Анфиса Ширшова – Власть Шести (страница 15)

– Почему же считается, что от него ничего не осталось? Я лично читал об этом в прошлом году, – нахмурившись, пробормотал Нэйт.

– Это инициатива твоего прапрадеда. Лишнее внимание ему было ни к чему. Территория вокруг замка тщательно охраняется. Сюда не пропустят ни один автомобиль, не принадлежащий автопарку Эшбёрнов.

Кристиан уверенным движением распахнул тяжелую арочную металлическую дверь, мимоходом пояснив:

– Твой дед не любит, когда в доме много прислуги и посторонних людей. Пара человек на кухне, еще несколько два раза в неделю убирают замок, а летом следят за территорией – вот и весь штат.

Нэйт в это время разглядывал внешние каменные стены, снизу покрытые пятнами мягкого мха. Внутри пахло тмином и можжевельником – теплый, сладковато-пряный аромат. Пол застелен бордовой ковровой дорожкой с вышивкой золотыми нитями, на стенах картины художников-маринистов, старинные фотографии в рамах из темного дерева и медные светильники.

Кристиан уверенно шагал по длинному коридору, а до слуха Нэйта донесся приглушенный гул нескольких голосов и тихий шорох. Он понятия не имел, что ожидало его дальше, но готов был столкнуться с неизбежным лицом к лицу.

«Не нужно так волноваться, – сам себе говорил он. – Это всего лишь мои родственники. Да, странные и, скорее всего, опасные люди. Но я им нужен. Ничего ужасного не случится».

Нэйт и Кристиан ступили в просторный зал, служивший гостиной. Повсюду темное дерево, толстые ковры, псевдо-свечи в канделябрах на стенах, желтоватая бумага многовековых документов за толстыми стеклами рам. По бокам от арочного входа статуи рыцарей в доспехах с копьями, наконечники которых устремлены вверх под высокие сводчатые потолки.

Взгляд высокого мужчины с волосами цвета соли с перцем впился в Нэйта, словно две темные пиявки присосались к вискам. Гадать не было необходимости – перед ним Арто Эшбёрн. Уже четыре года, как он справил семидесятилетний юбилей, но лица его едва коснулись морщины, и лишь две глубокие складки у носа и две между бровей свидетельствовали о его любимых эмоциях – гнев, недовольство и презрение.

Арто на удивление казался еще вполне крепким мужчиной, но Нэйту отчаянно не нравился его взгляд – колючий, прожигающий плоть до самой души. Джулия не зря прозвала его демоном.

Нэйт замер, расправив плечи, широко расставив ноги и сложив ладони в замок спереди – так же, как любили делать его командиры в армейском лагере. Вытягиваться по стойке смирно показалось глупым и излишним. Он не хотел демонстрировать страх, который, словно нечто склизкое, скрутился клубком в районе желудка. Все же встреча произвела на него впечатление: суровый глава семьи Эшбёрн, сухая пожилая дама, сидевшая в центре мягкого дивана с зажатым между пальцами мундштуком, пятерка отцовских клонов и мальчик Томас в инвалидном кресле, строго глядевший в лицо брата.

«Я попал в психушку», – пронеслось в сознании Нэйта, но на лице его не дрогнул ни один мускул. Внутреннее чутье подсказывало, что он не имеет права показывать этим людям страх и неловкость. Он возблагодарил небеса за муштру в военном отряде, где командирам удалось закалить его дух.

Может быть, здесь работали те же принципы? Бей первым, если чувствуешь, что грядет заварушка.

– Добрый день, – произнес Нэйт, не глядя ни на кого конкретно.

Голос прозвучал хорошо: ровно, спокойно, немного с ленцой и равнодушием. Пусть не думают, что он жаждал этой встречи. Девятнадцать лет прожил без этих людей и еще столько бы их не видел.

– Сколько лет, сколько зим, – то ли весело, то ли с издевкой отозвался Арто. Но по сощурившимся глазам деда Нэйт понял, что попал в цель – старику не понравилось, что внук перехватил инициативу.

Пожилая дамочка – должно быть, его бабка – фыркнула и сомкнула тонкие губы, покрытые слоем бордовой помады, на кончике мундштука. В коротко стриженные темные волосы с медным отливом вплелись белые струйки приторно-горького дыма.

«Я видела твою бабку один раз в жизни и до сих пор благодарю Бога, что наши пути с ней больше не пересекались. От ее взгляда мороз по коже». Тут Нэйт был склонен не согласиться с Джулией. Взгляд старухи, конечно, приятным не назовешь, но у деда он в разы хуже.

– Чаю, молодой человек? – спросила она скрипуче, скрещивая худые ноги.

– Разумеется, Бернадетт, – кивнул матери Кристиан. – Ни Нэйт, ни я не откажемся.

«Молодой человек? Похоже, бабуля намеренно подчеркивает пропасть между нами. Но ведь Томасу едва исполнилось десять, а он, как погляжу, тут уже принят с распростертыми объятиями. И за что же такая честь? За открывшийся дар провидца?»

– Разве мама не здесь? – спросил Нэйт, несколько агрессивно разглядывая родственников.

Вопрос не понравился ни одному из них. Клоны переглянулись, Томас отъехал на коляске назад, Арто хмыкнул, а вот бабка внезапно оживилась.

