Анфиса Ширшова – Ночь расплаты (страница 7)

– Почему?

– Если произойдет аварийная посадка, и ракеты будут повреждены, то полет для пилотов закончится трагично.

– Но ведь можно катапультироваться, – возразил Татум.

– Ты не понимаешь! Мы должны сохранить самолеты во что бы то ни стало. Во-первых, в Элла-Роуз их всего три, а во-вторых, вы сможете вернуться домой только на самолете. Других вариантов нет. Да и в кого тебе стрелять, скажи на милость?

– Этого никто не знает, – пожал он плечами. – Я бы вооружился.

– Возьми с собой пистолет.

– Спасибо за совет, Сицилия, – скривился он. – Еще про арбалет не забудь.

– Это ты про него не забудь, – буркнула я. Повернулась к нему и прикусила губу. Татум хоть и храбрился, но, показалось, что в его глазах я заметила тоску. – Послушай, я очень надеюсь, что вы все вернетесь в целости, но для этого нужно всеми силами сохранить самолеты, понимаешь?

– Да вроде не дурак.

– Если откажешься от ракет, самолет будет более маневренным. Поверь, это важно.

– Хорошо, я подумаю. – Он провел ладонью по бритому затылку, внимательно вглядываясь в чертеж. Я невольно залюбовалась им. Мы стояли очень близко, пара миллиметров, и наши руки соприкоснуться. Я даже чувствовала тепло его тела, но мысленно заставляла себя не думать об этом. – Расскажи подробнее про автоматизацию пилотирования.

– Да. Конечно… Мм, смотри. Установлена комплексная цифровая система управления, предусматривающая автопилот и автоматический полет по путевым точкам. Сюда же включено управление вектором тяги двигателей…. Что? – осеклась я, заметив, что Татум широко улыбается.

– Не думал, что учиться может быть так приятно. Ты знала, что выглядишь невероятно сексуально, когда выдаешь все эти заумные термины?

Я закатила глаза и цокнула языком, но даже не призналась бы сама себе, что от его слов в груди стало щекотно…

– Ты вообще понял хоть что-нибудь? – проворчала я, пряча взгляд.

– Понял, стесняшка, – хмыкнул Татум. – Ты очень доходчиво объясняешь. Продолжай, пожалуйста.

– Больше не перебивай, – сурово произнесла я и продолжила: – Еще одна составляющая автоматизации заключается в том, что пилот может пользоваться практически всеми функциями, не снимая рук с рычагов управления двигателем. Это очень удобно.

Моя лекция затянулась на пару часов, но Татум и правда внимательно меня слушал. Однако я почувствовала, что нам обоим нужен перерыв, поскольку информации было слишком много, и Барнсу наверняка требовалось ее переварить.

– Возьмем тайм-аут – покосившись на часы на стене, сообщила я, откладывая карандаш. – Если хочешь продолжить, приходи часа через три.

– Почему так долго? – нахмурился сын Правителя.

– Сейчас обед, а потом мне нужно к главному конструктору, узнать результаты испытаний.

– Может, пообедаем вместе? – вдруг спросил Татум.

Я приподняла бровь и оглядела его с головы до пят.

– Мы все обедаем в столовой. Неужели ты будешь там есть?

– А что такого? – пожал он плечами.

– А то, что ты не привык питаться, как простые рабочие.

– Считаешь меня неженкой? – мрачно спросил он.

– Не важно, что считаю я. Главное, что ты сам о себе думаешь.

***

Арчи вошел в ангар, где работала Сицилия, и остолбенел. Рядом с ней, у стола с чертежами, стоял один из сыновей Правителя – Татум Барнс. Бывший жених сестры Цили.

– День добрый, – неуверенно произнес Арчи и нахмурился. Ему не понравилось, как Татум смотрел на девушку. С плохо скрываемым интересом, слишком пристально и откровенно.

– Арчи, – обрадовалась она и тут же пошла ему навстречу, а у парня от сердца отлегло. – Идем на обед?

– Конечно. Я потому и пришел.

Он быстро нашел ее ладонь и переплел пальцы. Покосился на наследника Правителя и понял, что тот хмуро разглядывает их руки, а на самого Арчи косится с неприязнью.

– Что он тут делает? – чуть понизив голос, спросил он у Цили.

