Ангелина Галайба – Нея с острова Пирит 2 (страница 7)

– Простудишься, Нея, – улыбался широко Кристофер, наблюдая за девушкой. Её вид на фоне крупиц снега и вечернего Парижа казался ей обворожительным в эту минуту. Что за удивительная девушка, которая добралась до него с греческого острова аж в сам Париж…

– Мне всё равно, хочу запомнить этот момент, – отвечала радостно она.

– Пойдём в кафе, пока ты действительно не заболела, – забеспокоился Кристофер. Нея осталась стоять на месте. – А поначалу ты не хотела выходить, – с весельем подчеркнул эту деталь он. Теперь же её было не затащить обратно под крышу. – Обещаю, что после ужина мы с тобой прогуляемся по набережной.

– Точно? – поддела его Нея, улыбаясь. Она знала, какое влияние оказывает на этого молодого красавца-бизнесмена, и вовсю пользовалась этим. Ей было весело, и она впервые за долгое время чувствовала себя по-настоящему счастливой.

– Точно, – серьёзно кивнул ей Кристофер, и они вошли внутрь кафе.

Официант вовсю обыскался их, но завидев двоих в дверях заведения, облегчённо выдохнул.

– Я подумал, что вы ушли, – неловко хихикнул он, когда парочка проходила мимо.

– И оставили вещи? – хмыкнул многозначительно Крис, поражаясь глупости местного работника.

– Мы бы не сбежали, не допив ваш чудесный глинтвейн, – заверила его улыбчивая Нея, держась рядом со своим спутником на этот вечер. Она почти не отходила от него за всё время, боясь, что он вдруг исчезнет, как во сне.– Ой, да, – начал переминаться с ноги на ногу официант, почесав затылок. – Désolé pour les spéculations![1]

Кристофер не совсем был согласен с её высказыванием про коктейль, но поспешно закивал, подтверждая своим авторитетным мнением этот забавный лже-факт.

Принесли еду – ароматную, с пылу с жару, и на любой вкус. Нея пыталась негромким протестом остановить Кристофера, когда он держал в руках меню и перечислял официанту всё, что нужно принести, но угощающий её друг был непреклонен. В том, что платить ей за себя не придётся, она нисколько не сомневалась, но на всякий случай была к этому морально подготовлена. Она часто слышала, что европейские мужчины не всегда платят за женщину в заведениях, но была убеждена, что Кристофер не позволит ей вносить свои деньги в их счёт. Почему-то он производил на неё впечатление истинного джентльмена, хотя им не удалось дотоле посидеть где-нибудь в ресторане или сходить в кино. Они вообще не посетили совместно ни одно место за всю историю знакомства, и потому этот вечер останется в её памяти навсегда. Она невольно предавала ему большое значение и ценила каждую минуту. С прежними ухажёрами они часто посещали весёлые заведения вроде паба на острове, ходили несколько раз в игровые центры и караоке, но ничто из того не вызывало в Нее такой хоровод чувств, как поход с мистером фон Лихтенвальдом в обычное парижское кафе, каких тысячи, в день, когда впервые пошёл снег.

[1] В переводе с французского языка – «Простите за домыслы!»

Глава 5

Они долго не могли оторваться друг от друга и беседовали обо всём подряд весь вечер. Нея рассказывала о своём обучении на курсах в Америке, продаже фермы и решении перебраться в Париж, чтобы учиться очно. Кристофер внимательно её слушал и наслаждался каждым словом из женских уст, которые так хотелось поцеловать. Ему лишь оставалось кивать и поддерживать девушку, настолько не хотелось прерывать её красивую размеренную речь и длинный интересный рассказ.

– А что нового у тебя? – улыбнулась девушка, застигнув парня врасплох.

Она уже попробовала лучший суп Сен-Жермен в Париже, пиццу Мортаделлу на тонком тесте, попавшую на их стол будто прямиком из Рима, и допивала второй глинтвейн. Девушка заметно расслабилась, это было видно по её розоватому личику и непринуждённой позе. Она была так скована поначалу, и Кристофер подумал, что это из-за обиды, но он ошибся. Ей было тяжело какое-то время, и она давно ни с кем не беседовала, как раньше.

– Я… открыл филиал компании в Лондоне, – замявшись вначале предложения, вспомнил первое, что пришло на ум, Кристофер. – Собрал новую команду, с которой теперь работаем дистанционно. Это важный проект, к которому мы долго шли.

О сотрудничестве с Викторией и связи, возникшей на почве этого знакомства, Крис предусмотрительно умалчивал. Нея не спрашивала о девушке, голос которой слышала вчера на фоне их телефонного разговора, и это позволяло считать, что она не придала этому особого значения. По крайней мере, мистер фон Лихтвенвальд надеялся на это.

– Это здорово, конечно, но меня интересует другое, – слегка усмехнулась Нея, подзадоривая его. Кристофер внутренне напрягся, плечи его слегка сжались. – Как ты сам? Что нового у тебя, не у компании?

