Ангелина Ромашкина – Если в декабре растает снег (страница 1)
Ангелина Ромашкина
Если в декабре растает снег
ЕСЛИ В ДЕКАБРЕ РАСТАЕТ СНЕГ
(16+)
ЧАСТЬ 1
Снег заваливал этот маленький, если не богом, то коммунальными службами точно, забытый город. Он смотрел в окно. Большое, несоизмеримо большое для такого крохотного пространства. Он снял этот офис в середине года, когда окончательно отошел от дел компании отца и организовал собственный бизнес. Когда в очередной раз пытался забыть ее. Начать новую жизнь. На старых-престарых руинах. Такое возможно?
– Денис Сергеевич, я переделала дизайн сайта. Когда можно отправить заказчику? В Мск сейчас еще четыре часа, в принципе, успеваем… – Ден тяжело вздохнул и отвернулся от окна. Девушка в огромных круглых очках и с серебристой мишурой, небрежно обмотанной вокруг шеи, стояла в дверном проеме, держа в руках ноутбук.
Да, было бы неплохо поговорить еще какое-то время о работе. Но все мысли занимала идея того, как он завалится в первый попавшийся бар и закажет несколько шотов с текилой. Что еще делать 30 декабря, когда дома тебя никто не ждет?
– Отправляй и иди домой. Нечего под Новый год торчать в офисе. Константину скажи, чтобы тоже шел домой. Отчеты скинете на январских.
– Окей! Кость, ты слышал, босс сказал, идти домой! – Крикнула девушка, продолжая стоять в проеме и глядеть на своего начальника. Она как будто бы ждала чего-то.
– Спасибо, босс, с Наступающим! – послышался воодушевленный мужской голос уже возле входной двери офиса.
– Вы лучший! – Девушка искренне улыбнулась и поправила очки на переносице. – Мы там с ребятами приготовили вам подарок. Оставили под елкой. Не забудьте открыть и записать кружок в общий чат.
– Спасибо, Василис. Посмотрю.
Через пару минут офис погрузился в кромешную тьму. Лишь желтый отблеск гирлянды с елки напоминал о том, что он еще здесь – сидит в пустом офисе, вслушивается в звянькающую тишину, пытаясь перебить назойливую, совершенно дурацкую идею – набраться смелости и позвонить ей.
Риша наверняка пошлет его на три известные всем жителям СНГ буквы. Или вообще не возьмет трубку. И правильно сделает. Зачем ей, замужней девушке, общаться с бывшим?
Прошло два года с тех пор, как они разошлись. Разъехались – покачиваясь, неуклюже, – как кораблики в узких каналах Питера. Собственно, там-то она его и бросила. Встретила своего лучшего друга, влюбилась в него (совсем не по-дружески) и осталась в городе на Неве, забыв про некогда данные клятвы.
Ден пролистал длинный список контактов до буквы Р.
Звук гудков громом отлетел от стен пустого офиса.
– Господи, я сошел с ума!
Он крутанулся по часовой стрелке на стуле. И остановился напротив панорамного окна. Город жил своей жизнью. Нарядной. Искрящейся вышколенной радостью. Усыпанной разноцветными огнями. Во всей этой предновогодней суете ему нет места. С его меланхолией и желанием вернуть девушку, которая его уже не любит (или никогда не любила?)
– Тебе просто нужно почаще ходить на свидания, – говорила мама. А он кивал, молчал и ничего не делал. Только по ночам пялился, как дурак, на их общие фотки. Где они были так счастливы. Или ему только так казалось? Кто ж сейчас разберет.
На площади вокруг елки толклись люди. Фотографировались. Пили глинтвейн и какао. Танцевали. Смеялись. Предвкушали наступление праздника. Раньше они тоже ходили сюда в двадцатых числах декабря. Риша покупала в булочной крендели, усыпанные сахарной пудрой и вяленой клюквой, а он брал два больших стаканчика с какао. Они садились на ступеньки давно закрытого на ремонт драматического театра и наблюдали за людьми. За тем, как кипит жизнь их маленького города, который однажды свел их вместе. После она доставала наушники, включала Blue Christmas, и они танцевали медленный танец, наплевав на взгляды случайных прохожих.
– Это кусочек нашего новогоднего фильма, – шептала она и улыбалась, заправляя за ухо рыжую прядь волос. Ее колдовские зеленые глаза брали в плен за считанные секунды. Раз. Два. Три. И ты пропал. Провалился в чертову кроличью нору, из которой Ден до сих пор не мог найти выход.
