Анфиса Шторм – Боль.но (Нитакая) (страница 39)
Сплетаемся языками...
Но всё нежно...
Это так... по-другому... Без грязи...
Так тоже кайфово!
Она нуждается во мне... как и я в ней...
Сливаемся...
Укладываю на лопатки...
Целую шею, ключицу, грудь, живот...
Она выгибается...
Но она хочет именно губы в губы...
Как боится, что это в последний раз...
Да у нас всё только начинается!
Перекатываемся, она сверху...
Сцепляем руки в замки...
Прижимается грудью ко мне...
Я вот-вот кончу, даже не войдя в неё...
Спускаю боксеры, насаживаю её...
Но нам сейчас хочется не секса, не траха, не ебли, а слияния...
Прижимаю её к себе...
Никогда не отпущу...
Только моя...
Когда вилку воткнула — думал, убью. Отведу в подвал... поставлю на колени... и пулю в лоб... Чтобы знала сука своё место... под землёй...
Но эти глаза... Моя кровь на её лице... Сколько раз я вспоминал... Как стоит на коленях...
Она не прижимается ко мне, а втирается, впитывается...
Снимает рубашку.
Тааак. Что-то задумала... Игру какую-то...
Поддаюсь. Позволяю.
Сцепляет руки в замки у меня над головой...
А потом чувствую, что связывает меня.
Отрываюсь от поцелуя, а она натуго завязывает мою же рубашку на моих запястьях. Оп — и второй узел. Реально не пошевелиться.
Она слезает с меня, встаёт на колени, мои ноги между её, сползает вниз...
Ну прям не может, чтобы не отсосать!
Кончаю в её горло, она сглатывает, открывает широко рот, высовывает язык — чтоб увидел, что всё проглотила. Я — за такое не хвалю. Разбаловала меня.
Но есть у меня вопрос... Сейчас у неё кровь заварится до кипятка. Но я должен спросить...
Смотрю в глаза. Она сидит на мне.
Сейчас рванёт...
Отец её ребёнка...
А она так спокойно рассказывает...
Последний козырь...
О. ХУ.Е.ТЬ.
Чё она несёт?!
Закипаю я. А она — спокойна.
Похуй на всё! Запизделась девка.
Приказываю.
Развязывает.
Бросаю на неё гневный взгляд. Убью суку! Если сейчас не уйду...
Придётся копнуть в её прошлое...
Ухожу, хлопнув дверью...
Чё за бред она несёт?! Какая нахуй "ТВОЯ дочь"?!
ГЛАВА № 17.18 ПОЛИНА
Полина только сейчас заметила, что комната-то другая. Это не гостиничный номер. И где она?
Вышла из комнаты. Сразу наткнулась на охранника. И амбал всё разъяснил: она в ЕГО квартире, выходить на улицу пока нельзя, ей выделили отдельную комнату, и все её вещи из коммуналки упакованы и привезены сюда.
Вошла в свою комнату. Улыбнулась. Матрас на полу. И коробки с её вещами.
Амбал сказал, что ей купят всё, что она захочет, — но надо попросить.
Ага. Щас.
Легла на матрас, закрыла глаза.
Разозлился. Не поверил. Исчез...