Анфиса Рэйса – Пышка для физрука (страница 9)

– Он не просто супер-красавчик. – Почему-то мне стало обидно за Максима Игоревича. – И он мне не нравится. Можете расслабиться и поделить его между собой!

– Геля! – вмешалась Диля. – Он ведь только на тебя весь вечер смотрел!

Повисла пауза. Я тяжело вздохнула. Девчонки не понимают очевидных вещей.

– Послушайте, – начала я. – Я вам не конкурентка. Серьёзно. Такие девушки, как я, не привлекают таких, как он. Это не значит, что со мной что-то не так. Просто объективно – вы можете представить нас вместе? Я – толстушка, и он – спортсмен, препод, физрук! Наверняка ведёт очень здоровый образ жизни, ест одни фрукты, а я вот не могу без пирожных и отказываться от них не собираюсь. Мы с ним… просто слишком разные. Так что расслабьтесь, и…

– Большей глупости в жизни не слышала, – прервала меня Карина. – Ничего вам не мешает понравиться друг другу, Гель. Причём тут фрукты? Люди в парах и не должны быть одинаковыми.

Но это просто слова. На деле же – красавчики предпочитают красоток. Я в этом убедилась на своём горьком опыте. Ещё никто не ответил мне взаимностью, ни разу. А разочаровываться в очередной раз я не собираюсь.

– Геля, – улыбнулась Диля, – если парень готов объяснять правила настолки снова и снова, каждый раз нарываясь на твои шуточки, это что-то да значит. Но не думай, что получишь его так просто! Я буду бороться!

Я закатила глаза. Настроение у меня почему-то испортилось.

***

Так или иначе, кто там нравился Максиму Игоревичу, мы уже не узнаем. Потому что с того вечера всё кардинально изменилось. Он больше не смотрел на нас. В смысле, вообще. Даже здоровался, глядя куда-то в сторону. Избегал в университете меня и подруг. На своих парах лишний раз к нам не обращался. Даже если мы халтурили – не делал замечаний.

На протяжении почти трёх недель он ни разу не назвал меня «Ангелина».

Было трудно осознать, что меня это расстраивает. Казалось бы, какое мне до этого должно быть дело? Но я умудрилась соскучиться по тому, как из его уст звучит моё имя, по его улыбке только для меня.

Всё же было отлично! Мы общались практически как друзья, хоть и не нарушая границ «Студентка и преподаватель». Чем, интересно, вызвана такая перемена?

Первое время я честно пыталась снова наладить с ним контакт. Но потом оставила эту затею, обиделась и сама перестала первая здороваться. Учёба как-то не заладилась, настроение с каждым днём всё ухудшалось. Подруги понимали причину моей хандры, но молчали. И хорошо, потому что я знаю, что они сказали бы! Будто я влюбилась. Но это не так! Просто обидно. Почему он так себя ведёт?

Я понуро брела с пар в своё жилище, чтобы упасть лицом в подушку, когда встретила Рому. Он стоял у подъезда и искал ключи от домофона в сумке. Ускорила шаг и открыла дверь своим ключом.

– О, привет, соседка! – улыбнулся он. – Спасибо!

Как я узнала тем вечером, когда Максим Игоревич в последний раз говорил со мной, Рома – программист и его лучший друг. Уж он наверняка знает, что произошло.

Может, спросить?..

Нет, не стоит. С чего бы Роме рассказывать мне? Мы с ним даже не знакомы толком. Только здороваемся при встрече.

Мы прошли в подъезд и стали ждать лифт. Кто-то с верхних этажей, очевидно, катался туда-сюда, потому что до нас лифт всё никак не доезжал на протяжении пяти минут.

– Сломался, что ли? – Рома понажимал на кнопку. Известный факт – чем больше раз нажмёшь на кнопку – тем быстрее приедет лифт.

Я пожала плечами. Вопрос так и вертелся на языке. А, ладно, рискну!

– Почему Максим Игоревич избегает нас? Меня и моих подруг?

Рома, не ожидавший, что я способна спросить такое в лоб, перевёл на меня недоумевающий взгляд.

– Избегает? Эм… Он ведь ваш препод… Каким образом избегает? На пары не приходит?

– Не здоровается, не замечает… Ой, да ладно тебе! Ты ведь должен прекрасно знать причину.

– Соседка…

– Слушай, мне жаль, – вздохнула я. Раз начала, надо говорить всё. – Видимо, мы поставили его в неловкую ситуацию, и мне правда стыдно. В этом виновата только я. Ведь я знала, что он, наш преподаватель, может быть на той… ну типа вечеринке. Мы не должны были приходить. И теперь Максим Игоревич думает, что я его преследую, но…

– Да нет, – перебил меня Рома. – Не в том дело. Ладно, я скажу, а то устал уже видеть, как он киснет. В общем, ему всерьёз понравилась одна из вас.