Ден включил свет в основном зале, где работали дизайнеры, веб-разработчики и СЕО-специалисты. От белой вспышки света заболели глаза. Вокруг елки валялась упаковочная разноцветная бумага. Сегодня на обеденном перерыве все обменивались подарками, пока Ден, закрывшись в своем кабинете, продолжал работать. Работа. Работа. Работа. Только она спасала его от того, чтобы окончательно не свихнуться.
Ден заглянул под елку. В самой глубине, укрытая мишурой, стояла квадратная коробка, упакованная в синюю бумагу. Грустная улыбка коснулась осунувшегося, давно не бритого лица. За последние два года он ни от кого не получал подарки на Новый год. Родители по привычке дарили ему деньги в праздничном конверте. Можно ли винить их в том, что они не хотели тратить время на покупку подарка для взрослого сына, который с трех лет знал: Деда Мороза не существует. Чудес нет. А все физические блага создают люди, сотканные из крови и плоти. Зато, когда Денис вырос, начал заваливать подарками тех, кого любит. По-другому он и не умел выражать любовь.
Он аккуратно разорвал бумагу. Фотоаппарат моментальной печати. Картриджи. И открытка с подписью от руки:
Ден улыбнулся. Первой искренней улыбкой, лишенной грусти, в уходящем году.
Он не знал, зачем ему фотоаппарат. Галерея в телефоне не обновлялась с тех пор, как Риша ушла. Но ему было приятно, что существовали в этом мире люди, которым было не плевать на него.
Ден выключил везде свет, гирлянду, забрал подарок, свой портфель и закрыл офис, надеясь вернуться сюда завтра. Родители позвали его 31 декабря в семь вечера на ужин. А чем заниматься целый день дома, он не знал. Не пялиться же в телевизор с утра пораньше. Разберет почту. Составит список из потенциальных клиентов на новый год.
А сегодня… Сегодня он должен расслабиться. Ден вышел на улицу и вдохнул морозный воздух, покалывающий ноздри. Парковка возле офиса была практически пуста. В самом углу стояла его черная ауди. По центре – белая лада охранника. И рядом – красная джили владелицы агентства праздников, которая снимала офис на первом этаже. Она, как и Ден, все дни напролет торчала на работе. Наверняка тоже страдала от одиночества.
Ден закинул на переднее пассажирское сиденье подарок коллег и портфель. Положил в карман куртки бумажник и пошел в сторону площади, где все еще толпились люди. Звуки разрозненных голосов и новогодней мелодии становились все громче. Ден поднял ворот куртки повыше, чтобы прикрыть уши, и спрятал нос в шарф. Снег назойливыми хлопьями лез в глаза. Он никогда не любил зиму. Да и вообще мог бы взять билеты и улететь туда, где властвует солнце, а не пронизывающий до костей холод. Но он остался здесь. Потому что надеялся так же случайно, как и несколько лет назад, встретить вновь ее.
Ден все еще общался с ее родителями. Поздравлял их с праздниками по телефону. Дарил подарки. Даже приходил в гости. Вот и вчера он позвонил ее матери. А она сказала, что Риша прилетела домой, пока
Он не заметил, как вплотную подошел к зданию театра и присел на холодные каменные ступени. Как вытащил из кармана куртки телефон. Как вновь набрал номер, который должен был давным-давно стереть не только из памяти телефона… Как вновь пошли гудки. Первый. Второй. Третий. Четвертый… Палец машинально потянулся к красной круглой кнопке. И завис в раскаленном холодом воздухе.
–
Алло…
ЧАСТЬ 2
– Риша?
– Это Жанна Валерьевна. Риша выбежала в магазин, телефон оставила дома. Я, конечно, передам ей, что ты звонил. Денис, ты же знаешь, как я к тебе отношусь. Но, может, не стоит ворошить прошлое? Риша с Риком хорошая пара…
Замерзшие пальцы сжали крепко телефон, и Ден зажмурил глаза. До боли. Это все сон. Сон. Дурацкий сон.
– Жанна Валерьевна, простите… Я… Я просто хотел поздравить с Наступающим, – от внезапно нахлынувшего стыда соврал он. На самом деле он хотел услышать голос Риши. Хотя бы ненадолго.
– Хорошо. Доброй ночи, Денис!
Бывшая теща положила трубку. Ден посмотрел на праздничную площадь. Но ничего не увидел. Взор заволокла пелена, разбавленная акварельными брызгами.
Ден приложил холодные ладони к глазам, улыбнулся через силу и похлопал себя по щекам.