Анфиса Ширшова – Лёд и карамель (страница 6)
– Иди на хрен.
– Твою мать. Просто добавь ее в друзья и пялься, сколько хочешь.
– А ты думаешь, она меня добавит?
– Я бы этого не сделал, – пожал плечами друг. – Окей, давай договоримся так. Я сделаю скрин и скину тебе ее фотку, идет?
– Идет, – зачем-то согласился я и перекинул ему телефон через стол.
Но я не извинился ни через день, ни через три. Потому что был уверен в том, что Энн не захочет слушать мои дурацкие объяснения, да и не поверит ни одному моему слову. С какой стати? Я ей никто.
Но мысли о том, что я поступил как последняя сволочь, не покидали меня ни на минуту. Иногда я открывал на телефоне фото, которое мне отправил Кол, и разглядывал невозможные карамельные глаза Энн, и в те моменты в груди отчего-то становилось щекотно. Я тер ее ладонью и думал о том, какой же я придурок…
***
АНЯ
Наверное, я бы могла сказать, что мне нравится колледж, если бы не Чейз Фергюсон. Не знаю, с какой стати я заслужила это личное проклятие. Похоже, этот парень не мог спокойно жить, если не скажет кому-нибудь гадость хотя бы раз в день, но все эти гадости он почему-то решил говорить исключительно мне. Самым мягким оскорблением было брошенное в спину слово «дешевка». Самым ужасным… Ну, тут уже было сложнее выделить победителя, но «потаскуха» отчего-то казалось наиболее противным.
Сегодня Фергюсон переплюнул сам себя. После занятий он подловил меня у кампуса и так сильно сдавил мое запястье, что я вскрикнула. Злобные водянистые глаза уставились в мои.
– Ты не забыла, что я говорил тебе в прошлом году, дрянь?
Как же мне хотелось одновременно и разреветься, и вырвать ему кадык, попутно воткнув карандаш в поросячий глаз… Но здравый смысл подсказывал, что вступать с ним в рукопашную пока что было бесполезно. Чейз был крупным, но каким-то рыхлым. Впрочем, это не помешает ему задавить меня массой. Я надеялась, что Макс научит меня каким-нибудь хитрым приемам, чтобы однажды я могла хорошенько врезать этому мешку с дерьмом.
– Я говорил, что оставлю тебя в покое, если ты мне отсосешь, – выдохнул он мне в лицо, еще сильнее сдавив запястье. Моя рука онемела.
Самое ужасное заключалось в том, что я видела в его глазах не только злобу, но и… желание. Казалось, что в эти самые секунды он отчетливо представляет то, что сейчас озвучил вслух, потому что его глаза впились в мои губы.
В ушах тонко запищало от напряжения.
– Отпусти меня, – процедила я, чувствуя, как меня начинает трясти от бешенства.
– Русская кукла решила немного поломаться? – противно сморщился он. – Давай-давай. Это даже интересно.
Он резко отпустил мою руку и поправил свой рюкзак, после чего как ни в чем не бывало вразвалочку пошел к воротам. Мы не были одни в этот час, но я прекрасно понимала, что никто из студентов не бросился бы мне на помощь. Со стороны наверняка даже не было понятно, что Чейз сделал мне больно и что он наговорил мне кучу неприятных вещей. Наверное, прохожие думали, что мы просто перебросились с ним парой слов, как самые обычные сокурсники.
Я кое-как расцепила пальцы, которые так отчаянно сжимала в кулак, что они побелели. Подняла рукав кофты и увидела на запястье яркие малиновые пятна. Выдержка покинула меня, и я выругалась отборным русским матом.
В зал, где тренировался Макс, я влетела, переполненная решимостью. Мой бывший парень с самого детства занимался тайским боксом, получил разряд и часто принимал участие в чемпионатах. В колледже ему сходила с рук не самая хорошая успеваемость, поскольку Макс выступал за сборную колледжа и занимал призовые места.
– Детка, я рад, что ты пришла.
Он снова чмокнул меня в губы и тут же расплылся в широченной улыбке. Я никогда не говорила ему, что Чейз Фергюсон методично портит мне жизнь, потому что в тот момент, когда многим стало известно, что я стала встречаться с Максом, Фергюсон перестал меня третировать. Должно быть, испугался тяжелой руки моего парня. Но в мае мы с Максом расстались, и я улетела в Испанию. За это время Фергюсон, конечно же, узнал о том, что никакого парня-боксера у меня больше нет, и набрался сил для новых гадостей.
Первым делом Макс велел мне как следует размяться, затем качать пресс и отжиматься.
– Когда мы перейдем к боксу? – прохрипела я, распластавшись на полу.
– Энн, детка, все нужно делать постепенно. Вставай, сегодня я покажу тебе стойку и научу закрываться от удара.
– Класс.
Выжав из меня все соки за полтора часа тренировки, Макс поцеловал меня на прощанье и велел приходить в пятницу. Оказалось, что к занятиям он подходил очень серьезно и решил начать с развития моей выносливости и силовых качеств, и только потом переходить к приемам. Я решила не спорить с выбранным мной тренером. Может быть, какой-то смысл в его словах все же был. По крайней мере, в следующий раз, если Чейз подойдет ко мне, я смогу от него убежать. Ну или начну активно отжиматься.
