Ангела Арно – Измена. Одни предатели (страница 3)
А потом и сам присел за ум. Стал всё по полочкам раскладывать, анализировать и выстраивать то, что получилось. В итоге пришёл к простым выводам: всё же я конченый мудак, у которого будет две семьи. Да, с горяча хотел, чтобы подруга жены избавилась от плода, боялся разоблачения, но потом до меня дошло. Я не могу и не хочу убивать этого ребёнка, возможно, сына. Да, пусть его родит нелюбимая женщина, но он всё же мой. На тот момент я уже хорошо встал на ноги и мог позволить содержать вторую семью не в ущерб первой. А когда узнал, что точно будет сын, то помог Люде с её мелким бизнесом в подарок на рождение Стаса.
Но было два условия для Люды, если хочет и дальше продолжать нашу связь. Первое: я никогда не уйду от жены и дочки. Даже не обсуждалось. Люда немедленно согласилась, ведь разрушать жизнь Вари она даже в кошмарном сне не хотела. И второе: видеться мы будем только на моих условиях и чтобы мой сын никогда не пересекался со мной, когда рядом будет Варя.
Так прошло четыре года, и пока всё было хорошо. Дома я был любящим мужем и лучшим папой на свете для своей принцессы. Для жены делал многое и хотел того же в ответ, вплоть чтобы она была только моя в любое время дня и ночи. Хотел ещё ребёнка, ведь у нас только Арина, Стас не в счёт. Но Варя ушла с головой в работу, и планы наши по созданию большой семьи всё дальше отодвигались. Ладно, чего я только на жену это перекладываю? Сам пошёл в политику и, в принципе, понимал, что можно и подождать.
С Людой и Стасом я отдыхал от той правильной жизни в самом прямом смысле этого слова. Не думал о работе, о необходимости быть идеальным мужем и любовником. Я просто был собой и позволял себя любить и обожать. Да, эгоистично. А если быть до конца охреневшим мудаком, то позволял себе в рот заглядывать. И мне это очень нравилось!
Нормально так в себя ушёл, что даже сам не понял, как закончил с делами, сгрёб вещи в сумку и вскоре был дома. Варвара-краса, уже свежая и домашняя, ждала в спальне. Жаль, глаза выдают её вселенскую усталость. Приму душ, поужинаю, а в квартире до спазмов в желудке вкусно пахнет мясным, и потом сделаю ей расслабляющий массаж с продолжением. Простой план готов, осталось реализовать, порадовать жену и со спокойной душой ехать якобы в командировку. Ухмыляясь простоте налаженной жизни, вышел из душа. Долго вытирался перед зеркалом, представляя довольные глаза сына. Стас был почти моей копией, чего не скажешь об Аришке, та в Варю больше пошла. Но сын — это я в детстве. Мужское эго ликовало.
— Варь, я тут подумал. Может, к ужину бутылочку вина откроем? А потом я тебе массажик сделаю… — прошёл на кухню и замер, уставившись на старый чёртов мобильник в руках жены.
Глава 3
Болезненный шок, казалось, длился вечно. Уже экран старенького смартфона давно потух, а я всё смотрю на него и вижу катастрофу вселенского масштаба, апокалипсис моей семьи. Словно чётко отпечатанная картинка, в мозгу висит её сообщение. Каждое слово могу повторить, хоть и прочитала всего один раз. А потом доходит, что не дышу. Сердце бьётся через раз, пронизанное жуткими стрелами понимания: моя Люська, кукла, самая близкая подруга — любовница моего мужа, от которого у неё сын. Сын! Мальчик, о котором мечтал Толя после рождения Ариши… сын, которого хотел и сейчас от меня… Это же… Боже!
Я чуть не выронила телефон от дикой боли. Она ударила мгновенно, запуская сердце вскачь, а лёгкие так и не поняли, что сейчас им нужно дышать. Глотая и проталкивая воздух, за малым не упала на пол, схватившись за стену. Голова кружилась, а кровоточащее сердце продолжало стучать по рёбрам как ненормальное.
Слегка отдышавшись, нажала кнопку включения на мобильном, не надеясь, что он без пароля. И чуть снова не задохнулась, теперь от везения. Неужели муж настолько расслабился, что даже не поставил блокировку? Неужели я настолько была слепа, что он почувствовал вседозволенность, исключительность, верит в свою непогрешимость и безнаказанность? На это он ответит позже. А пока я стала изучать всё, что есть в телефоне, умышленно причиняя себе ещё больше боли.
Галерея была наполнена снимками Стаса от рождения до последних дней. Быстро листая, я замечала и подругу с сыном вместе. Но нигде не было самого Толи. Дальше я проверила звонки. Только номера, никаких имён. Но мне этого и не надо. Номер подруги я знала наизусть. И если было какое-то сомнение, что телефон не моего мужа, то вишенкой на торте стала переписка в мессенджере. И чёртовы сомнения испарились, как дымка тумана при первых лучах рассвета. Там уже Толя не скрывался, отвечал почти теми же словами на сообщения Люды, как и мне. Но хуже всего было то, что на её «люблю» он говорил ответным «люблю»! Вот такая сволочь.