Он облегчённо опустился на диванчик. Её всё ещё не интересует другая девушка. Общаться с Неей сейчас было всё равно что ходить по лезвию ножа – одна ошибка, и ты проиграл. Он понимал, что должен объяснить ей, в чём дело, но не знал с чего начать. Если он скажет, что та девушка ничего для него не значит, что подумает о нём Нея, – что он ветреный болван? Но и обратное говорить было бы жестоким поступком – ведь к Виктории у него так и не появилось крепких романтических чувств. Она была милой и ласковой по отношению к нему, и он старался дать ей то же, но влюблён ли он был? Нет.

Тогда зачем был с ней? В защиту Криса можно сказать, что влюблённость, уже не говоря о любви, иногда возникает не сразу, и, если обрывать каждую связь, так и не дав ей шанса раскрыться, можно навек остаться одному.

– У меня… всё по-прежнему, честно говоря, – пожал плечами молодой человек, наблюдая за девушкой краем глаз. Он аккуратно нарезал свой стейк средней прожарки, умело орудуя приборами. – Я правда скучал по тебе, Нея, и хотел бы дальше слушать о том, что было у тебя за эти месяцы.

Нея пожурила его взглядом.

– Но ведь так нечестно, – серьёзно заметила она. – Ты тоже должен рассказать мне всё-всё-всё.

Кристофер понял, что не в силах дальше юлить перед ней. Это было бы нечестно по отношению к ней. Она этого не заслуживает.

И тогда он начал говорить. Что встретил художника-коллекционера Фрэнка Буффало, узнал о желании того открыть свою картинную галерею в Париже. Пообещал помочь и тут же вспомнил о картинах Неи, что так ему нравились. Художнику предложения Кристофера понравилось, и он был не прочь познакомиться с ней. Тогда мистер фон Лихтенвальд и отправил Нее то письмо, которое дошло благополучно лишь спустя недели. Когда Нея связалась с ним, Кристофер был ошарашен и несомненно рад этому, ведь ещё не поздно всё организовать для выставки с участием работ девушки. Он собирался поскорей встретиться с ней, как тут звонок оборвался. И тогда он решил позвонить её матери, дабы узнать о том, как можно с нею связаться. Миссис Розенбах любезно поделилась контактами дочери – адресом и номером телефона, но Кристофер боялся, что так Нея всё же испугается и станет избегать его. Он решил поехать на следующий день в Художественный университет города, где могла бы учиться Нея. И не прогадал, встретив её там.

Потом Крис, переходя от сути к морали, не преминул упомянуть о важном. Рассказал всё, как было. Мол, пару месяцев назад повстречал дочь бизнесмена, на плечи которой была возложена лондонская фирма, и с которой они и заключили контракт по расширению бизнеса. Чуть позже она приехала в Париж, и он показывал ей город. Закрутился небольшой роман.

На этом Нея напряглась. Ей было не очень-то приятно слушать о том, как Кристофер говорит о другой, но внутренне она нуждалась в том, чтобы знать всю правду. Она не стала бы скрывать от него такие вещи, и была благодарна ему за то, что он решил поделиться этой важной деталью с ней.

Они взрослые, и не должны были хранить друг другу верность всё это время. Ведь у них было всего несколько поцелуев… И несмотря на это, девушке было неприятно. Она вновь погрустнела на глазах у Кристофера.

– Нея, если тебе неприятно, я не стану продолжать говорить об этом, – пообещал ей Кристофер, тоже огорчаясь от ситуации. – Я не хотел тебе врать, вот и всё. Та девушка, чей голос ты вчера услышала по телефону, была моей коллегой по бизнесу и… девушкой. Но я… я не знал, что ты позвонишь и приедешь сюда. Не знал, ждать ли тебя. Ты совсем пропала. Понимаешь?

– А ты выбрал не лучший способ, чтобы связаться со мной, – с лёгким раздражением усмехнулась Нея. Кристоферу стало стыдно, и он опустил глаза. – Письмо могло затеряться, и ты сам это понимаешь.

– Да, я виноват, – серьёзно отчеканил Кристофер. – Но и ты не пыталась мне позвонить или написать, – он не хотел это говорить, боясь обидеть девушку ещё больше, но слова сами вырвались – резкие и хлёсткие, как удар кнутом.

Нея хмыкнула. Она знала, что тут нет правых или виноватых. После уезда Кристофера с острова Нея действительно была погружена в саму себя, в продажу фермы, и к тому же всё ещё переносила расставание. Оно не то, что бы больно по ней ударило, но было непросто некоторое время смириться с тем, что тебе изменили. Только не ей. Не Нее. Она не верила в это. Её тщеславие не могло перенести такой удар слишком быстро и легко.

– Я была занята, – угрюмо заметила она в ответ, помешивая ложкой содержимое стакана. В кафе все продолжали веселиться и радостно проводить время в компании, а эти двое за круглым столиком заметно опечалились. – Но я не виню тебя, чтобы ты знал. Мы ведь и не встречались, верно? – она неожиданно подняла на него свои синие глаза, и Кристофер увидел, что в свете пиццерии они слегка поблёскивали. Он не мог разгадать, что теперь таилось в них после всего сказанного и услышанного. Ему было горько от того, что вечер вновь стал напряжённым.