Ангелишь Кристалл – Чёрная жемчужина Мёртвых Теней (страница 51)

Лион наклонился ко мне, касаясь губами горячего лба. Прикосновение подарило приятную прохладу, губы против воли растянулись в улыбке. Лорд гладил лицо кончиками пальцев, перебирал спутавшиеся светлые волосы, неотрывно смотря в мои глаза, отвлекая от неприятных ощущений. Магия внутри меня начала помогать с восстановлением. Почувствовала и вмешательство очнувшегося василиска, переборовшего яд и уже почти полностью пришедшего в себя.

— Не могу смотреть, как ты страдаешь, — признался Алый лорд, проведя рукой по моей щеке.

— Боли уже нет, осталось только неприятное ощущение, — призналась я. Рот открылся с трудом, губы пересохли, во рту царила пустыня. Собственный голос показался жутким и скрипучим. — Катасар тоже помог.

— Я рад, — ответил он, с нежностью смотря на меня, а потом решил осмотреться. — Похоже, нам больше не нужно идти на поиски…

С трудом приподнявшись на локтях, тоже присмотрелась к месту, в которое мы свалились. Место, напоминающее библиотеку, в которой практически все книги светятся каким-нибудь определённым светом. Похоже, это и есть тот самый архив, ради которого мы сюда пришли и так сильно рисковали жизнью.

Маг помог подняться на ноги. Он дал мне время, чтобы прислушаться к своим ощущениям. Тело благодаря усилиям Алого лорда, моей стихии и помощи хранителя уже успело почти полностью восстановиться, потому вполне уверенно сделала шаг вперёд, убедившись, что падать не собираюсь, а серьёзных ран на теле больше нет.

— Ты не ранен? — напряглась, заметив тёмное пятно на майке мужчины в области живота.

— Нет, — спокойно ответили мне и, заметив сомнение в моём взгляде сомнение, продемонстрировали совершенно чистую кожу на животе и груди, приподняв ткань. — Как я и сказал, ничего нет. Нужно поторопиться. Здесь тоже надолго задерживаться нельзя.

Следующие несколько часов мы провели в ряде с книгами, светящимися тёмно-синим цветом. Как мне объяснил Алый лорд, именно этот цвет относится к тому типу информации, которая содержит в себе историю во время создания мира, о всех богах, пророчествах и по запрещённым ритуалам. Время было сильно ограничено, потому пытались как можно быстрее найти что-нибудь. Так и наткнулись на ритуал призыва изгнанника.

К сожалению, ничего впечатляющего там не было, нужно было знать имя изгнанного бога и пожертвовать частью своей души и крови. Чертёж рун на алтаре было плёвым делом, несмотря на всю сложно рисунка. По крайней мере, так показалось мне, а вот лорд стал мрачнее тучи и вытянул книгу из моих рук, начав проводить какие-то махинации с магией над страницами. Пожав плечами, принялась дальше искать.

За всё это время богов мы находили, но ни один из них не был изгнанником. Автор этого письма вообще ограничивался на слова. О каждом боге было всего пара слов, как будто создатели мира не имели никакой ценности для людей Алкардоса, ну или для того, кто описывал их. Взгляд невольно падал на обнажённую руку с рисунком до шеи. Казалось, мужчина его просто не видит. Я даже пыталась ненавязчиво, якобы случайно показать плетение на глазах у лорда. Но нет… Он его не видит.

Как раз в этот момент я взяла книгу, на которой были точь-в-точь такие же закорючки, как и в том кабинете. Из-за раздумий сама не заметила этой странности, потому, когда страницы сами начали перелистываться из-за засветившегося рисунка, чуть не выронила книгу, но она словно приклеилась к моей руке. Узор из линий засветился ярко багровым светом, словно призывая прочесть высветившиеся буквы на страницах. Удивлённо вскинула брови, смотря то на книгу, то на правую руку. Бросила косой взгляд на лорда, внимательно вчитывающегося в текст на той же странице, где был описан обряд, словно там что-то было спрятано.

Переведя взгляд на начавшие искажаться слова, принимая понятную для меня письменность, посмотрела на точную копию изображения рисунка на теле женщины в книге. Только цветки были распущены, у меня же, можно сказать, были просто бутоны, готовые расцвести в скором времени. Похоже, эта штука сама захотела о себе рассказать, не стоит упускать такой шанс.

С каждой строчкой я мрачнела всё сильнее. А когда дочитала, зависла на пару минут, стараясь прокрутить полученную информацию в голове. Не получилось. Прочитала ещё пару раз, а потом бросила косой взгляд на переставшую светиться смертельную печать, предназначенную точно не для меня. Наверное, только с десятой попытки перечитывания пары строк до меня дошло, что это такое на самом деле, а потом текст снова изменился, выдавая продолжение информации. Сказать, что прочитанное мне не понравилось, — ничего не сказать.

