Ангелина Шэн – Канашибари. Пока не погаснет последний фонарь. Том 3 (страница 15)

Араи же руки ёкая, точнее, оставшиеся от них кости не отпускал. Он сделал еще один шаг вперед, и кёкоцу дернулся назад. Араи разжал пальцы, и призрак стремительно скрылся в колодце.

Подождав несколько секунд, Араи взял кубик и, развернувшись, спокойно вернулся к столу.

Ивасаки шокированно смотрел на Араи, и, думаю, выражение моего лица было примерно таким же. Даже Тора вскинул брови от удивления:

– Я, пожалуй, действительно мог бы поверить, что он вернул Кадзуо с того света.

Каминари медленно подошла к столу. Она изучающе посмотрела на Араи, старательно скрывая недоумение, а тот лишь улыбнулся в ответ, но эта улыбка почему-то показалась мне… печальной.

– Ты что сделал? – воскликнул Ивасаки, вернув себе дар речи.

Печальная улыбка пропала с лица Араи, сменившись насмешливой.

– Тебе было плохо видно? Очень жаль, потому что повторять я не собираюсь.

– Араи-сенсей… – начала было я, но замолчала. Я не знала, что именно хотела спросить. И не сомневалась, что на любой вопрос вроде «как?» Араи снова вместо ответа сошлется на свои сверхъестественные силы.

И теперь я, пожалуй, уже практически готова была в них поверить.

Встряхнув головой, я решила не отвлекаться и посмотрела на тории. На этом участке ворот было пять: четыре на границах квадрата, и пятые вели в круг финишного поля. И на нужных тории виднелся иероглиф «шесть».

Я мысленно взмолилась, чтобы в следующий раз Араи и Каминари на кубике выпало именно число шесть. Я хотела, чтобы Араи оказался в безопасности. В голове промелькнула мысль о том, что в этом моем желании было и что-то эгоистичное, – я надеялась, что Араи победит, не только ради него самого, но и ради меня. Ради моего спокойствия за жизнь друга.

Подошла очередь Кадзуо и Йоко, и я поспешила к той границе, с которой обзор на их участок был самым лучшим. Йоко уже бросила кубик и с напряжением в глазах следила за его движением.

Пару мгновений, и, медленно выдохнув, она крикнула:

– У нас двойка!

Я поняла, что невольно задержала дыхание. Да, Кадзуо и Йоко перешли на тот квадрат, что был дальше от центра, но, по крайней мере пока, они были в безопасности. На том поле, куда вели тории под цифрой два, Эмири и Одзи уже прошли испытание на смелость.

Но теперь наши пути окончательно расходились. Я не смогу больше видеть ни Эмири, ни Кадзуо с Йоко. Оставалось лишь надеяться, что в конце мы снова встретимся – в центре поля. Хотя существовала вероятность, что мы еще пересечемся на одном из других участков до того, как дойдем до финиша.

Унимая поднявшуюся в душе волну тревоги, я вернулась к Ивасаки, Имаде и Торе. Теперь наш ход.

На этот раз кубик кинул Тора. Выпала пятерка – нам предстояло присоединиться к Накахаре.

От мысли о том, что я окажусь так близко к разорванному, покрытому кровью телу, меня замутило. Это пугало меня даже больше того факта, что я буду находиться поблизости от ёкая с хищными волосами.

Ивасаки на пару мгновений сжал мое плечо и, заглянув мне в глаза, твердо произнес:

– Ты справишься. Не забывай, ты обещала, что будешь ждать меня на финише.

– А ты обещал, что доберешься до него раньше меня, – напомнила я.

Ивасаки кивнул:

– Мы договорились.

– Хината-тян, просто не смотри на Хари-онаго! – крикнул Араи со своего участка. – Вам надо будет лишь бросить кубик!

Я приблизилась к тории с иероглифом «пять» на красной перекладине. Тора уже ждал меня у ворот и, когда я оказалась рядом, перешел на следующий квадрат.

Перешагнув через границу, я невольно зажмурилась. В нос ударил невыносимый запах крови, от которого к горлу подступила тошнота. Я опустила глаза и только после этого осторожно их приоткрыла.

Бросив быстрый взгляд исподлобья, я заметила, что Хари-онаго стоит рядом с игральным столом, а Накахара держится в стороне от нее, старательно отводя глаза.

– Только попробуй на нее посмотреть, Тора! – крикнула Каминари.

– А ты что, ревнуешь? – невозмутимо отозвался он.

– Я передумала. Это слишком невежливо, так что хотя бы улыбнись ей, – донесся до нас голос Каминари.

