их ботинками тихо шелестели высохшие на солнце прошлогодние листья, проросшая сквозь каменную кладку тропинки трава и сухие ветки.
Несмотря на середину лета, яркое солнце и безоблачное небо, возле дворца все выглядело мрачным, серым и тоскливым. Зелень на обросших кустах была мутная, темная, без здорового глянца, некоторые деревья так и остались сухими, безжизненными, как во времена Инкурсии. Их голые обломанные ветки тянулись ввысь, к помрачневшему над этим местом небу.
Шерил когда-то читала о том, что в местах, пропитанных горем, солнце не светит. Если на местности случалась большая трагедия, наполненная чужой болью, страданиями и злобой, то это привлекало Мир Теней, и он присасывался к этому месту, точно пиявка. Лишь Мастера могли очистить такую территорию, а до той поры там могли питаться Грехи.
В таких же местах они и появлялись.
Еще они с Эденом видели рисунки прекрасного сада императора. Над ним трудились лучшие ландшафтные художники, архитекторы и садовники. Это была гордость Тэйлии, одна из главных достопримечательностей, вход в которую был доступен лишь избранным.
Сейчас это место было далеко не таким прекрасным. Сад оброс сорняками, стал неряшливым и неприветливым, повсюду ржавыми пятнами торчали пучки сухих трав, мертвых кустов и лоз дикого винограда. Изящные статуи людей и Божеств изошли трещинами, покрылись зелено-желтым узором из мха и лишайника. Некоторые лежали каменным крошевом прямо на дорожке, по которой осторожно шли ребята.
– Ну и жуть, – нарушил тишину Джек.
– И не говори, – кивнула Шерил, переводя все брату.
– А говорили, что сад императора похож чуть ли не на Алторем, – хмыкнул Салливан.
– Может, так оно и было раньше. Мы тоже об этом слышали. Сейчас уже ничего не выглядит как прежде.
– Как думаете, Создатель на месте вообще? Видит ли то, что случилось с его миром?
«На месте, конечно. А где ему еще быть?» – удивился Эден.
– В Фордене ходили слухи, что он оставил нас. Что что-то случилось, раз Инкурсия наступила, ведь Эрха никогда бы этого не допустил. Ну, еще говорили, что он лишился своего верного щита – Джиана.
Шерил и Эден замолчали, не зная, что на это ответить. Когда их направили в приют во времена Инкурсии, про Божественных Братьев было запрещено даже заикаться. Некоторые дети боялись о них и думать. Поэтому сейчас ответить Джеку было нечего: он знал явно больше них.
– Думаешь, это все-таки хорошая идея? – Шерил нахмурилась, посмотрела на брата, терзаемая сомнениями.
Эден криво усмехнулся, ответил на языке жестов:
«Мы уже здесь, терять нечего».
– Что он думает? – с интересом вклинился Джек, закатывая рукава рубашки. Понимать язык жестов ему все еще не удавалось.
– Что терять уже нечего, – поморщилась Шерил. Она снова посмотрела на высоченное здание дворца императора. Девушка искренне считала это плохой идеей, очень-очень плохой, но при этом не могла не признать собственного любопытства.
Дворец выглядел так, словно по нему прошелся огромный монстр. Хотя Шерил бы не удивилась, если так оно и было. Когда пришли Они, им с Эденом было всего по десять лет, так что они плохо понимали, что происходит. Они слышали, что дворец императора пал, что все разрушено, но подробностей не знали, а в приюте им было запрещено поднимать такие темы. Двойняшки Ривс старались быть послушными, не лезли в драки и не общались почти ни с кем, чтобы не заработать удары розгами, стояние на горохе или еще чего похуже. Потому сейчас весь мир открывался для них с новой, еще более ужасающей стороны. Раньше им казалось, что кошмар существовал только в пределах приюта, но когда они выбрались, поняли, насколько широко раскинулась тьма.
Шерил прервала поток мыслей и снова оглядела печальные провалы узких окон, осколки некогда красивых витражей и обвалившиеся в груду кирпичи со стен. Кое-где на здании начал прорастать дикий виноград, и его лозы змеями струились вверх, цепляясь за камни.
– Никому нет дела до старых развалин, – махнул рукой Джек и ловко перескочил через провал в стене. – А нам это только на руку.
– Вальтар и его высочество с тобой бы не согласились, – проворчала Шерил. Эден тоже отправился за Джеком, но задержался, чтобы подать ей руку и помочь перелезть.
Шерил решила, что все мальчишки идиоты, и схватилась за руку брата. Она придержала клетчатую юбку своего новенького сарафана, ловко перепрыгнула с камня на камень и приземлилась на грязный мраморный пол некогда огромной кухни. Они зашли с одного из бывших входов для прислуги.
– Мы же не вандалить пришли. Постараемся найти книгу и уйдем, – хмыкнул Джек.
– Где нам только ее найти? – прошептала себе под нос Шерил и оглядела уже разграбленную кухню: практически всю утварь и мебель вынесли.
Стены у чугунной плиты пошли крупными трещинами, под ногами хрустело выбитое стекло вперемешку с осыпавшейся краской со стен. Когда-то здесь готовили самые вкусные обеды и ужины, окна под потолком запотевали зимой от жара, а запах свежеиспеченной выпечки проникал в сад на заднем дворе. Теперь же это место напоминало выскобленное брюхо выпотрошенной рыбы: голые грязные стены, битый мрамор и сломанная мебель с остро торчащими щепками.
Не обнаружив ничего интересного, подростки двинулись дальше, вглубь помещения.
– Всегда хотел посмотреть, как жили во дворце. – Джек навалился на перекошенную дверь с болтавшейся ручкой. Механизм замка был оплавлен и крошился металлической трухой.
«Главное, не натолкнуться на Ордо Юниус. Они же расползлись по всему городу». – Эден чуть придержал их обоих за плечи и подождал, пока Шерил переведет его слова Джеку.