Вода в душе перестала журчать. А это значит, что мой неблаговерный скоро выйдет. И мне либо остаётся делать вид, что я ничего не знаю. Либо разобраться с его двойной жизнью здесь и сейчас. Меня больше пяти лет обманывали самые близкие люди! Изменяли, предавали, смеялись за моей спиной, а я их любила, поддерживала, успокаивала и жертвовала всем ради них. Нет, не смогу молчать и делать вид, что всё хорошо. Сегодня меня убили, похоронили, стёрли с лица земли. Подло и мерзко…
Схватив свой телефон, стала быстро фотографировать чат мужа и его любовницы, после были галерея и звонки. Я не знаю, что произойдёт, но мне такие улики точно пригодятся. Скинув фотографии в облако, на ватных ногах прошла на кухню. Чёртов старый мобильник снова пиликнул и высветилась фотография лежащего Стаса с мокрым полотенчиком на лбу. Это было похоже на контрольный выстрел в мою голову.
— Варь, я тут подумал. Может, к ужину бутылочку вина откроем? А потом я тебе массажик сделаю…
Я смотрю на оторопелого мужа, который переводит взгляд с меня на телефон, и ловлю каждую его эмоцию. Улыбка сходит с лица, губы плотно сжимаются, руки резко замирают на уровне груди, а в глазах появляется животный страх. Но Толя мгновенно приходит в себя, натянуто улыбается и шагает к столу, стараясь непринуждённо сесть. Плохо играешь, Толь.
— А что это у тебя?
Он кивает на телефон в моей руке, а я, всё ещё оглушённая предательством и погружённая в свои мысли, за ним веду взглядом. Жму плечами, не могу пока выдавить из себя слова.
— Варь? Ты откуда это взяла? — он протягивает руку и хочет забрать, но я отодвигаю телефон, и в меня возвращается жизнь. Вместе со злостью, ненавистью и горечью утраты всего хорошего, что, я считала, у нас было.
— Это телефон, Толь. Твой… Видимо, второй.
— Где. Ты. Его. Взяла?
Чеканит каждое слово, пытаясь надавить. Ну, такое мы проходили. И муж, наверное, забыл, что это на меня плохо действует. Скорее наоборот, разжигает пожар до предела. И вот я чувствую это пламя внутри — яростное и обжигающе болючее. Давай, Толя, взорви меня. Может, полегчает?
— У тебя в сумке, муж, — складываю руки на груди, пряча телефон. Не отдам, пока всё от него не узнаю. — Сам расскажешь про свою двойную жизнь или?..
— Варь, ты чего… копалась в моих вещах? Какого хера?
Хм, а вот это что-то новенькое. Даже при худшей ссоре Толя не ругался, контролировал себя. Считал, что если будет применять бранные словечки в моём и дочкином присутствии, то ничем не будет отличаться от быдла. Что ж, теперь не отличается. Он хуже!
— Некрасиво отвечать вопросом на вопрос, муж, — на последнем слове я даже непроизвольно скривила лицо, так стало противно.
Интересно, а кем Толю всё это время считала Люда? И сучка ведь, подсунула мне фотографию какого-то мужика, чтобы красиво разыграть передо мной спектакль! Браво, Люд! Я поверила.
— Некрасиво лазить по моим вещам, — парировал он, зеркаля мою позу. — Может, ты ещё и следишь за мной?
— А надо было? — венка на виске мужа дёрнулась. Неужели думал об этом? — Может, и да, тогда бы не ходила обманутой женой столько лет.
— Какой, на фиг, обманутой? Ты о чём, Варь? — ты смотри, не сдаётся, а ведь к стенке прижат. — Отдай мне телефон.
Толя протянул руку, выжидательно и прям так уверенно смотря в мои глаза. Ни доли страха, вины и сожаления. Если бы я не знала правду, то можно было бы усомниться, настолько муж праведно себя вёл. Но я не идиотка, хоть на голове сейчас ходи, уже не поверю ничему, кроме своих глаз.
— Держи, — пустила гаджет по столу в сторону предателя.
— Спасибо. Варь…
— Теперь, может, расскажешь?
Да, я до последнего верила в человеческую порядочность, хотела и имела полное право всё знать здесь и сейчас, уверенная, что будет снова больно. Но куда ещё сильнее? Переживу, выплакаюсь позже, поною в подушку и встану… А сейчас мне нужно знать причины и мотивы. Почему те, кого я искренне любила всей душой, так могли со мной поступить?
— Варь, что ты хочешь услышать? — сказал ухмыляясь, выключил долбанный телефон и уверенно откинулся на спинку стула. — Что это не мой телефон и ты прочитала чужую переписку?
— Осипов, ты совсем меня за дуру держишь? Какая чужая переписка? Там твоя другая жизнь с моей подругой!..
Ну всё, я повысила голос. Довёл. Ты спалился, милый, я всё знаю! Так наберись же храбрости и скажи мне правду! Но вместо этого этот человек, которого я долгие годы любила, доверяла как себе, лишь качает головой и молчит. Долго молчит. Всё ясно. Признавать свою вину не хочет, быть главной причиной в развале семьи — тоже. Тогда вот зачем было это делать?