Ангелишь Кристалл – Шалости богини в академии магии 2 (страница 26)

Почему-то до этого момента всё не воспринималось настолько серьёзно, как обстоит на самом деле. Мою мать взяли под стражу, дядя Аид и другие родственники не могут ничем помочь. Сейчас вся надежда только на нас, не способных противопоставить такому противнику ничего серьёзного. Может в итоге оказаться, что не достигший второго совершеннолетия бог розыгрышей и иллюзий будет куда полезнее, чем я из-за собственных ограничений даже в божественной ипостаси.

Не все застрахованы от ошибок. Я прекрасно помню самую большую из них, когда не рассчитала уровень концентрации энергии и чуть не убила наставницу, обучавшую меня основам и ставшею чуть ли не второй матерью. И ведь нужно было всего лишь правильно настроить солнечные лучи, чтобы растопить тысячелетние ледники. С тех самых пор я боюсь использовать собственные способности в полную силу, зная, что от неё могут пострадать другие, несмотря на предрасположенность к балансу во всём, что меня окружает.

Я вполне способна пошатнуть магический баланс врага и сильно ослабить его, но при этом знаю, что другие противоборствующие во мне стихии способны выйти из-под контроля и убить больше одного существа. Лишь немногие знают об этой тайне, но не распространяются, помня, в каком состоянии я была, когда у богини со светлой и добрейшей душой отказали ноги. Она даже сейчас не может долго ходить и чаще перемещается левитацией, а я не могу пересилить себя и даже посмотреть ей в глаза, хоть она и утверждает, что произошедшее — случайность и мне пора бы уже отпустить прошлое.

Какой может быть толк от богини с таким огромным комплексом и боязни к собственной силе? На что только старшие надеялись, отправляя меня на поимку вора? Неужели рассчитывали на его скорую мучительную смерть и уничтожение Антазеля? Тогда зачем отправили за мной Луиса, который тоже может попасть по удар, как и я сама? Никто не застрахован от смерти в такой ситуации. К тому же есть вероятность, что изгнанник способен заблокировать мою способность, сведя весь эффект на нет.

— Эй, не спи! — ворвалось в мои мысли, отвлекая внимание от рассуждений и горечи прошлого.

Тряхнула головой, отгоняя липкие воспоминания, а после сосредоточилась на витающей над Обжорой сферой. Прищурила глаза, сравнивая её с оригиналом и мысленно восхищаясь искусной работой мелкого. Каждая молниеносная вспышка алых молний в шаре была идентична и вспыхивала одновременно, как в настоящей реликвии. Проследила за происходящим в оригинале и подделке, внимательно изучая всё, что может вызвать подозрения у нашего параноика.

Однако всё было идеально, потому перешла к завершающему шагу. Уже отделённый защитный слой начала аккуратно, максимально осторожно перемещать на аналог и облеплять без погрешностей. Приходилось поддерживать постоянную концентрацию, игнорируя ломящую виски боль, вновь потекшую из носа кровь и пот, покрывший всё тело. Было больно и очень хлопотно выполнять столь сложную работу с малым запасом энергии. Но стоило поторопиться и при этом не оплошать. Не хотелось бы надолго оставлять напарника одного в той щели, как и куратора на поверхности. Нам ещё птичку ловить и тащить к чокнутому профессору.

Нужно самим рассказать, каким чудом нашли реликвию и добыли её. Главное строить из себя саму невинность и наивность, продолжая уже ранее начатую игру. После сослаться на одно из заданий и испариться на несколько дней к сиренам. Два-три дня под водой с рыбьими хвостами должно хватить с лихвой для островного гения, чтобы создать для нас оружие, способное убить здешнее божество уровня духа. Может быть, время испытания окажется даже интересным, хоть и выматывающим, беря во внимание недовольство арханида и его обещания взяться за нас всерьёз, чтобы обучить новым заклинаниям. Он уже успел начать воплощать в жизнь свой зарок, научив нас скрывать своё присутствие от посторонних.

Как только защитное плетение ровным слоем обхватило артефакт, ослабила контроль над магией и концентрацией, а после облегчённо выдохнула. Начала предельно внимательно осматривать свою работу, стараясь придираться к каждой мелочи и сравнивать с прототипом. Только после десятой проверки убедившись, что наши труды увенчались успехом, проверила настоящий артефакт на наличие посторонних отслеживающих заклинаний и забросила его в пространственный карман.

— Ну что, возвращаемся? — устало интересуется мелки, смотря на то, как я рассматриваю фальшивку, беззаботно крутя её в руках.

— Да. Думаю, Альвасдин нас уже заждался и успел не раз помянуть чёрта из-за нашей медлительности. Он-то там остался и не имеет даже возможности посмотреть, что мы делаем, — задумчиво отвечаю.