– Слушает лекцию, – вздохнула она и направилась к выходу из ангара, но уже у двери обернулась и крикнула: – Если ты всерьез собрался обедать вместе с нами, то пойдем. Покажу, где столовая.

Он криво усмехнулся и неторопливо направился в их сторону, сунув ладони в карманы серых спортивных штанов.

***

Столовая находилась в отдельном помещении, куда уже торопились припозднившиеся рабочие. Проходили в здание и вставали в очередь, взяв из общей стопки глубокую тарелку и одну плоскую, на которой уже лежала алюминиевая ложка. Мы с Арчи привычно встали в хвосте, а вот Татум замер у входа и принялся напряженно оглядываться. В тот момент вид у него был весьма потерянный, и я не выдержала. Подошла и потянула за собой, уцепив его за локоть. Все тело напряглось, стоило мне прикоснуться к нему. Казалось, что я делала что-то запретное…

– Бери тарелки, – шепнула я, когда он встал позади меня.

Татум послушно сделал, как я велела, а я фыркнула и покачала головой. Уж больно нелепо выглядел наследник Правителя. Многие ребята шептались, завидев Барнса в самой обыкновенной рабочей столовой, но, стоило отдать им должное, старались не пялиться так откровенно.

– Смотри, – снова повернулась я к нему, – сегодня на выбор каша с мясом или просто каша, но к ней еще добавят овощной салат.

– Если выберу мясо, овощей не дадут? – поразился он.

– Нет, конечно. Что-то одно. Но имей ввиду, что мясо может закончиться, потому и выбора не будет. Зато хлеб всегда есть.

Татум поджал губы, но было заметно, что происходящее ему отчаянно не нравилось. Арчи поглядывал на него с презрением и легкой насмешкой, и обстановка ощутимо накалилась. Когда очередь дошла до нас, как я и предсказывала, остались только каша и овощной салат, к которому добавили кусок серого хлеба. Зато в травяной напиток положили ложку брусничного джема, что примирило меня с действительностью. Наша троица подошла к длинному столу, но свободных мест было только два. Арчи уселся за стол, глянув на Татума исподлобья. Наследник Правителя нахмурился, а я быстро шепнула:

– Вижу свободное местечко.

Торопливо направилась вглубь зала. Пусть сидят вместе и обмениваются мрачными взглядами, а я спокойно пообедаю. Но не успела придвинуть к себе кружку со сладким чаем, как Татум плюхнулся на освободившееся место рядом со мной и отчаянно прошипел:

– Что за отраву тут выдают?

Я удивленно приподняла брови и сделала глоток. Облизала губы и пожала плечами.

– Самый обычный обед. А что не так?

– Все! Вообще все! Эту склизкую массу невозможно проглотить, Сицилия.

– Зато сытно.

– Ты ведь живешь на окраине? – внезапно спросил он. – Там же, где живут все эти… рабочие?

– Да, – кивнула я, глядя в яркие голубые глаза. – Почему ты спрашиваешь?

– Как ты вообще живешь в том месте? Там ведь одни бараки, крохотные комнаты, серость, грязь… Где ты питаешься?

– Здесь, Татум. Обедаю и ужинаю в столовой. А в единственный выходной пытаюсь что-то приготовить самостоятельно.

– Это чудовищно, – ужаснулся он и посмотрел так, будто на моей голове появились рога.

– Именно так живут твои подданные, – медленно произнесла я, перегнувшись к нему через стол. – Не нравится? Так, может, сделаешь что-нибудь? Ты ведь сын Правителя, ты входишь в Совет правления. Помоги своему народу, который сыт по горло всей этой жестокостью.

Он отвел взгляд, немного подумал и спросил:

– Много ли сделал твой отец? Ты ведь наверняка говорила ему, в каких условиях живешь.

Я усмехнулась и подперла голову ладонью.

– Он отлично знает, как живут люди на окраинах, и отселил меня туда, чтобы напугать. Вот и все.

– И ты не собираешься возвращаться домой?

– У меня больше нет дома.

Татум не сводил с меня взгляда, а я продолжила пить чай, стараясь не обращать внимания на его присутствие. Получалось, безусловно, плохо. Что-то было не так. Я чувствовала себя рядом с ним… уязвимой. Да. Именно. Пропала уверенность в себе. И мне это отчаянно не нравилось.