Моё сердце пропустило удар.

– А он типа ваш препод, и ему нельзя, – продолжил он. – Уволят ведь! Его отчим тогда получит своё.

– Кто ему нравится? – выпалила я. Кажется, кровь отлила от моего лица.

– М-м… Вроде та, тёмненькая. Имя какое-то восточное…

– Диляра… – не своим голосом догадалась я.

– Верно, она. О, а вот и лифт. Не прошло и года!

Он вошёл в лифт, а я осталась стоять на месте. В этот момент на меня, как снег на голову, свалилось осознание, что я умудрилась влюбиться, а вместе с ним – горькое разочарование.

Я знала, что так и будет! Но так хотела бы ошибиться на этот раз…

Глава 13

Всё началось с “Андрюши”, точнее, с Андрея Беринова. Он придумал мою обидную кличку, делал мне разные мелкие пакости, но подруги убеждали меня в том, что он всего лишь тайно влюблён в меня. В какой-то момент я им поверила. А как тут не поверить, когда в одиннадцатом классе Андрей вдруг сменил гнев на милость, здороваться со мной начал, разговаривать на переменах.

Не могу сказать, что влюбилась в него, но я была старшеклассницей, у которой никогда не было парня – тут уцепишься за любую возможность.

Я настроила воздушных замков, фантазировала о нашей будущей счастливой семье с двумя детьми и любимым котом. Всё по классике. А потом выяснила, что он влюблён в мою лучшую подругу.

Потом были ещё такие случаи: парни почему-то всегда выбирают меня в качестве того, с кем можно сблизиться и выведать об объекте их обожания. Так что я не удивлена, что с Максимом Игоревичем вышло точно также.

Разочарована, но не удивлена.

Больше нельзя отрицать очевидное – он очень мне нравился. И далеко не из-за того, что он красавчик с обложки. Просто… у нас так много общего, он всегда смеётся над моими шутками, его морщинки вокруг глаз я обожаю, а когда он зовёт меня по имени… Даже мама зовёт меня Гелей, как и все друзья. Никогда не любила своё полное имя, но из его уст оно так красиво звучит.

Но придётся смириться с реальностью – я не из тех, в кого влюбляются. Я просто весёлая толстушка, девчонка для дружбы, из тех, кого даже не рассматривают на роль потенциальных девушек. Словом, настрой у меня был крайне печальный.

– Карина, – позвала я подругу, когда мы сидели в раздевалке перед физрой и завязывали шнурки. – Можешь кое-что Диле передать?

Сама Диляра сегодня впервые решила променять охоту на физрука на возможность поспать подольше.

– Конечно! – отозвалась та. – А почему сама не скажешь?

– Просто… Я узнала кое-что. О Максиме Игоревиче.

– О, стратегически важная информация? Давай, я вся во внимании!

– Ему нравится Диляра, – выпалила я. Пусть лучше Карина ей скажет. Умолчать о таком я не могу – она ведь моя лучшая подруга. А сказать самой… Я наверняка выдам себя дрожащим голосом и хмурой физиономией, а такого позора я не выдержу. – Ты скажи ей, хорошо? Пусть переходит в наступление.

– Гель, с тобой всё норм? – озадаченно спросила Карина. – Какая Диляра? Мне кажется, он даже о её существовании не подозревает. Как и о моём, кстати. Кроме тебя он никого и не видит…

– Да, точно! – не выдержала я. – Влюбился вот в меня! Без ума от девчонок с лишними килограммами!

– Да с чего ты взяла это? – нахмурилась подруга. – Я имею в виду его чувства к нашей Диле.

– Мне Рома сказал.

– А Рома у нас супернадежный источник информации!

– А зачем ему врать?!

Мы уже выясняли отношения почти на всю раздевалку, девчонки странно на нас поглядывали.

– Чего вам?! – разозлилась я. Те сразу отвернулись.

– Думаю, надо спросить у него самого, – резонно предложила Карина. Но я была слишком рассержена, чтобы прислушиваться к разумным доводам.

– Обязательно спрошу! Максим Игоревич, а кто вам нравится? Девушка, в два раза тяжелее вас, или восточная красотка с идеальной фигурой?

– Хватит всё притягивать к внешности! На тебя это непохоже. Я думала, ты без комплексов.

Смириться со своим положением не значит быть без комплексов.

– Девчонки! – После стука в дверь послышался голос Максима Игоревича. – Что там у вас за бурные обсуждения?

Надеюсь, он не слышал, о чём конкретно мы говорили.