— Я так понимаю, мне стоит держать рот на замке и не рассказывать о нашей авантюре? — задаёт риторический вопрос. — Обмани друзей, чтобы обмануть врага? Кажется, так говорят среди смертных в подобных ситуациях.

— Ты чертовски прав! Ну что, идём?

— Да, а то твой эльф разнесёт здесь всё, чтобы убедиться, что с тобой всё в порядке и ты не настолько безумно, как кажется на первый взгляд.

— О, поверь, я куда хуже, чем думают смертные, — довольно оскалилась, беря за шкирку мелкого и сажая его себе на плечо.

Осмотрелась в поисках следящих заклинаний в помещении или чего-нибудь ещё, что могло показать всё, что здесь происходило. Пусть я предусмотрела такой вариант и перед этим закрыла себя, дракончика и сферу отводом для глаз, пологом невидимости и тишины, допускается возможность, что существует артефакт, способный обойти подобные заклятия. Удостоверившись, что разоблачение не грозит, отрастила крылья и взмыла вверх.

Пара метров — преодолеваю невидимый барьер и лечу к уже знакомой виднеющейся пробоине в каменной стене, чем-то напоминающей подземную скалу, уходящую в неизвестность. Не стала забивать голову столь странным явлением, влетая в трещину и сразу же убирая крылья. Помня узкость прохода, буквально вжала в себя круглую ношу, стараясь не разбить разработку, стоившую нам немалых усилий. Сегодня мы будем сильно рисковать, мне даже придётся использовать внушение, чтобы Вейстейн поверил в нашу сочинённую на ходу легенду.

Остаётся убедить аристократа, что я и дракоша проделали сложную работу по добыче сферы и едва справились с задачей. Если бы не Обжора, ничего толкового бы не вышло из моей идеи. Безумно рада, что у Альвасдина не получилось последовать за мной и увидеть наши старания. Я не настолько хорошо знаю дроу, чтобы быть уверенной в его способности мне подыграть и при этом не зыркать на меня недовольно. С ним в последнее врем всё слишком сложно и временами создаётся впечатление, что я успела запутаться. Почему-то даже наш недавний поцелуй кажется приятным воспоминанием, которое буду не раз вспоминать после возвращения в Обитель Равновесия.

— Вы долго, — произнёс герцог, стоило только приблизиться к нему.

— Были веские на то причины, — хмыкаю в ответ. — Кое-кто хорошо защитил свою похищенную ценность и до самого конца надеялся, что никто не сможет вызволить её из столь труднодоступного места. И о своих сюрпризах тоже забыл предупредить, потому пришлось поднапрячься и придумать способ, как взять эту гадость в руки.

— И ты отдашь её Вейстейну? — с недоверием интересуется напрягшийся Дин. — Ты же обещала сиренам вернуть их реликвию в течение нескольких дней.

— Придётся что-нибудь придумать и объяснить причину, почему пришли с пустыми руками. К тому же я не говорила, что обещаю. Просто сказала, что сделаю всё возможное, — беззаботно говорю, продвигаясь вперёд.

— Не боишься, что после такого ответа они сильно расстроятся и примут решение нас заживо сожрать?

— Когда подобный исход её вообще останавливал? — весело фыркнул Жора. — Я уже не раз говорил, что она способна разорвать всех на части, если настроится на нужный лад. Даже сама не поймёт, как от врагов ни одного выжившего не останется. При таком раскладе не выстоит даже главный рыбохвост!

— Охотно верю и нисколько не сомневаюсь, — хмыкнул аристократ, бросив на меня косой взгляд. — В академии она вообще прославилась как бессмертная и безумная бестия. Спокойно разговаривала с жуткой тёмной феей, преподающей демонологию и бестиологию. Говорят, на экзамене даже умудрялась не дрожать, а упрямо отвечать и смотреть в окно, не чувствуя никакого напряжения. Сейчас без всяких раздумий перечит нашему куратору. Он, заметь, один из самых строгих и жутких преподавателей. Странно только, что он ею заинтересовался по неведомой причине и терпит непозволительную дерзость.

— Просто она о нём знает куда больше, чем следует, — отмахнулся мелкий, прыснув в лапу, которой зажал себе рот, стараясь скрыть насмешливую ухмылку.

— Если вы, господа сплетники, не забыли, я всё ещё здесь и прекрасно вас слышу. Не стоит говорить обо мне в третьем лице, — недовольно напомнила о себе, начиная понимать, к чему приведёт их разговор.

— Да мы заметили, — хихикнул питомец. — Ты пока не научилась исчезать из виду.

Я вскинула бровь, а после закатила глаза, не понимая, с какого перепугу эти двое внезапно сговорились против меня, если ещё недавно едва терпели друг друга. Пытаются подшутить надо мной, что выходит плохо, хоть немного и раздражает. Показывать своё отношение к ситуации в целом не стала, всё же сейчас нужно придумать, как выбраться на поверхность и найти нашу запропастившуюся разноцветную птичку, которая была первоначальной целью.