Я села в машину и бросила сумку со спортивными вещами на соседнее сиденье. Стоило мне запустить двигатель, как мой телефон разразился веселой трелью.
– Энн, ты уже дома? – защебетала Эби.
– Нет, у меня сегодня была тренировка с Максом. Ты что-то хотела?
– Слушай, у тебя в машине есть туфли? Кол позвал меня на свидание, а я только заканчиваю смену в закусочной и просто физически не успею добраться до дома.
– Есть и туфли, и даже платье, – хмыкнула я. – Куда вы идете?
– Кажется, в ресторан. Честно говоря, меня уже тошнит от заведений, но поесть я не прочь. Жутко устала и проголодалась.
– Хорошо, буду через пятнадцать минут.
– Жду, – обрадовалась Эби.
Через двадцать пять минут мы с ней вышли из дверей закусочной и столкнулись с Колтоном. Парень стоял, привалившись бедром к черному «форду».
– Симпатичный, – шепнула я подруге. – У вас все серьезно?
– Пока нет, – вздохнула она. – Мы видимся первый раз с того вечера в баре.
– Колтон милый. Надеюсь, у вас все получится.
Глава 5
ОСТИН
В айс-кросс я влюбился, кажется, с первого взгляда. Сначала получалось у меня максимально плохо, а причина банальна – страх. Выходить после хоккейной площадки на неровный лед и нестись вниз с трамплина – та еще задачка, но меня зацепило. Адреналин, эмоции, скорость – крышесносное сочетание! Было и много трудностей. К скоростному спуску нужно приноровиться. Тут недостаточно просто встать и поехать. Нужно постоянно балансировать, координировать движения, понимать, как едешь ты сам и как движутся твои соперники, чтобы не пропустить их вперед или, наоборот, не обогнать в неподходящий момент.
В этом виде спорта очень важна общая физическая подготовка. Недостаточно просто иметь сильные ноги. Это заблуждение. Сильными должны быть и пресс, и спина, поскольку без этого попросту не выйдет прыгать, входить в повороты и набирать нужную скорость.
Готовиться к сезону я начал уже летом. Можно сказать, что тренировки я никогда и не бросал. В родном городке Ревелсток я бегал по утрам, посещал скромный тренажерный зал, выполнял упражнения на баланс и координацию. Я никогда не расставался с баланс-бордом, иногда приходил в скейт-парк. Последнее время я стал уделять больше внимания мобильности и гибкости, нежели силовым тренировкам. Благодаря тому, что стал реже заниматься с тяжелыми весами, я чуть похудел и стал более поджарым. Мне это нравилось. Надеюсь, моя отличная физическая форма поможет мне в новом сезоне. Я собирался пройти отборочные турниры и участвовать в главной гонке Ванкувера. Мне позарез нужно было занять одно из первых мест, ведь денежный приз просто жизненно необходим в моей ситуации.
Началась учеба, но про свои тренировки я никогда не забывал. Мне помогал тренер Стивенсон – бывший хоккеист и райдер. Заниматься айс-кроссом он начал довольно поздно, потому особенно больших высот не достиг, но его опыт мне очень пригодился. В прошлом году мы сформировали команду из трех человек – все бывшие хоккеисты – и будем представлять наш колледж на ежегодных соревнованиях.
Колтон тоже пропадал на тренировках, а еще друг, похоже, действительно запал на свою новую подружку. Наши разговоры последнее время сводились исключительно к Эбигейл. К слову, она так и не простила мне ту пьяную выходку в баре «Олдер-Бей» и не пыталась наладить со мной контакт, несмотря на то, что я был лучшим другом ее парня.
– Ты так и не написал Энн? – спросил Кол в пятницу вечером.
Я взъерошил волосы и потер шею ладонью. Эта тема мне отчаянно не нравилась.
– Нет. Ты же понимаешь, она все равно не добавит меня в друзья, а без этого написать ей я не могу.
– Но ты хотя бы раскаиваешься? – нахмурился друг.
– Блин, Колтон! Не думал, что ты считаешь меня последней мразью, – процедил я. – Мне стыдно, что я так поступил с Энн, но что я могу? Подкарауливать ее у кампуса? Так будет только хуже. Она подумает, что я не в себе. Все это и правда дерьмово, но, мне кажется, что лучше будет нам всем забыть о том, что случилось. Если вдруг так получится, что мы с ней когда-нибудь случайно пересечемся, я извинюсь.
Друг покачал головой, но вроде бы остался доволен моими словами.
– Какие планы на вечер? – вдруг спросил он.
– Уже вечер, Кол, – развел я руками. – Мы с тобой сидим с бутылочками пива и болтаем. Чем не план?
– Извини, бро, но я уже ухожу, – усмехнулся Колтон, при этом его морда светилась счастьем. Я сразу понял, куда, а главное –