– Полностью согласна, – добавила я, и Тора усмехнулся.

– Чей сейчас ход? – прерывая нас, напряженным тоном уточнил Накахара.

Я, на мгновение задумавшись, ответила:

– Тэрадзимы-сан и… Касэ-сана.

Прошло несколько минут, на протяжении которых я, стоя спиной к центру квадрата, старалась дышать как можно реже, – но запах крови уже успел отравить воздух, пропитать траву под нашими ногами. И, даже закрывая глаза, я не могла избавиться от вида изуродованного тела Хорибэ.

– И как мы поймем, что та команда сделала свой ход? Выполнила задание? – громко спросил Ивасаки.

Прошла пара мгновений, и голос рассказчицы объявил:

– Команда «пятиугольник», можете делать свой ход.

Ивасаки подошел к столу и раздраженно бросил игральный кубик. Я надеялась, что ему выпадет двойка и он присоединится к Араи и Каминари, а во время следующего хода ему попадется то число, которое позволит наконец добраться до финиша.

– Два, – объявил Ивасаки.

– Замечательно, а то у нас здесь было бы тесновато, – отозвался Тора, кинув быстрый взгляд в сторону Хари-онаго.

Ивасаки и его напарник прошли через тории, и я услышала нарочито утомленный голос Араи:

– Ты можешь прекратить меня преследовать?

– Сама судьба хочет, чтобы я все же отправил тебя за решетку, – невозмутимо ответил Ивасаки.

– Мне пойти положить кубик туда, где он лежал? – поинтересовался Араи.

Ивасаки в ответ лишь фыркнул.

– Твой ход, – обратился Тора к Накахаре.

Тот судорожно вздохнул, а затем, сцепив зубы и наклонив голову, быстро двинулся в сторону Хари-онаго.

Не в силах оставаться в неведении, я обернулась. Волосы рванули к Накахаре, и тот замер, но затем продолжил идти вперед, разве что чуть медленнее. Окровавленные пряди дотронулись до его рук, погладили по спине и лицу. Накахара содрогнулся от отвращения и дернулся, уворачиваясь от очередной слипшейся от крови пряди.

Хари-онаго, растянув алые губы теперь уже не в дружелюбной, а скорее в соблазняющей улыбке, наклонилась, пытаясь заглянуть Накахаре в лицо, но он тут же отвернулся и даже закрыл глаза. Быстро подошел к столу, едва не ударившись об угол, и, на ощупь найдя кубик, бросил тот на стол. Через несколько мгновений Накахара глянул на выпавшее ему число и, отвернувшись, стремительно отошел к границе своего квадрата, подальше от хищных волос Хари-онаго.

– У меня один.

Иероглиф «один» был изображен на воротах, которые вели вперед, в угол поля, еще дальше от центра. Вправо же вели тории, обозначенные иероглифом «три».

Посмотрев на карту, я нашла оба этих иероглифа. У внешней границы нашего квадрата тоже появился иероглиф – число четыре. Точно такой же иероглиф нашелся у внешней границы другого квадрата – с противоположной стороны игрового поля, там, где находились остальные участники.

– Что это значит? – напряженно пробормотала я, и Тора, сделав полшага ко мне, заглянул в карту.

Я указала на новую деталь.

– Наверняка это ловушка. Если человеку на этом участке выпадет четверка… Думаю, это будет конец. Потому что с внешней стороны поля ничего нет.

Я сохранила спокойное выражение лица, хотя меня душила злость. Как будто здесь нас окружает мало опасностей, нужно добавить еще и нечто подобное…

В это время Накахара, обогнув Хари-онаго по максимально широкой дуге, приблизился к ториям.

Как только он оказался на следующем участке, я посмотрела на карту и, увидев красный квадрат, крикнула:

– У вас испытание на смелость!

Не в силах стоять и ждать, я, тоже держась как можно дальше от жутких волос Хари-онаго, подошла к границе между нашим полем и полем, на котором оказался Накахара. Тора последовал за мной. Его, казалось, Хари-онаго совсем не смущала.

Стена тумана отступила еще дальше, и я увидела, что оставшийся в одиночестве Накахара очутился на каменистом берегу моря, уходившего вдаль, в сторону внешних границ игрового поля, скрываясь в молочной пелене.

На берегу стоял стол, но кубик я увидела на камнях у самой воды. На столе же лежали короткий меч и два кинжала, и, увидев их, я ощутила горечь во рту, а в голове невольно всплыли болезненные воспоминания, которые я постаралась отогнать подальше. Нельзя отвлекаться, нельзя терять над собой контроль. Его у меня и так почти не осталось.