– А разве ты не в курсе, что совершила эта безумная? Эта дамочка в нашем замке персона нон грата! Неблагодарная дрянь!

– Бернадетт, – успокаивающе положил Арто крупную ладонь на острое колено жены, – ну будет тебе. Она как минимум подарила жизнь Нэйту – наследнику, на которого у нас большие планы.

– Я давно предлагала пойти путем искусственного оплодотворения, – буркнула ведьма. – И если б вы прислушались к моим словам, этот замок уже ломился бы от ваших чертовых наследников. Ты мог бы выбрать лучшего, Арто, – ткнув коготком в плечо мужа, раздосадовано добавила она.

Нэйту очень хотелось послать старуху к дьяволу, попутно зацепив и деда, но он чудовищным усилием воли сдержался. Устроить скандал – проще простого. Но что дальше? Зная методы отца, он понимал, что просто так его отсюда не выпустят. От души поиздеваются, вновь переломают кости и бросят в подвал проклятого замка если не подыхать, то крепко подумать о своем поведении. Многие месяцы пройдут в пустую, и начинать придется заново.

Джулия ведь сама говорила, что он должен стать сильнее Кристиана и Арто. Нэйт пообещал себе, что будет стараться.

– Ты отлично знаешь, что этот путь нам не подходит, – нахмурился дед. – Зачатие должно происходить естественным образом, только в этом случае будет послана та душа, которая предназначена нашей семье судьбой.

– Мир изменился, Арто.

– Но не его каноны, – отрезал старик.

– Этот спор длится почти два десятилетия, – развела руками Бернадетт, глядя на Нэйта. Он ответил ей взглядом исподлобья. Бабке это не понравилось. – Гляди-ка! Так и сверкает своими разноцветными глазищами. Мало ты порол его, Кристиан.

Острые фразы Бернадетт, будто метательные звездочки, врезались в грудь Нэйта. Он качнулся на пятках, пытаясь дышать ровнее. Должно быть, Эшбёрн-старший почуял, что внук едва сдерживается, быстро встал и подошел к парню, хлопнув того по плечу.

– Присаживайся, Нэйт. Поговорим.

– Нет уж, погоди, Арто! – вмешалась бабка, усаживаясь на край дивана. – Я скажу, что сотворила его мать. Представь себе, мальчик, Джулия вырезала все свои женские органы десять лет назад! Десять лет! Уму непостижимо. А мы ждали от нее еще детей! Эта мерзавка водила нас всех за нос, – тыча наконечником мундштука в Нэйта, проскрипела она. – Ей самое место в сумасшедшем доме. А ты еще спрашиваешь, почему ее здесь нет.

– Бернадетт, это уже неважно, – вдруг произнес один из клонов отца, поднимаясь с кресла. Он подошел к Нэйту и любезно отодвинул для него стул за массивным круглым столом из цельного дерева. – С другими женщинами тоже ничего не выходило. Но у нас есть Нэйт, Аманда и Томас.

– Без слез не взглянешь, – фыркнула бабка.

– Нэйт совершенно здоров, – вмешался Арто, занимая место в центре. – Он способен подарить множество наследников нашей семье. Это лишь вопрос времени. Аманда, вероятно, тоже имеет возможность родить детей, которые не получат от нее глухоту. Я консультировался с генетиками.

У Виски голова пошла кругом. Не может ведь быть, чтобы они обсуждали это все всерьез? Но тон, с которым старик произнес эти слова, не оставлял шанса на сомнения.

Нэйту оставалось одно – пытаться сохранить здравый рассудок среди людей, обладающих огромными средствами и связями, и имеющих крайне извращенные представления об адекватности. Осознание вседозволенности также кружило им голову, позволяя пересекать все возможные красные линии и делать то, на что ни один человек никогда бы не решился.

Хуже сочетания быть не могло.

Глава 12

Эшбёрны оказались последователями вероучения о реинкарнации – переселения личности или души из старого тела в новое. По их мнению – а, как оказалось, тех, кто верит в подобное, не так уж мало, – смерти не существует, но есть лишь нахождение души либо в теле, либо вне его, и существование ее не может закончиться, поскольку душа – это искра, посланная высшей силой. Она ищет новое тело, когда деяния и привязанности ее не были вполне реализованы в одной из жизней. Когда же все, что желала душа, было исполнено, высшая сила забирает ее себе, окружая вечной любовью.

– Кристиан сообщил мне, что ты тоже видел свои прошлые воплощения, – довольно произнес Арто, подняв кисти рук вверх и прижав кончики пальцев друг к другу. – Мы были счастливы узнать об этом, ведь подобная милость даруется далеко не каждому человеку. Это все равно что благословение, Нэйт.

За круглый стол уселись все шесть Кристианов, сам Нэйт и Арто. Томас на инвалидном кресле пристроился позади деда и теперь буравил брата блеклыми глазами. Бернадетт осталась сидеть на диване, не выпуская мундштук из пальцев. Нэйту хотелось встать и рявкнуть на безумных родственников, чтобы перестали ломать комедию, но самое жуткое заключалось в том, что происходящее вовсе не было для них представлением. Они посвящали Нэйта в то, во что верила их семья на протяжении множества лет.