Анфиса Шторм – Заноза (страница 26)

Главврач. Существуют специализированные реабилитационные центры. Платные. Там ей смогут помочь. Там и психолог, и должный уход, и питание...

Вадим. Я подумаю...

Вадим сидел в своём кабинете, развалившись в кресле.

Вова. Будешь ей помогать?

Вадим. Ещё не решил.

Вова. Да что тут думать? Ей никто не поможет. Если не ты.

Вадим. Ну а кто она мне? Дерзкая девчонка из клуба?

Вова. Не только.

Вадим. Да никто.

Вова. Ну как сказать... Она всегда могла тебе ответить... самому Вадиму Высоцкому... Дерзила тебе — и не боялась.

Вадим. Она дрожала.

Вова. Вот и подумай...

Блять! Опять её спасать надо! Ведь только с Ваней порешали, что он будет её занимать! И куда он сам-то делся! Телефон выключен. Опять Влада на нём! И, конечно, он не может её бросить... Без него она не выживет...

Братья её тоже были в квартире. Все трое в больнице. Имя пусть мать занимается. Он не может спасать всех, да и не хочет!

Вадим пришёл навестить Владу.

Она сидела на кровати, глаза выплаканные. Лицо не тронуто пожаром. Красивая...

Стоял, смотрел на неё, молча; глаза в глаза. Она сама как смерть: бледная, безжизненная.

Влада. Забери меня отсюда.

Мог бы ей припомнить, отомстить, наказать — за её дерзость, её скандалы. Но потом.

Вадим. Ты уверена?

Оживилась.

Влада. Да. Пожалуйста...

Вадим привёз Владу в свой дом, вручил домработнице Татьяне, которую пришлось нанять временно на постоянную работу, с проживанием.

Влада обустроилась в отдельной комнате.

Но то же самое: орёт по ночам, рыдает, воет...

Вадим продержался две ночи — не спавши; дремал в кабинете; два дня в странном состоянии — не поспать нормально.

И высказал Владе. Когда она снова завыла — вошёл в её комнату, тряс за плечи.

Вадим. Хватит! Я спать не могу! Что мне сделать, чтобы ты замолчала?!

Влада. Ты больше не услышишь. Обещаю.

И как только в доме стихло... сбежала...

Влада краем уха слышала про реабилитационный центр — государственный. Адрес сама загуглила.

Пришла к ним. Её не хотели брать — из-за воя. О ней уже весь город знает что ли?

Но ей больше некуда идти... И им пришлось её взять...

33

Влада попросила что-нибудь бумажное: листы, тетради, блокноты — что угодно, и что-нибудь пишущее. И ей дали: тетради и ручки.

Влада стала вести дневник. У неё ничего не осталось, кроме воспоминаний. И она записывала всё-всё что могла вспомнить: всю свою жизнь. Писала, писала, писала... пока ни вырубалась, с ручкой в руке... Изматывала себя, уставала — и стала спать лучше. Перестала орать во сне, и рыдать-выть на яву... Увлечена записями...

У неё ничего не осталось, сгорело всё: одежда, обувь, документы, личные вещи, тетради, дневники, фотографии, украшения... Её как будто стёрли...

Вадим узнал где она находится. И открыл счёт на её имя: чтобы ей покупали всё что ей необходимо — чтобы она могла строить новую жизнь, наживать новые вещи...

Влада жила в отдельной комнате. Заканчивала уже третью тетрадь воспоминаний...

Вадим пришёл её навестить. Она выглядит лучше: глаза уже не выплаканные, лицо свежее. В ней проснулась жизнь.

Вадим. Ну и как тебе тут?

Влада. Хорошо. Без тебя справляюсь.

Усмехнулся.

Вадим. Да это я всё оплачиваю: больница, палата, тетради, отдельная комната!

Влада. Это всё ты... Ты нас сжёг?

Вадим. Совсем ебанулась?! Вот ты сука!

Ушёл, злой, хлопнув дверью...

Да что у неё в голове?! Как она может о нём думать ТАКОЕ?!

Вова не мог не заметить состояние Вадима — его аж трясло.

Вадим. Она думает, что это я...

Вова. Платишь за неё?

Вадим. Поджёг.

Вова. Ну неудивительно, что она так о тебе думает.

Вадим. Да что я сделал?!

Вова. Ну у вас всё не просто... И угрожал...

Вадим. Да. Было такое. Давно! Но это же были просто слова!

Вова. Ты обычно держишь своё слово.

Вадим. Но это ведь не я... Ты думаешь на меня? Тоже?

Вова. Ты бы не решился.

Вадим. Почему?

Вова. Сам знаешь

Вадим. В смысле?

Вова. Любишь её. Это видно.

Вадим злился, но приуспокоился.

Вадим. Ты знаешь кто это сделал?