Эта печать проявляется при нарушении баланса магии у носителя исключительной магии и чёрной жемчужины. Такое случается, когда сама магия находит более подходящее для неё применение. И сейчас она решила уничтожить появившегося изгнанного бога, как это было несколько сотен тысяч лет назад при борьбе между богами. Богиня, которая использовала такую печать, отдала свою жизнь и нескольких своих собратьев, чтобы запечатать сошедшего с ума бога погибели и разрушения. И да, здесь было указано имя того самого бога.

Ургостер… Бог погибели и разрушения, который свихнулся от переизбытка собственных сил. Тот, кто сократил ряды своих сородичей и чуть было не погубил всю Вселенную с рядами процветающих миров. Для его изгнания и запечатывания около десяти богов отдали свои жизни, потому что убить такое чудовище, превосходившее их по силе, они просто были не в силах. Бог, питавшийся гневом, отчаянием, злостью и упивающийся смертями людей и других существ стал настолько могущественным, что его стали опасаться свои же.

В той битве он проиграл, но забрал жизни многих богов. Магический фон Алкардоса в самых его недрах стал прекрасной темницей для этого бога. Остаточная магия его сестры, старшего брата вместе с их друзьями и одним из самых сильных богов вместе с их душами всё это время надёжно охраняла Ургостера, не позволяя ему вырваться из заточения. Всё это время он держался в чистейшей магии света, которая ослабляла его, а печать с розами медленно убивала его на протяжении всех этих тысячелетий. Его лишили тела, обратив в бестелесный дух и воплощение магии.

Видимо, он нашёл лазейку даже из такой прочной защиты. Пусть ослаб, но вполне себе живой! Из всего написанного до меня дошло кое-что не менее важное: во мне родная магия изгнанного бога. Пусть в более чистом виде и не такая жестокая, кровожадная, но факт остаётся фактом. Чёрная жемчужина — воплощение его силы и силы его сестры, которая предусмотрела даже такой исход и заранее подготовилась, явив в этот мир чёрную жемчужину и весы бессмертия. Дары, которые люди воспринимали по-своему, когда всё было куда серьёзнее. Но жемчужина может обойтись и без весов в этой битве, просто отдав свою жизнь.

Есть и другой способ уничтожить бога, но это должны сделать весы и жемчужина вместе, где каждому отведена своя роль. Пусть сам способ был туманно расписан, но исход был один: жемчужина убьёт весы, испив его крови и забрав силу, которую объединит со своей и направит против бога. После этого носитель чёрной магии будет продолжать жить бесконечно долго, а весы больше не вернутся в этот мир, нигде не переродятся. Душа носителя просто рассыплется. Что-то похожее произошло и с Ирвеном.

Посмотрев на Данталиона, поняла, что такого допустить точно не смогу. Жить, как новая бессмертная богиня погибели совсем не хочется, особенно если этого мага не будет рядом. Перевела взгляд на вновь преобразившуюся книгу с уже привычными закорючками и загогулинами. Мрачно улыбнувшись, закрыла и поставила её на место, сразу же отмечая, как текст пошёл рябью на корешке и название книги сменилось с прежнего на «Обряды на крови. Управление духами». Хорошая же маскировка… Знать бы ещё, почему уже второй раз наталкиваюсь на такую книгу. Неужели та самая магия чёрной жемчужины старается продвинуть меня дальше?

— Нашла что-нибудь? — спросил подошедший сзади маг.

— Да, всё оказалось намного проще, чем казалось, — не вдаваясь в подробности, задумчиво ответила я, поворачиваясь к нему лицом.

— Я тоже нашёл в этой книге, — он показал ту самую книгу призыва, над которой он проводил магией. У меня душа ушла в пятки после этих слов. — Не беспокойся, смертью нам это не грозит, — улыбнувшись, сообщил он, заметив мой помрачневший взгляд.

Мне хотелось поверить ему, но не могла. Казалось, что он задумал что-то весьма опасное для его жизни. Пусть он не нашёл того второго обряда, но смог прочесть что-то другое. И посвящать в это меня не собирается. От этого становится не по себе, даже феникс внутри меня заворочался от негодования и недовольства. Катасар зашипел, чувствуя приближающуюся опасность.

В этот момент я решила для себя, что воплощу задумку первого обряда во что бы то не стало. Если придётся, отправлю лорда в отключку, но умереть не позволю. Тем более, что богу весы бессмертия нужны не просто так.

С такими мыслями и шагнула в открывшийся портал из очередной раздавленной маленькой сферы, который в мгновение ока поднял воюшую шумиху в замке. Снова всё загрохотало, появился тот самый туман, засверкали молнии, попытавшись в этот раз нас не задержать, а совершенно точно убить, чтобы теперь уж наверняка. Уже в портале обернулась назад, чтобы увидеть стаю крылатых монстров, похожих на варанов с острыми рыжими зубами и ещё каких-то чудищ посреди взбунтовавшейся стихии появившегося смерча, поднявшего все книги вверх, уничтожая шкафы. Портал закрылся, отрезая нас от ужаса в этих стенах, но бог теперь будет знать наверняка: наша следующая встреча закончится смертью кого-то из нас. И ставлю свою жизнь на то, что он умрёт первым.